В каждом календаре на стене прячется маленький Рим: Марс, Янус, Цезарь, Август и февраль, которому вечно достаётся.
Есть вещи, которые кажутся настолько привычными, что мы почти не замечаем их странности. Например, календарь. Январь, февраль, март, апрель – всё будто бы ясно. Год начинается, месяцы идут строем, школьники страдают, бухгалтеры закрывают кварталы, а человечество делает вид, что время наконец-то удалось поставить на учёт.
Но стоит присмотреться – и этот стройный порядок начинает слегка хромать.
Сентябрь почему-то называется «седьмым», хотя он девятый. Октябрь – «восьмым», хотя десятый. Ноябрь и декабрь тоже явно живут не на своих местах, как гости, которых посадили за свадебным столом не туда, но они уже смирились.
Причина проста: наш календарь – не результат спокойной работы учёных в тёплом кабинете. Это следы древнеримской политики, религиозных обрядов, сельского хозяйства, астрономии, суеверий и административной паники. Время у римлян тоже было полем боя. Только вместо мечей там использовали месяцы.
Откуда взялось слово «календарь»
Слово «календарь» происходит от латинского calendae – календы. Так римляне называли первый день каждого месяца.
Для нас первое число – просто первое число. Для римлян это был день с особым смыслом. В календы объявляли важные решения, начинали отсчёт долгов, напоминали гражданам, кто кому сколько должен, и в целом делали всё то, без чего цивилизация сразу начинает подозрительно напоминать рынок перед грозой.
Отсюда же слово calendarium – долговая книга. Очень символично: человечество хотело измерять время, а получило ещё и список платежей. Так календарь сразу показал свой характер.
Кроме календ, в римском месяце были ещё ноны и иды. Ноны обычно приходились на пятый день, а иды – на тринадцатый. В марте, мае, июле и октябре ноны были седьмого числа, а иды – пятнадцатого.
Именно иды марта стали самыми знаменитыми в истории, потому что 15 марта 44 года до н.э. был убит Юлий Цезарь. С тех пор выражение «берегись мартовских ид» звучит не как календарное напоминание, а как очень вежливый способ сказать: «Проверь, не стоят ли за спиной люди с кинжалами».
Первый римский календарь: год без зимы
Согласно римскому преданию, первый календарь создал Ромул, легендарный основатель Рима. Тот самый, которого, по доброй старой италийской семейной традиции, вскормила волчица, а затем он основал город и поссорился с братом Ремом так окончательно, что брат больше не участвовал в обсуждениях градостроительства.
Календарь Ромула состоял из десяти месяцев и насчитывал около 304 дней.
Начинался год с марта. Это было логично. Весна, земля оживает, скотина выходит из стойла, земледелец смотрит на поле с надеждой, а воин – на соседа с подозрением. Для древнего общества март был не просто месяцем, а началом настоящей жизни.
Первый месяц назывался Martius – март, в честь Марса. Причём Марс у ранних римлян был не только богом войны, но и покровителем плодородия, полей и мужской силы рода. В этом не было противоречия: сначала надо вырастить урожай, потом защитить его от соседей, а при случае забрать соседский. Так выглядела суровая экономика ранней Италии.
Дальше шёл Aprilis – апрель. Его происхождение спорно. Одни связывали название с латинским словом, означающим «открывать»: мол, раскрываются почки, земля, двери амбаров и, если год не задался, пасти голодных граждан. Другие видели связь с Венерой или этрусской богиней Апру. Этруски вообще сильно повлияли на ранний Рим: религией, символами власти, гаданиями, архитектурой и умением делать жизнь соседей сложнее.
– май – связывали с Майей, богиней роста и плодородия.
– июнь – с Юноной, покровительницей брака, женщин и римского государственного достоинства.
А потом фантазия закончилась.
Дальше месяцы назывались просто по номерам:
– пятый (Quintilis).
– шестой (Sextilis)
– седьмой (September)
– восьмой (October)
– девятый (November)
– десятый (December)
Вот он, момент, когда всё становится ясно. Сентябрь действительно был седьмым месяцем. Просто потом в календарь вмешались реформы, чиновники и Юлий Цезарь, а названия никто уже не стал менять. Видимо, решили: «И так сойдёт, потомки разберутся». Потомки разбираются до сих пор.
А где же зима?
Самое любопытное в раннем календаре – отсутствие января и февраля.
Это не значит, что у римлян не было зимы. Была, конечно. Просто зима в таком календарном мышлении выглядела как неприятная пауза между нормальными частями года. Земледельческий цикл завершён, войска обычно не воюют, поля спят, природа мрачна, крестьянин считает припасы, а городские бедняки особенно внимательно смотрят на чужие амбары.
Время как бы существовало, но в календарь не очень просилось.
Для раннего аграрного общества это было вполне понятно. Календарь прежде всего обслуживал хозяйство, религию и войну. Если месяц не нужен для посева, жатвы, сбора войска или большого праздника, его можно временно оставить за скобками. Зима, конечно, от этого не исчезала, но древний человек вообще редко спрашивал у природы письменного согласия.
Нума Помпилий и два новых месяца
Следующая крупная реформа традиционно связывается с Нумой Помпилием, вторым царём Рима. В римской памяти Нума был противоположностью Ромула: не воинственный основатель, а мудрый законодатель, устроитель религии, жреческих коллегий и благочестивых порядков.
Если Ромул дал Риму стены и привычку решать вопросы силой, то Нума дал ему обряды, календарь и возможность делать то же самое с благословением богов.
Нуме приписывали добавление двух месяцев – Ianuarius и Februarius.
Ianuarius, январь, был посвящён Янусу. Это один из самых римских богов по характеру: двуликий, смотрящий сразу вперёд и назад, покровитель дверей, проходов, начал и переходов. У бога Януса не было греческого аналога, и это многое говорит о римлянах. Греки любили мифы о богах, которые влюблялись, ссорились, мстили и превращали людей во что попало. Римляне с уважением смотрели на дверь и думали: «Вот здесь тоже нужен бог».
Янус идеально подходил для начала года. Он смотрит в прошлое и будущее, открывает новый цикл и закрывает старый. Очень удобно: один бог – две стороны, меньше бюрократии на Олимпе.
Februarius, февраль, был связан с очищением. Название происходит от februa – очистительных обрядов и средств очищения. Конец старого года требовал ритуальной уборки. Не просто подмести дом, а символически вывести скверну, очистить общину, подготовиться к новому циклу.
В феврале проходили древние ритуалы, включая Луперкалии – праздник дикий, старинный и весьма характерный для общества, которое ещё не решило, оно уже цивилизация или всё ещё лесная деревня с хорошими амбициями. Жрецы-луперки совершали обряды, связанные с плодородием, очищением и защитой. Римляне могли строить дороги, законы и армии, но при этом сохраняли такую древнюю религиозную подкладку, что каменный век порой вежливо стучал им в дверь.
После реформы год стал состоять из 12 месяцев и примерно 355 дней. Это был лунный календарь, и он всё ещё не совпадал полностью с солнечным годом.
А если календарь не совпадает с солнцем, солнце, как правило, не извиняется.
Проблема лунного года
Лунный год короче солнечного. Поэтому календарь постепенно уезжал относительно времён года. Чтобы исправлять это, римляне иногда вставляли дополнительный месяц – Mercedonius.
Звучит разумно. Но в Риме даже календарная вставка быстро стала политическим инструментом.
Решение о добавлении месяца находилось в руках жрецов-понтификов. А где жрецы, политика и сроки должностей, там сразу появляется простор для творчества. Можно продлить год, если у власти свои люди. Можно не продлевать, если чужие. Можно сделать так, чтобы выборы, долги, полномочия и суды пришлись на удобное время.
Календарь превращался в государственный рычаг.
В результате к I веку до н.э. римский календарь оказался в таком состоянии, что даже привычные к хаосу римляне начали подозревать: что-то пошло не так. Праздники съезжали, сезоны путались, а гражданин, вероятно, уже не был до конца уверен, когда именно приносить жертвы богам, сеять зерно и тревожиться по поводу налогов.
Почему год стал начинаться в январе
Первоначально год начинался в марте. Но со временем начало гражданского года перенесли на 1 января.
Традиционно это связывают с римскими войнами в Испании во II веке до н.э. В 153 году до н.э. консулам понадобилось раньше вступить в должность, чтобы успеть отправиться в испанские провинции, где римская власть сталкивалась с тяжёлым сопротивлением местных племён.
Иберийский полуостров вообще оказался для Рима неприятным сюрпризом. На карте вроде бы провинция, а на деле – горы, племена, засады, долгие войны и люди, которые не спешили радоваться преимуществам римской администрации.
Позже одним из самых знаменитых противников Рима стал Вириат, вождь лузитан. Он прославился как мастер партизанской войны и человек, который объяснил римлянам: не всякую проблему можно решить легионом, особенно если этот легион устал, заблудился и хочет домой.
Так или иначе, административная логика победила старую традицию. Консулы начали вступать в должность в январе, и январь постепенно закрепился как начало года.
С этого момента сентябрь окончательно стал «седьмым» только по имени. Римляне подарили нам календарную нелепость, которая пережила империю, варварские королевства, Средневековье и школьные уроки английского.
Юлий Цезарь берётся за время
К середине I века до н.э. календарь нуждался уже не в лёгкой поправке, а в хирургии.
Юлий Цезарь, человек, который успел быть политиком, полководцем, диктатором, писателем, должником, реформатором и причиной нервного расстройства у значительной части сената, решил привести время в порядок.
Для этого он обратился к александрийскому астроному Созигену.
Александрия была одним из главных научных центров античного мира. Там хранились знания греческой, египетской и восточной традиций. Египтяне давно пользовались солнечным календарём, лучше подходившим для сельского хозяйства и наблюдений за разливами Нила. Римляне могли завоевать Средиземноморье, но в вопросе календаря им всё же пришлось признать: у египтян с небом отношения налажены лучше.
Созиген предложил перейти к солнечному году длиной 365 дней и примерно 6 часов.
Так появился юлианский календарь.
Обычный год получил 365 дней. Каждый четвёртый год становился високосным — к февралю добавлялся лишний день.
Но римляне считали дни не так, как мы. Они отсчитывали их назад от календ, нон и ид. Дополнительный день вставлялся перед мартовскими календами, повторяя «шестой день до календ марта».
«Дважды шестой». (Bis sextum)
Отсюда и наше слово «високосный».
Да, високосный год – это буквально наследие римского способа считать дни задом наперёд. Иногда история языка выглядит как музей, где все экспонаты немного опасны.
Год путаницы
Перед введением нового календаря Цезарю пришлось ликвидировать накопившееся расхождение. Для этого 46 год до н.э. сделали необычайно длинным – в нём было 445 дней.
Его иногда называют «годом путаницы».
Представьте себе римлянина, которому объявляют: год будет длиннее обычного почти на три месяца. Если он должник – это, возможно, плохая новость. Если чиновник – хорошая. Если обычный земледелец – ему, скорее всего, всё равно, потому что поле не спрашивает, что решил сенат.
Но именно этот странный год позволил привести календарь в соответствие с солнечным циклом.
С 45 года до н.э. юлианский календарь начал действовать.
Как Quintilis стал июлем
После смерти Цезаря месяц Quintilis был переименован в Julius – июль, в его честь.
Это было не просто уважение к покойному. В Риме память о великих людях всегда быстро становилась политическим оружием. Имя Цезаря превратилось в символ власти, а позже – в титул. От него произошли «цезарь», «кайзер» и «царь». Неплохая карьера для человека, которого сенаторы пытались вывести из политики при помощи кинжалов.
Затем месяц Sextilis был переименован в Augustus – август, в честь Октавиана Августа, первого римского императора.
Август был мастером политического равновесия. Формально он восстановил республику. Фактически стал единоличным правителем. Он не называл себя царём, потому что римляне не любили царей. Он просто аккуратно собрал в своих руках власть так, чтобы все видели республику, но слушались одного человека.
Переименование месяца в его честь прекрасно соответствовало эпохе. Время тоже должно было помнить, кто теперь главный.
Существует популярная история, будто август получил 31 день потому, что Август не хотел уступать Цезарю, у которого июль уже имел 31 день. Согласно этой версии, день забрали у февраля. История красивая, но поздняя и не слишком надёжная. Распределение дней в юлианском календаре сложилось иначе, а февраль и без того был месяцем особенным, коротким и связанным с древними обрядами очищения.
Но сама легенда показательна. Людям легко поверить, что правители способны спорить даже о длине месяца. И, будем честны, история человечества дала для такого доверия немало оснований.
Григорианская поправка
Юлианский календарь был огромным шагом вперёд, но не идеальным.
Солнечный год длится не ровно 365 дней и 6 часов, а немного меньше – около 365 дней 5 часов 49 минут. Разница кажется маленькой. Но календарь – вещь упрямая: маленькая ошибка за столетия превращается в большую.
К XVI веку дата весеннего равноденствия заметно сместилась. Это мешало расчёту Пасхи, важнейшего христианского праздника.
В 1582 году папа Григорий XIII провёл реформу календаря. После 4 октября сразу наступило 15 октября. Десять дней просто исчезли из официального счёта.
Для людей это выглядело неприятно. Время и так штука подозрительная, а тут ещё власть сообщает, что десяти дней больше нет. Не потерялись, не перенесены, не выданы позже – просто всё.
Также была уточнена система високосных лет. По григорианскому календарю годы, кратные 100, не являются високосными, если только они не кратны 400. Поэтому 1600 и 2000 годы были високосными, а 1700, 1800 и 1900 – нет.
Так календарь стал точнее.
Не идеальным в философском смысле – время вообще плохо поддаётся человеческой дисциплине, – но достаточно удобным, чтобы им пользовалась значительная часть мира.
Почему календарь – это не просто даты
История календаря показывает одну важную вещь: время измеряют не только астрономы.
Его измеряют земледельцы, которым надо знать, когда сеять.
Жрецы, которым надо знать, когда приносить жертвы.
Политики, которым надо знать, когда вступать в должность.
Полководцы, которым надо знать, когда отправляться на войну.
Купцы, которым надо знать, когда платить долги.
И обычные люди, которым надо хотя бы примерно понимать, почему вчера был февраль, сегодня вдруг март, а праздник урожая почему-то начинает подозрительно пахнуть зимой.
Наш календарь – это древний архив. В нём живут Марс и Юнона, Янус и римские понтифики, Цезарь и Август, александрийские астрономы и папские реформаторы.
Каждый раз, когда мы произносим «сентябрь», мы произносим ошибку, которой больше двух тысяч лет.
Когда говорим «июль», вспоминаем Цезаря.
Когда говорим «август», вспоминаем первого императора Рима.
Когда радуемся лишнему дню в феврале, мы пользуемся римской вставкой «дважды шестого дня».
Календарь кажется скучной таблицей на стене. На самом деле это хорошо сохранившиеся руины древнего мира, только вместо колонн – названия месяцев, вместо мрамора – привычка считать дни, а вместо надписи на храме – напоминание, что даже время однажды пришлось реформировать указом.
**Спасибо, что дочитали до конца – значит, у вас есть то редкое качество, благодаря которому история оживает: интерес к теням прошлого.
И вот пара ССЫЛОК (внизу) на статьи, которые могут вас заинтересовать**