Правдивая история мебельного искусства Китая и Японии: Эволюция заноз, радикулита и идеального шипа

Забудьте про ДСП, клей и саморезы. Краткая история того, как китайские императоры тешили манию величия в красном дереве, а японцы изобрели комоды на колесах, чтобы успеть сбежать из горящего дома со всеми пожитками.

Добро пожаловать в мир, где сидение на полу веками возводилось в ранг высокого искусства, а гвозди и клей считались уделом дилетантов и варваров. Как историк, потративший немало времени на изучение того, на чем спали, ели и хранили свои секреты великие династии Восточной Азии, я могу с уверенностью сказать одно: ничто так не определяет развитие цивилизации, как попытки человека сделать свою жизнь чуть менее неудобной.

Китай и Япония – два соседа, которые на протяжении тысячелетий обменивались идеями, философией и религией, но фундаментально разошлись в главном вопросе: где должен находиться человек – на полу или над ним? Давайте погрузимся в историю того, как китайцы изобрели стул (спойлер: потому что устали страдать), а японцы довели до совершенства искусство прятать вещи в сундуки на колесиках, чтобы успеть спасти их во время очередного пожара.

Ширмы. Династия Северная Вэй, 386–534 гг. Дерево, расписанное лаком. Высота: 81,5 см.

Часть I. КИТАЙ: От циновки до императорского трона

Древнейший период китайской истории не отличался особым комфортом для позвоночника: вплоть до династии Хань (206 г. до н.э. – 220 г. н.э.) вся социальная и повседневная жизнь протекала на плетеных матах. Мебель была компактной, приземистой и сводилась к низким столикам, подлокотникам (ji) и ширмам (ping). Уже тогда мастера царства Чу (около 500 г. до н.э.) создавали лакированные изделия с поразительным минимализмом и сложной резьбой, что доказывает: стремление к роскоши у китайцев было в крови еще до появления стульев.

В эпоху Хань центральным элементом интерьера стала кровать-платформа (ta или chuang). На ней спали, ели, принимали гостей и, вероятно, судили родственников. Но настоящий переворот случился с проникновением буддизма. Буддийская иконография принесла образ божества, сидящего на возвышении, что ломало все стереотипы исконной традиции сидения на полу. Кочевые племена добавили к этому складой походный табурет (hu chuang, букв. «варварская кровать»). К эпохе Тан (618–907 гг.) аристократия уже вовсю использовала табуреты и кресла, а к династии Сун (960–1279 гг.) культура «высокого сидения» победила окончательно. Китай официально оторвался от земли.

Кресло с подлокотником в форме подковы из дерева хуанхуали, Цюаньи. Эпоха Мин. (1368-1644)

Золотой век: Снобизм и минимализм династии Мин (1368–1644)

Если вы когда-либо видели на аукционе китайский стул, проданный по цене небольшой яхты, это почти наверняка была мебель эпохи Мин. Это время признано абсолютным «золотым веком» китайской мебели.

Табурет Китай, XVII–XVIII века Хотя обычно эти табуреты использовались в быту, они также служили сиденьями на платформах для носильщиков. Отверстия, просверленные в ножках, позволяли крепить их к платформе; сидящий на табурете удерживал равновесие, опираясь пятками на нижнюю перекладину и держась за боковые стороны сиденья.

В 1567 году был снят запрет на импорт, и в Китай хлынули экзотические тропические породы древесины из Юго-Восточной Азии. Главной звездой стал хуанхуали (huanghuali) – желтый палисандр (Dalbergia odorifera). Эта древесина источает сладковатый аромат при резке, не тонет сразу, как камень, и имеет невероятный золотисто-медовый оттенок со временем переходящий в теплый янтарь. Но больше всего ученые-чиновники ценили его текстуру с завихрениями, образующими так называемые «лица призраков» (guilian wen) — абстрактные узоры на местах сучков, в которых любители искусства видели мистические пейзажи и морды животных.

Приставной столик Китай, XVI век Этот элегантный и лаконичный столик, вероятно, использовался для хранения книг, мелких предметов или китайской цитры (цинь). Его прямолинейный дизайн и ножки с угловыми «бабочками» и поперечинами заимствованы из конструкции ранних ящиков

Секрет бессмертия минской мебели – в столярных соединениях (sunmao). Европейцы колотили мебель железными гвоздями и заливали клеем, но в условиях влажного и изменчивого климата Азии жесткая склейка просто разорвала бы древесину. Китайские мастера довели систему шипа и паза до абсолютного инженерного маньячества. Никаких гвоздей, никакого клея — только трение, гравитация и идеальная геометрия. Мебель можно было полностью разобрать, чтобы перевезти на мулах, когда император в очередной раз переводил чиновника в дальнюю провинцию.

Мин / ранняя Цин: кресло чиновника, гуаньмао-и Эстетика Мин базировалась на конфуцианской сдержанности. Кресло в стиле «официальная шляпа» (guanmao shi) с его высокой спинкой заставляло сидящего держать осанку, как проглотившего аршин аристократа, а кресло с подковообразной спинкой (quanyi) обеспечивало бесшовную, плавную поддержку рук благодаря гениальным клиновидным шипам. В этот период древесину не прятали под глухим лаком – ее просто натирали воском, позволяя природе говорить самой за себя.

Китайская кровать с балдахином, династия Цин, провинция Чжэцзян или Цзянсу. Резное, лакированное и позолоченное дерево, конец XIX – начало XX века

Династия Цин (1644–1912): Дорого, богато, бессмысленно

Маньчжурская династия Цин решила, что минимализм – это для бедных. Если Мин – это дзен, то Цин – это позднее барокко на стероидах. Балом стал править цзытань (zitan) – пурпурный сандал. Это настолько плотная и тяжелая древесина, что она тонет в воде и режется с трудом камня. Цвет цзытаня с возрастом становится почти черно-пурпурным, поглощая свет, в отличие от светящегося хуанхуали.

Квадратный стол из чёрного дерева с рельефными изображениями облаков и драконов, поясом, S-образными ножками и опорой для ножки (династия Цин, 1644–1912)

Это грандиозное изображение императора Цяньлуна является одним из нескольких практически идентичных официальных портретов, созданных для ритуального использования в Императорском зале предков и других залах дворца. Несмотря на идеализированные черты лица, заметно, что император уже в преклонном возрасте. Однако, сидя на золотом троне в виде дракона и одетый в парадные одежды, его портрет в натуральную величину по-прежнему передает внушительное ощущение императорского величия. Дерево, покрытое лаком. Высота: 81,5 см.

Императоры Канси, Юнчжэн и Цяньлун монополизировали цзытань для дворцовых мастерских (Zaobanchu). Мебель стала тяжеловесной и покрылась маниакально глубокой резьбой: везде, где оставался свободный квадратный сантиметр, вырезали пятипалых драконов (символ императора), летучих мышей (символ счастья) или облака. Со временем дефицит древесины привел к тому, что мебель начали собирать из множества мелких деталей, щедро инкрустируя нефритом, перламутром и эмалью.

Черное деревянное кресло с перламутровой инкрустацией в виде цветов Династия Цин

Китайский низкий столик в стиле Хонму, XIX век

После Опиумных войн появился так называемый «Кантонский стиль». Хитрые южные торговцы быстро поняли, чего хотят западные варвары, и начали клепать экспортную мебель с причудливыми изгибами рококо, звериными лапами вместо ножек и диким смешением китайских и европейских мотивов.

Часть II. ЯПОНИЯ: Эстетика пустоты и искусство побега

Пока китайцы громоздили в своих залах резные троны из черного дерева, японцы упорно оставались на полу. Их дома, собранные из деревянного каркаса и бумажных перегородок сёдзи и фусума, практически не имели стационарной мебели. Вся жизнь протекала на циновках татами. Европейца такой интерьер поверг бы в шок своей спартанской пустотой, но для японцев это была эстетика Ma (негативного пространства), где пустота важнее материи, а нищета – лишь иллюзия глубокого дзенского вкуса. На самом деле, когда ваш дом из бумаги и соломы может сгореть дотла от одной неудачно упавшей свечи, обрастать тяжелыми диванами попросту глупо.

«Отражение востока в Эдомурасаки» Изображение котацу: традиционный японский предмет мебели, низкий деревянный каркас стола, накрытый японским матрацем футоном или тяжёлым одеялом, на который сверху положена столешница. Под одеялом располагается источник тепла, часто встроенный в стол

Единственным способом согреться зимой в этих продуваемых насквозь жилищах без центрального отопления был котацу (kotatsu) – низкий столик, накрытый тяжелым одеялом, под которым прятался источник тепла (изначально яма с углями – irori или hori-gotatsu). Семья проводила зиму, засунув ноги под котацу, пока их спины покрывались инеем.

«Сасимоно» – это техника сборки мебели и других деревянных изделий без использования гвоздей, в которой применяются как простые, так и весьма сложные деревянные соединения. В древесине вырезаются пазы или выемки, называемые «хозо», чтобы соединить две доски в скрытое соединение, которое не видно с поверхности

Сасимоно: Шип и паз самурая

Японское столярное искусство сасимоно (Sashimono) развивалось независимо и достигло пугающего совершенства. Почему в Японии не использовали гвозди? Во-первых, железо в Японии исторически было отвратительного качества. Во-вторых, японская влажность заставила бы любой гвоздь сгнить, а частые землетрясения быстро бы расшатали жесткие соединения. Деревянные замки сасимоно (включая микроскопически точные ласточкины хвосты) обеспечивали гибкость: во время землетрясения здание или шкаф слегка раскачивались, гася энергию толчка, но не разрушались.

В отличие от китайцев, которые иногда выставляли свои шипы напоказ, хвастаясь мастерством, японские плотники предпочитали прятать узлы внутри древесины (kakushi tsugi), создавая иллюзию монолитного куска дерева. Инструменты тоже отличались: японские пилы (nokogiri) и рубанки (kanna) работают «на себя» (на вытяжение), что позволяет делать лезвия тоньше и оставлять срез настолько гладким, словно его отполировали стеклом.

Kuruma-dansu – это традиционный японский сундук на колёсах, разновидность мобильного хранилища (тансу)

Тансу: Сундуки быстрого реагирования

Поскольку японцы не пользовались стульями, главным предметом их мебельного дизайна стали тансу (tansu) – портативные комоды и сундуки, которые появились в эпоху Эдо (1603–1868 гг.). Эдо (старый Токио) горел так часто, что мебель должна была быть готова к немедленной эвакуации.

Тансу были образцом функциональности и социального статуса, так как законы против роскоши строго регламентировали, кому и что можно иметь. Существовало множество видов тансу:

• Исё-дансу (Isho-dansu) – комоды для хранения кимоно. Их делали из павловнии (kiri), древесина которой сверхлегкая и набухает при повышении влажности, герметично запечатывая ящики и спасая шелк от плесени (и даже от огня при кратковременном пожаре).
• Курума-дансу (Kuruma-dansu) — сундуки на массивных деревянных колесах. При крике «Пожар!» в них сбрасывали бухгалтерские книги и золото, после чего сундук буквально выкатывали на улицу.

• Кайдан-дансу (Kaidan-dansu) – невероятные шкафы-лестницы. Они не только экономили место в крошечных домах, но и часто вели в потайные чердаки, где можно было скрыться или выращивать шелкопрядов вдали от сборщиков налогов.
• Фуна-дансу (Funa-dansu) — сверхпрочные морские сундуки торговцев. Их делали из тяжелой дзельквы (keyaki), оснащали хитрыми замками с секретными ящичками и обивали толстым железом. Такой сундук капитан торжественно выносил на берег, чтобы пустить пыль в глаза деловым партнерам.

Японские тансу всегда имели мощные железные боковые ручки. Они предназначались не для красоты, а для того, чтобы сквозь них можно было продеть бамбуковый шест и вдвоем унести сундук на плечах, когда в дверь стучал пожар или сёгун.

Эпоха Мэйдзи и экспортная шизофрения

В 1868 году Реставрация Мэйдзи распахнула двери Японии для Запада. Европейцы, очарованные всем восточным, начали скупать японскую мебель. Но тут возникла проблема: японцам было нечего предложить европейцам для сидения, кроме подушек.

Адаптируясь, японские мастера стали производить экспортную мебель. Иконой стали Сэндай-дансу (Sendai-dansu) из префектуры Мияги. Если раньше это были строгие сундуки самураев (достаточно длинные, чтобы прятать мечи), то теперь их начали покрывать прозрачным глубоким красным лаком кидзиро-нури и обильно украшать железной ковкой с драконами и китайскими львами.

Для западного рынка ремесленники (особенно в Иокогаме) создавали настоящих монстров – шкафы и столы, перегруженные сложнейшей резьбой, перламутром, золотым лаком маки-э и слоновой костью. Эта избыточная вычурность противоречила японскому духу ваби-саби (красоте несовершенного и скромного), но отлично продавалась в викторианской Англии, породив целое культурное движение – японизм (Japonisme). Сами японцы смотрели на эти пышные поделки, пожимали плечами, забирали деньги и шли пить чай на свои пустые татами.

Раздвижная ширма с изображением празднования дня рождения генерала Го Цзыи Китай, XIX век Основное украшение этого ширма изображает празднование дня рождения Го Цзыи (697–781), одного из самых известных полководцев в истории Китая

Итоги: Две философии дерева

История мебельного искусства Восточной Азии – это не просто эволюция табуреток. Это история философии.

Китайская традиция, достигшая абсолютного зенита в эпоху Мин, создала мебель как триумф архитектурного минимализма. Хуанхуали и цзытань несли в себе статус, а шиповые соединения без единой капли клея – бессмертие. Это была мебель чиновников-конфуцианцев, которые сидели прямо и правили Поднебесной. (Конечно, пока во время Культурной революции хунвейбины не решили, что эта мебель отлично подходит для растопки печей, сделав уцелевшие экземпляры раритетами ценой в миллионы долларов).

Шкатулка для хранения (карабицу) Япония, 1422 Карабицу – это прямоугольный сундук с крышкой, стоящий на четырех ножках. Название, которое переводится как «китайский сундук», указывает на иностранное происхождение этой элегантной и функциональной формы, использовавшейся в Японии с периода Нара (710–94 гг.) для хранения ценных предметов. Однако в Китае не сохранилось ни одного прототипа. Хотя происхождение карабицу остается неясным, в средневековой Японии он считался предметом роскошной мебели, вероятно, предназначавшимся для буддийских монастырей или синтоистских святилищ.

Японская же традиция предпочла сделать мебель невидимой или мобильной. Отказавшись от стульев, они довели до совершенства искусство шкафов-тансу и бесклеевой сборки сасимоно. Их мебель жила, дышала и спасала имущество от природных катаклизмов.

Так что, в следующий раз, когда вы будете собирать комод из прессованных опилок, тщетно пытаясь закрутить шестигранный болт, вспомните древних китайских и японских мастеров. Они бы посмотрели на ваши мучения с легким, почти незаметным, но очень профессиональным сарказмом.

**Спасибо, что дочитали до конца – значит, у вас есть то редкое качество, благодаря которому история оживает: интерес к теням прошлого.
И вот пара ССЫЛОК (внизу) на статьи, которые могут вас заинтересовать**