Подожди, Ариш, постой!
Михаил догнал жену и крепко прижал её к себе.
– Что ты делаешь?
– Я больше так не выдержу! - воскликнула Арина. - В этом месте всё напоминает о ней. И каждую ночь мне чудится одно и то же: будто она зовёт меня оттуда, из леса...
Арина разрыдалась, уткнувшись лицом в его плечо.
– Почему ты меня не слышишь? Почему не хочешь избавиться от этого дома?
Михаил и сам едва удерживал слёзы. После исчезновения их трёхлетней дочери прошло всего полгода. В тот день Арина занималась осенними цветами у клумбы, а малышка тем временем ушла в дальний угол усадьбы. Там она обнаружила узкий проход, о существовании которого молодые владельцы особняка даже не догадывались. Девочка выбралась наружу и ушла в лес, где вскоре потерялась.
Когда сотрудники полиции и добровольцы завершили поиски, Арина так и не смогла прийти в себя. Она без конца обвиняла в случившемся только себя и несколько раз пыталась причинить себе непоправимый вред. Михаилу пришлось устроить её в специализированную клинику. После возвращения домой она внешне стала спокойнее, но воспоминания о дочери не отпускали её ни на день. Она плакала, замыкалась в себе, а затем всё настойчивее стала требовать, чтобы дом был продан.
– Ариш, но мы ведь столько лет мечтали именно об этой усадьбе. Мы только закончили ремонт, - пытался образумить её Михаил.
Но его слова только сильнее раздражали жену.
– Миша, о чём ты сейчас говоришь? Да пусть пропадёт этот ремонт! Мы ведь делали всё это ради нашей девочки, а её больше нет!
Однажды Арина не выдержала. Она торопливо собрала вещи и уехала на станцию. В тот момент Михаил окончательно понял: она действительно не останется в этом доме больше ни на один день. Старинный особняк местные жители давно называли барским домом и уверяли, что с ним связано недоброе прошлое.
Покупатель нашёлся далеко не сразу. Арина и Михаил перебрались в город, а усадьба простояла пустой больше года. Ни мебель, ни другие вещи из дома супруги забирать не стали: слишком многое там напоминало о пережитом.
– Не знаю, а мне этот дом очень понравился, - пожала плечами молодая предпринимательница Виктория, когда муж заметил, что особняк выглядит мрачновато. - Просто здесь давно никто не жил, поэтому всё кажется запущенным. Но представь, каким он станет, когда мы приведём его в порядок. Лёш, соглашайся! Это же твоя мечта - настоящая барская усадьба.
– И зачем нам такой дворец? - усмехнулся Алексей. - Ты что, собралась стать многодетной матерью или устраивать бесконечные приёмы? Нас же дома почти не бывает.
– Вот именно поэтому нам и стоит всё устроить как следует. Разберёмся с делами, часть задач передадим управляющим и устроим себе передышку. Ты только представь: за окнами поздняя осень, а у нас в гостиной живой огонь в камине. Разве это не прекрасно?
Алексей подумал, что ради этого уютного огня кто-то ещё должен будет колоть дрова, и вряд ли этим займётся Вика. Скорее всего, всё достанется ему. Но вслух он только улыбнулся.
– Эх, Витка, умеешь же ты убеждать.
Он упрямо называл её не Викой, а Витой. Несколько лет назад Виктория с той же лёгкостью уговорила мужа открыть собственное дело, чтобы оно стало деловым партнёром её компании, доставшейся ей после отца. Алексей никогда особенно не стремился в сферу коммерции, но всё же согласился. Поначалу ему приходилось непросто: одно дело работать программистом, и совсем другое - руководить даже небольшим предприятием. Однако он довольно быстро освоился и начал показывать хорошие результаты.
Тем не менее деньги на покупку усадьбы были взяты из активов Виктории, и из-за этого Алексей временами чувствовал себя неловко. Дополнительную напряжённость создавала и мать.
– Ты бы, Лёшенька, не позволял жене всем распоряжаться, - говорила Мария Фёдоровна. - А то ещё сделает из тебя совсем послушного мужа.
– Мам, ну не преувеличивай, - отвечал он. - Вита никогда не пыталась мною командовать. А то, что она втянула меня в бизнес, так я ей за это даже благодарен.
Наконец все документы были оформлены. Сотрудники клининговой компании навели в особняке безупречный порядок, и Виктория решила отметить переезд.
– Новоселье? - удивился муж. - А без этого никак?
– Лёш, я же не собираюсь устраивать пиршество на полгорода. Просто тихий семейный вечер для самых близких, - успокоила его Виктория.
В назначенный день гости начали собираться в усадьбе. Первой, как и следовало ожидать, приехала свекровь. Мария Фёдоровна позвонила со станции, чтобы её встретили. Алексей сел за руль и поехал за матерью.
Когда он выгружал её багаж, то невольно проворчал:
– Мам, зачем ты тащила такую тяжесть? Мы что, совсем без еды сидим?
Мария Фёдоровна привезла две огромные сумки с домашними заготовками: банками варенья, соленьями, овощной икрой.
– Ой, сынок, ну что ты понимаешь! Всё своё, домашнее, с огорода. Вам ведь некогда ни землю копать, ни закрутками заниматься. Вы люди занятые. Так почему я не могу побаловать вас чем-нибудь вкусным?
Алексей понёс сумки на кухню, где хлопотала Вика, но Мария Фёдоровна уже успела его опередить.
– Поздравляю с удачной покупкой, - ласково сказала она, обнимая Викторию и оставляя на её щеках яркие следы помады. - Прекрасное место. Для отдыха лучше и придумать нельзя. Живите дружно и счастливо.
Виктория поблагодарила свекровь, а затем, увидев тяжёлые сумки с банками, всплеснула руками.
– Мария Фёдоровна, ну зачем вы всё это везли электричкой?
– Ничего сложного! Я вызвала машину и попросила водителя донести сумки прямо до вагона. Ещё и доплатила ему немного, - оживлённо сообщила свекровь.
– Спасибо, конечно... Но зачем так много? - удивилась Вика.
– Ай, ладно. Отнеси в подвал. В прохладе всё лучше сохранится. Только не держите слишком долго, ешьте. Зимой всё пригодится, - наставительно ответила Мария Фёдоровна.
Виктория переложила банки в удобную корзину, включила свет в подвале и начала спускаться вниз. По пути она невольно подумала, что прежние владельцы всё продумали очень разумно: и кухню устроили удобно, и спуск сделали широким, и хозяйственные помещения расположили практично.
Стены подвала были отделаны диким камнем. В отдельных местах мягко светились небольшие лампы. Вдоль стен тянулись просторные полки. На них местами ещё оставались вещи прежних хозяев: инструменты, стопки старых журналов, коробки от бытовых приборов. Одна из коробок была приоткрыта, и Виктория заметила внутри устройство с антенной.
Она никогда не пользовалась радионяней, ведь детей у них с Алексеем пока не было. Но такие приборы она видела у своей подруги Лены, бывшей однокурсницы, которая когда-то была свидетельницей на её свадьбе и тоже должна была приехать в гости. Виктория взяла устройство в руки, повертела его и уже собиралась вернуть обратно, как вдруг из дома донеслись приглушённые голоса мужа и свекрови.
Она невольно улыбнулась: интересно, о чём они разговаривают без неё? Немного поколебавшись, Виктория включила прибор. Сначала послышалось тихое шуршание, а затем она различила голос мужа:
– Нет, мам, я не могу ей это сказать. Она так хотела этот дом, так радовалась, когда всё наконец оформили...
– И чего тянуть, сынок? Чем раньше скажешь, тем лучше. А вдруг она ждёт ребёнка? Что тогда? Я тебе с самого начала говорила, что надо было выбирать другой вариант.
– Мам, успокойся, пожалуйста. Всё это пока одни догадки. Не спеши.
– Сынок, неужели тебе так трудно с ней поговорить? - не унималась Мария Фёдоровна.
– Да не в этом дело! Мы сами во всём разберёмся! - раздражённо ответил Алексей.
У Виктории словно похолодело внутри. О чём он не мог ей сказать? На чём так настаивала его мать? И почему голос свекрови, когда речь шла о ней, становился таким неприятно холодным?
В одно мгновение праздничное настроение исчезло. Поднявшись по лестнице, Виктория ещё не знала, стоит ли говорить мужу, что она невольно услышала их разговор. Она заглянула в гостиную. Там сидела Мария Фёдоровна, и при виде невестки её лицо сразу расплылось в приветливой улыбке.
– Викусь, тебе помочь?
– Нет, Мария Фёдоровна, я уже всё сделала. А где Лёша?
– Он пошёл встречать ваших друзей. Кажется, приехали.
Вика сразу оживилась. Наконец-то Лена и Артём, их друзья ещё со студенческих лет. В последнее время они были для неё особенно дороги. Её собственная мама после ухода супруга часто болела, Виктория наняла для неё помощницу, но живого душевного общения ей всё равно не хватало. С Леной же можно было говорить часами.
– Привет, подруга! - Лена тут же бросилась её обнимать. Невысокая, крепкая, с короткой стрижкой, она, как всегда, излучала бодрость. - Поздравляю! Дом отличный. Я бы и сама в таком жила.
– Правда? - улыбнулась Вика. - Мне тоже очень нравится. Только Лёшка почему-то ходит мрачный. Не понимаю, что его смущает.
– Может, ему просто неловко, что дом куплен на твои деньги. Знаешь, мужское самолюбие и всё такое, - предположила Лена.
– Наверное... - рассеянно ответила Вика. Потом огляделась и спросила: - А вы что вдвоём? Где ваши мальчишки?
– Да ну их, - махнула рукой Лена. - Можно мне хоть денёк от них передохнуть? Оставили с бабушкой, пусть теперь она развлекается.
– Ну да, с твоей мамой особенно развлечёшься, - с сомнением заметила Вика.
– Вот именно! - хихикнула Лена. - Меня они не слушают, пусть теперь попробуют бабушку. Не зря же она когда-то работала инспектором по делам несовершеннолетних. Порядок наведёт быстро.
– Ох, Лена, суровая ты мать, - усмехнулась Виктория. - Слушай, я как раз хотела с тобой поговорить.
– Что-то случилось? - сразу посерьёзнела подруга.
– Пока не знаю, случилось или нет...
– Тогда давай сначала к столу, а потом сядем с кофе и спокойно всё обсудим.
После обеда Виктория проводила свекровь в комнату, приготовленную для неё, чтобы та могла отдохнуть.
– Спасибо тебе, деточка, - сказала Мария Фёдоровна, устраиваясь на диване. - Устала немного. Ты хорошая хозяйка, хоть и вечно занятая. Стол замечательный накрыла. Столько всего вкусного... Ты сама всё приготовила? Или заказывала?
– Конечно, сама. Хотя, если уж на то пошло, проще было бы отпраздновать в ресторане, - с улыбкой ответила Вика.
Свекровь удобно устроилась, включила телевизор и увлеклась старым советским фильмом. А Виктория спустилась на кухню, приготовила кофе на двоих и позвала Лену.
– А где наши мужчины? - спросила она.
– Бродят по усадьбе, - ответила подруга. - По Артёму прямо видно, как ему у вас здесь нравится. Ну так что ты хотела рассказать?
Виктория тяжело вздохнула и пересказала услышанный разговор Алексея с Марией Фёдоровной.
– Как ты думаешь, о чём они говорили? Что за другой вариант? Что они вообще могут от меня скрывать?
– Даже не знаю... - задумчиво протянула Лена. - А про кого твоя свекровь сказала: "Вдруг забеременеет"?
– Понятия не имею, - мрачно отозвалась Вика.
– Слушай... А вдруг у Лёшки кто-то есть?
Виктория подняла на подругу такие печальные глаза, что у Лены невольно сжалось сердце.
– Да не накручивай себя раньше времени. Как говорится, пока ничего не доказано.
– А как это доказать? Мы же в разных офисах работаем, - тихо произнесла Вика. - Я даже не знаю толком, как проходит его день, с кем он встречается, куда ездит...
– Подожди. У него есть секретарь? - спросила Лена.
– Есть.
– Ну вот. У руководителей такие истории часто именно с этого и начинаются. Хотя это только предположение.
– И что ты предлагаешь? Делать вид, будто ничего нет? - вспыхнула Виктория. - Мол, какие-то женщины приходят и уходят, а я всё равно остаюсь хозяйкой? Нет, такая жизнь не для меня.
– Да я не это имела в виду! - поспешно возразила Лена. - Чтобы узнать правду, надо не гадать, а проверить. Найми частного детектива. Пусть в конце месяца у тебя будет полный отчёт: где был, с кем встречался, что делал. Лучше, если с фотографиями и записями.
Виктория поёжилась.
– Это уже как-то слишком...
– Ничего не слишком, - отрезала Лена. - Или тебе больше нравится мучиться от неизвестности?
– Пожалуй, ты права, - пробормотала Вика. - А ведь у меня было столько планов... И по работе, и по дому. А теперь ничего не хочется.
– Эй, подруга, только не кисни. Сначала получим сведения, потом будем решать, что делать дальше. И обязательно всё мне рассказывай. Я тоже не успокоюсь, пока не узнаю, что у тебя происходит.
Слово "слежка" по-прежнему казалось Виктории неприятным, но она понимала: иначе никак. Что даст откровенный разговор с мужем, если он действительно что-то скрывает? Если он не собирается ничего менять, просто начнёт оправдываться. А если собирается...
– Витусь, ты здесь? - раздался у неё за спиной голос Алексея, и она вздрогнула.
– Да, мы тут с Леной кофе пьём. Вам сварить? - спросила она, стараясь говорить спокойно.
– Нет, спасибо. Слушай, какой хороший вечер получился. Спасибо тебе, что всё-таки устроила это новоселье. Мы ведь правда не так часто видимся с друзьями, а сегодня вышло очень душевно.
Алексей легко поцеловал её в щёку, и Виктория почувствовала знакомый аромат его туалетной воды. Ей стало особенно тяжело. Она так любила его и так не хотела узнать, что её подозрения окажутся правдой.
На следующей неделе в её офис приехал частный детектив. Это был уже немолодой, но крепкий и приятный на вид мужчина с лёгкой сединой в тёмно-каштановых волосах. Его номер Виктории передала мама Лены.
– Добрый день, - приветливо улыбнулся он. - Мы с вами договаривались о встрече.
– Валерий Павлович? Очень приятно.
Вика поднялась из-за стола и протянула ему руку.
– Присаживайтесь. Давайте обсудим условия. Чай, кофе?
– Нет, благодарю. Лучше сразу перейдём к делу.
– Знаете, во всей этой истории меня особенно беспокоит один вопрос, - призналась Виктория. - Вы сможете сохранить наше сотрудничество в тайне?
– В этом можете не сомневаться, - спокойно ответил он. - Конфиденциальность в подобных делах подразумевается изначально. Ни ваш муж, ни кто-либо другой не узнает, что за ним велось наблюдение.
– А если потом мне понадобятся материалы для бракоразводного процесса?
– Тогда вы дадите письменное согласие на использование определённых данных и получите всё необходимое.
Он ободряюще улыбнулся.
– Не переживайте так. Вы далеко не первая, кто обращается с подобной просьбой. И, к счастью, подозрения далеко не всегда подтверждаются.
– Правда? - с надеждой переспросила Вика.
– Поверьте моему опыту, - ответил Валерий Павлович.
После его ухода Виктории позвонила свекровь.
– Викусь, как вам живётся в новом доме? Не скучаете по городу?
– Спасибо, Мария Фёдоровна, всё прекрасно. Там даже отдыхать легче, чем в городе, - ответила она.
– А с соседями уже познакомились?
– Нет, - удивилась Вика. - Да и когда? Мы ведь только переехали. Днём нас почти не бывает дома. Не по ночам же знакомства заводить. А почему вы спрашиваете?
– Да так, просто интересуюсь. У вас ведь там и сад большой, и огород. Можно было бы кого-нибудь из местных нанять, чтобы землю обработали, а весной столько всего посадить...
– Мария Фёдоровна, - с трудом сдерживая раздражение, сказала Виктория, - кто всем этим будет заниматься? Мы там только ночуем. Хотя спится у нас и правда замечательно: тишина, темнота, покой. Такого в городе не найти. Приезжайте как-нибудь отдохнуть.
– Ой, нет-нет. У меня и на своём участке дел хватает.
От однообразного бормотания свекрови у Виктории разболелась голова. Неужели Мария Фёдоровна позвонила только ради разговоров про соседей и огород? Или за этим всё-таки что-то скрывалось?
Всю неделю Алексей вёл себя всё более странно. Он часто не отвечал на звонки. А если отвечал, то говорил либо вполголоса, либо заметно запыхавшись, словно не хотел, чтобы его кто-то услышал. Для делового человека это выглядело подозрительно.
Наконец Виктория не выдержала и позвонила детективу.
– Валерий Павлович, простите, у меня уже не хватает терпения. Мне очень тяжело жить в неизвестности. Скажите хотя бы, удалось ли что-нибудь выяснить?
– Хм... Пока есть только предварительные наблюдения. Без полной картины они могут ввести в заблуждение.
– И всё-таки, что именно вы заметили? - настойчиво спросила Вика.
– Например, ваш муж в рабочее время несколько раз приезжал в девятиэтажный дом на Парковой, 36, и проводил там довольно много времени. Вам знаком этот адрес?
У Виктории потемнело в глазах. Парковая, 36... Конечно, она знала этот адрес. Там жила старая подруга Марии Фёдоровны, которая когда-то мечтала породниться с их семьёй и выдать свою дочь Марину за Алексея.
Вот, значит, что означали слова свекрови о "другом варианте". Она намекала, что сыну следовало бы жениться именно на Марине. У Виктории задрожали руки. Перед глазами всё поплыло, а в памяти всплыло лицо мужа, который ещё вчера вечером с такой нежностью обнимал её.
– Алло, Виктория? - голос Валерия Павловича вывел её из оцепенения. - Вам нехорошо?
– Нет... Просто вспомнила кое-что. Я могу сказать, чей это адрес, чтобы вы не тратили время на выяснение.
Она всё объяснила, и сыщик задумался.
– Я всё же советовал бы пока не делать поспешных выводов, - сказал он. - Постараюсь понаблюдать не только за Алексеем, но и за Мариной. Возможно, так картина станет яснее.
– Спасибо, - едва слышно ответила Вика. - Пожалуйста, сообщайте мне всё сразу, как только что-то узнаете.
В тот вечер, вернувшись домой раньше мужа, она долго сидела на кухне с чашкой травяного чая и безуспешно пыталась успокоиться. Алексей не звонил и не приезжал. В конце концов Виктория решила лечь спать без него. Наверное, он проводит время с Мариной. Что ж, пусть.
Но едва она вышла из ванной, как в прихожей раздался сигнал домофона. Закутавшись в тёплый халат, Вика спросила:
– Кто там?
– Соседушка, - проскрипел незнакомый пожилой голос. - Муж твой ещё не приехал?
– Нет! - почти крикнула Виктория. - Простите, я устала и хочу спать. Завтра рано вставать.
– Да погоди ты, - невозмутимо отозвалась женщина. - Я ведь принесла то, о чём они спрашивали.
– Кто "они"?
– Да муж твой и какая-то дама. Днём приезжали, по соседям ходили, расспрашивали. Ко мне тоже заходили. Интересовались, не сохранились ли у кого портреты прежних хозяев. Ну я и пообещала посмотреть. Вот, принесла.
– Подождите, сейчас выйду, - быстро сказала Вика.
Туже затянув пояс халата и накинув на влажные волосы шаль, она вышла к калитке. Там соседка протянула ей увесистый широкий свёрток.
– Здесь и мужские портреты есть, и женские. Красивые, видно сразу: люди были не простые.
– Большое вам спасибо. Я обязательно передам это мужу, - сказала Виктория.
Женщина беззубо рассмеялась.
– Смешная ты. А мне ведь всего сорок восемь. Просто жизнь рано состарила. Хотя внук у меня есть, так что для него я и правда бабушка.
– Извините, а как вас зовут? - окликнула её Вика.
– Акулина Никитична. Ну, если хочешь, баба Лина.
Стуча зубами от холода, Виктория вернулась в дом, включила фен и стала сушить волосы. Но взгляд её всё время возвращался к свёртку, обёрнутому в старую выцветшую мужскую рубашку.
Когда волосы высохли, она тут же развернула находку и ахнула. Перед ней действительно лежали старинные портреты в тяжёлых бронзированных рамах. Виктория с восхищением рассматривала мастерскую работу художника, который сумел передать не только внешность, но и характеры изображённых людей.
Вот суровый пожилой мужчина с густыми бровями и длинной бородой. Взгляд у него был тяжёлый, но в глазах всё же читалась доброта. А вот совсем юная девушка с рыжими косами, уложенными короной над лбом. Причёска явно была сделана специально для позирования, и в её лице удивительно сочетались детская живость и девичья застенчивость.
Вика уже собиралась взять следующий портрет, как вдруг замерла. Лицо девушки показалось ей странно знакомым. Она вновь и вновь вглядывалась в её глаза, в мягкую улыбку, а потом резко перевела взгляд на овальное зеркало.
– Боже... Да ведь это почти я...
После этого она стала рассматривать остальные портреты ещё внимательнее. И почти в каждом находила что-то близкое: то черты своего лица, то выражение, напоминавшее её отца. Неужели прежние владельцы этой усадьбы могли быть ей родственниками?
Она так увлеклась, что не заметила, как на кухню вошёл Алексей.
– Привет, Вит, - сказал он охрипшим голосом. - Ужин есть? Я за весь день нигде так и не успел поесть.
Виктория вздрогнула и резко обернулась.
– Ужин? А почему бы тебе не поесть у Марины? - выпалила она первое, что пришло в голову.
– У какой ещё Марины? - искренне удивился муж. - Ты о чём?
– Это ты мне объясни, о чём! Зачем ты ездил к ней домой? Зачем потом приезжал сюда с какой-то женщиной, ходил по соседям? А потом приходит соседка и приносит мне вот это!
Она схватила один из портретов и подняла его перед мужем.
– Что всё это значит?
– Подожди... А откуда у тебя эти портреты? И что значит "вынюхиваешь"?
– Я ничего не вынюхиваю! И не делай вид, будто ничего не происходит. У тебя что, правда никого нет?
– Да нет у меня никого! - растерянно ответил он. - Я вообще-то пытаюсь нашу семью сохранить.
Услышав это, Виктория нервно рассмеялась.
– Сохранить? Каким образом? Подбирая запасной вариант, пока я не жду ребёнка?
Алексей нахмурился, потом вдруг понял.
– А, вот в чём дело. Ты слышала наш разговор с мамой.
– Не подслушивала, а случайно услышала, - покраснев, ответила Вика. - Я была в подвале, нашла радионяню, включила её и не знала, что второй блок лежит в гостиной.
Алексей устало закатил глаза.
– Понятно. То есть ты решила, что у меня роман?
– А что ещё я должна была подумать?
– Так. Сядь спокойно, - сказал он. - Только сначала можно мне хотя бы чаю?
Виктория молча кивнула и пошла ставить чайник. Пока Алексей мыл руки, она успела налить ему чай и разогреть ужин. Вернувшись, он сел за стол. Перед ним стояла полная чашка и тарелка с тушёным мясом, картофельным пюре и салатом. Немного подумав, он молча принялся есть. Вика не сводила с него глаз.
– Даже не представляю, как ты собираешься всё это объяснить, - сказала она, когда он закончил ужин.
Алексей вытер губы салфеткой и тяжело вздохнул.
– На самом деле всё проще, чем тебе кажется, хотя история и правда запутанная. Понимаешь, мама узнала от своей подруги, матери Марины, что у этого дома якобы очень недобрая история. Не зря же местные зовут его проклятым. Та рассказала ей старую легенду: будто у прежних владельцев здесь когда-то исчезла дочь, а ещё раньше, в начале прошлого века, глава семьи перед тяжёлыми событиями сказал, что счастливо жить в этом доме смогут только его прямые потомки.
– Господи... - тихо произнесла Вика.
– Вот именно. А ты же знаешь мою мать. Она ухватилась за это намертво и стала каждый день мне твердить, что мы зря купили дом, что добром это не кончится. Потом и вовсе договорилась до того, что лучше бы я женился на Марине, тогда никаких бед не было бы. Но Марина мне никогда не нравилась. Тогда мать начала настаивать, чтобы мы срочно продали усадьбу, пока не поздно. Мол, если у нас появится ребёнок, всё это каким-то образом коснётся и его.
– Да у неё что, совсем разум помутился? - пробормотала Виктория.
– Я ей примерно то же самое сказал, - мрачно ответил Алексей.
– Хорошо. Но зачем ты ездил по адресу Марины?
– Не к Марине, а к её матери. Именно она внушила всё это моей маме. Я хотел понять, откуда вообще взялись эти разговоры. И она сообщила, что у неё есть знакомая в архиве, где будто бы нашли старые записи о семье прежних владельцев.
– А сюда ты с кем приезжал? - уже тише спросила Вика.
– Не с Мариной. С сотрудницей архива. Она местная, поэтому показала мне соседей, у которых могли остаться хоть какие-то сведения. Марина вообще давно живёт не здесь, она уехала в Москву.
Виктория посмотрела на него с недоверием и надеждой одновременно.
– То есть ты говоришь правду?
– Конечно, правду, - наконец улыбнулся Алексей. - Более того, эта женщина из архива высказала предположение, что ты можешь быть прямой потомком той семьи. У твоего отца была та же фамилия, что и у прежних владельцев. Возможно, кому-то из рода когда-то удалось уехать и сохранить линию семьи. Вот поэтому мы и искали портреты, документы, любые следы. Кстати, ты уже успела всё рассмотреть?
Виктория кивнула и протянула ему портрет рыжеволосой девушки.
– Посмотри.
– Витка, да это же просто твоя копия! - воскликнул Алексей. - Я так и знал. У тебя не просто интуиция, а настоящее чутьё. Значит, не случайно именно эта усадьба тебе так сразу понравилась.
Он крепко обнял её.
– Как же хорошо, что всё так выяснилось. И, пожалуйста, больше не думай о плохом.
Вика часто закивала, потом виновато посмотрела на мужа.
– Лёш... Я даже наняла частного детектива, чтобы он следил за тобой. Я просто не знала, что и думать...
– Детектива? - Алексей неожиданно рассмеялся. - Ну ты даёшь, Витка. Вот это деловой подход! Любой вопрос решается через специалиста.
Потом он посмотрел на неё уже мягче.
– Только знаешь что? Тебе и правда пора немного передохнуть. У всех твоих подруг уже дети бегают, а ты всё строишь корпорацию. Может, настало время подумать и о себе?
– Я и сама уже начала об этом думать, - призналась Виктория. - Просто мне показалось, что вы с мамой что-то за моей спиной затеваете. Вот я и запуталась.
– Теперь всё хорошо, - тихо сказал он.
Она обняла мужа крепче.
И действительно, с того дня в их новом доме словно воцарились покой, тепло и настоящая семейная радость. Спустя всего полгода Виктория показала мужу положительный тест на беременность.
Но на этом история не закончилась. Судьба пропавшей девочки, о которой она узнала, почему-то не выходила у неё из головы. Её не оставляло чувство, что в этой истории ещё не поставлена последняя точка. Скорее для внутреннего успокоения, чем из уверенности, она попросила Валерия Павловича попытаться ещё раз выяснить, что произошло с ребёнком. Ведь девочку так и не нашли.
Результат оказался неожиданным. В одной из соседних, почти опустевших деревень жила женщина-отшельница, давно ушедшая от людей и поселившаяся в глуши после личной утраты. Именно она когда-то случайно встретила в лесу маленькую девочку. Ребёнок за несколько дней одиночества так сильно замкнулся в себе, что уже почти не мог ничего толком объяснить. Женщина оставила малышку у себя и заботилась о ней, как умела.
Когда детективу удалось распутать эту историю до конца, ребёнка наконец вернули родителям, которые всё это время не теряли надежды.
А в положенный срок Виктория родила сына.