Продолжаем детальный разбор современного перевода Нового Завета, выполненного Андреем Десницким (издание 2025 года). Вводная статья — здесь, предыдущая часть — здесь.
Предыдущие разборы касались евангельского текста. Однако для полноты картины стоит привести хотя бы один пример из апостольских посланий. Давайте посмотрим, с какими искажениями можно встретиться в этой части Нового Завета в переводе А.С. Десницкого.
Еф. 4:22-24
Синодальный перевод:
«22 отложить прежний образ жизни ветхого человека, истлевающего в обольстительных похотях, 23 а обновиться духом ума вашего 24 и облечься в нового человека, созданного по Богу, в праведности и святости истины.»
Перевод А. Десницкого:
«22 Вы должны отказаться от своего былого поведения и прежней сущности – обманчивые желания влекли вас тогда к гибели. 23 Начните мыслить по-новому, духовно, 24 станьте другими людьми, созданными Богом как Его подобие в праведности и истинной святости.»
В греческом оригинале здесь стоят два строго параллельных выражения:
• τὸν παλαιὸν ἄνθρωπον – ветхий человек (ст. 22);
• τὸν καινὸν ἄνθρωπον – новый человек (ст. 24).
Оба стоят в единственном числе. Оба содержат слово «человек». Это важнейшая смысловая пара, через которую апостол Павел описывает, что происходит с верующим во Христе.
«Ветхий человек» у Павла – это не просто вредные привычки или изъяны характера. Это человек в его падшей, поврежденной грехом природе.
«Новый человек» – это не улучшенная версия старого. Это новое творение: человек умирает и воскресает во Христе.
В переводе Десницкого эта связка разрушена. Библейский «ветхий человек» превращен в абстрактную «прежнюю сущность» (что бы это могло быть?), а «новый человек» заменен расплывчатым призывом – «станьте другими людьми». Читатель больше не видит, что перед ним единая богословская пара, которую Павел использует и в других посланиях.
Когда апостольский призыв «облечься в нового человека» подменяется советом «стать другими людьми», христианство сводится к морально-психологическому самоизменению. Речь уже не о новом человеке во Христе, а об исправлении характера: откажитесь от плохого, начните мыслить по-новому, станьте лучше. Апостол уже не возвещает тайну спасения – он превращается в учителя нравственности.
P.S. Откуда взялись «другие люди»?
То, что мы видим в 24-м стихе – не единичный случай, а повторяющийся подход. Например, чуть раньше в этой же главе (Еф. 4:13) апостол призывает христиан прийти в меру «мужа совершенного» (в греческом тексте εἰς ἄνδρα τέλειον – форма единственного числа, это глубокий христоцентричный образ).
И здесь библейский «совершенный муж» точно так же передан во множественном числе: «станем взрослыми людьми».
Синодальный перевод:
«13 доколе все придем в единство веры и познания Сына Божия, в мужа совершенного, в меру полного возраста Христова;»
Перевод А. Десницкого:
«13 И так мы все придем к единству веры и познания Сына Божьего, станем взрослыми людьми, и мерой нашей зрелости станет взрослость Христа».
В Послании к Ефесянам Павел в ключевых метафорах строго выдерживает единственное число («человек/муж») – даже обращаясь ко многим. Это не случайность, а осознанный прием. Апостол использует единственное число именно для того, чтобы подчеркнуть наше единство во Христе.
Превратив «одного человека» в «других людей» (во множественном числе), переводчик уничтожает идею Церкви как единого организма. У него получается лишь собрание отдельных, морально улучшенных индивидуумов. Разрозненные «другие люди».
Читатель вправе ожидать, что апостольская логика будет передана без искажений. Если Десницкий считает, что «новый человек» у апостола Павла – это метафора нового общества, он может написать об этом академическую статью или дать сноску внизу страницы. Но когда он систематически меняет грамматику подлинника, подгоняя текст под собственное толкование, – это уже не перевод.
Следующая часть – здесь.