Арвайхээр - город (25 тыс. жителей) в 430 километрах юго-западнее Улан-Батора, центр аймака Уверхангай, которому принадлежит и знаменитый Хархорин, убогий и развращённый туризмом посёлок с роскошным монастырём на месте чингизидского Каракорума (по ссылкам - мои статьи). Ну а сам Уверхангай (дословно - Внутренний Хангай, по сути - Предхангай), небольшой (63 тыс. км²) и довольно людный (100 тыс. жителей, 2-й после Хубсугула) аймак почти в геометрическом центре страны, на стыке Великой Степи с пустыней Гоби, можно назвать сердцем Монголии.
В сумерках мы попрощались с подвозившими нас монголами на крыльце центральной гостиницы Арвайхээра. Там оказалось дороговато, но место чуть подешевле нашлась буквально через улицу. В первой гостинице нам без всякой задней мысли показали дорогу, во второй администраторша вполне искренне обрадовалась экзотическим гостям, и после "dollar eyes" хархоринцев мы буквально наслаждались этой человечностью.
Нынешняя Монголия делится на 21 аймак. Цинской Халхе хватало и 4, причём аймаки Сэцэн-, Тушету- и Дзасагту-ханов выделились ещё в 16 веке как владения трёх сыновей объединившего Халху Даян-хана. Тушету-ханы, из рода которых был и Дзанабадзар, постоянно своевольничали, и хотя лояльность дому Цин под сомнения не ставили, всё же очередной китайский император Иньчжэнь решил "хватит тут!" и в 1725 году выделил половину их земель в четвёртый аймак Сайн-Нойон-хана, спускавшийся с Хангая в Гоби.
По такому случаю в 1726-27 годах на пограничной меж аймаками реке Онгийн-Гол осел монастырь Мунцаглан-хийд, основанный в 1707 году в чуть другом месте. Разросшийся вокруг него посёлок в 1931 году стал центром аймака Уверхангай, а в 1963 году получил статус города - вот, собственно, и вся история Арвайхээра.
Особых достопримечательностей в нём нет, главным впечатлением остались чадящие трубы дворовых котельных, над которыми дымы вьются чёрными флагами. Центром города служит широкий бульвар с огромным зданием Дома культуры (1957), или вернее с 1985 года целого Уверхангайского драмтеатра. На стене - водопада Улан-Цутгалан в Орхонском лавовом потоке, куда нас так и не зазвал в прошлой части хархоринский водитель джипа.
Чуть дальше сверкает новой краской "металлик" правление аймака:
Напротив - мемориал героям, в центре которого Лувсанцэрэнгийн Аюуш, молодой пулемётчик, погибший в 1945 году в Маньчжурии.
С другой стороны от площади самый известный символ городка - памятник чёрному коню Арвайхээру. Общее место всех русскоязычных материалов отсюда - будто Арвайхээр единственный в мире город, названный в честь коня (хотя исторически у него это может оспорить основанная Александром Македонским Буцефалия - ныне Джалапур в Пакистане), и эта идея столь красива, что её в любом случае стоило придумать. Дальше обычно пишут про самого Арвайхээра, который 20 лет подряд побеждал в байге (скачках), но никто не сообщает, какие именно 20 лет и даже в каком веке. Однако - всё это действительно было...
И опять - вот и весь Арвайхээр, пожалуй самый невзрачный из виденных мной дюжины городов Монголии. Но в таких местах как-то лучше видна повседневность:
На базаре - лежбище мототаксистов:
Уголь - очень ходовой товар, ибо кизяка юрты топить не напасёшься:
В банк, прикинув остатки наличности, я зашёл поменять валюту и наблюдал, как арату (скотоводу) в дэли (кафтане) выдают кредит. Монголы - из тех народов, у которых главное слово "завтра!" ("маргааш"), и банк тут работает невыносимо медленно, а когда у меня перед носом единственное окошко закрылось на часовой перерыв, я поднял достаточный шум, чтобы ради меня сотрудница на пять минут задержалась.
А вот на чьих-то ногах отличные гуталы (сапоги):
Центр из бетона и стекла вокруг базара и бульвара - это буквально один квартал:
Дальше тянутся юртовые посёлки, а над ними на сопке какой-то мемориал, подниматься к которому не было времени:
Наша гостиница стояла в прямом углу бульвара с улицей, спускавшейся к трассе. На ней обнаружился Дворец Спорта, с памятником Цэрэнтогтоху (2017) - местному Исполину, как дословно переводится "Аварга", чемпионский титул ежегодных состязаний по национальной борьбе "бух" на празднике Наадам.
К трассе город обращён золотистой фигурой Джебдзун-Дамба-хутухты - так называется линия перерождений, начинающаяся от Ананды, сподвижника самого Будды Шакъямуни, в которую входят и все Богдо-гэгэны - духовные главы Халха-Монголии с 17 века. Поэтому в руках у носителя древней души - монгольская эмблема соёмбо:
Ещё какой-то храм на выезде вдаль от Улан-Батора:
А у выезда в сторону Улан-Батора - Мунцаглан-хийд, возрождённый в 1993-м: