Существуют стихи о молодости правителя, который войдёт в историю под именем Рёрика Ютландского. Этот знаменитый король норманнов называется русской летописью родоначальником династии Рюриковичей. Многие историки считают летописную легенду правдоподобной, но может ли Рёрик быть на самом деле основателем княжеского рода на Руси?
Почитаем стихи о молодом Рёрике и сделаем выводы.
Стихи как атрибут правителя
Мы знаем, что многие исторические труды в средневековой Европе сопровождались поэтическим восхвалением правителей, о которых шла речь на страницах трудов историков.
В славянской традиции, как мы полагаем, уже с VIII века получило развитие такое направление, как имяславие, когда придворные песнотворцы восхваляли своих князей, подбирая "рифмы", а точнее, созвучия к их именам.
Так что появление в русских летописях XI-XII веков поэтических отрывков не является чем-то необычным, хотя на латинские стихи, которые практиковал, скажем, Галл Аноним при описании польской истории, это было мало похоже. Более того, ряд летописцев, таких как ученик Феодосия Печерского, сознательно избавлялись от поэтической составляющей как от языческого наследия в историческом повествовании и в придворной культуре. Так что найти стихи в русской летописи не так-то легко.
Если говорить о летописце Ярослава Мудрого, в тексте которого мы до сих пор открываем всё новые и новые поэтические отрывки, то его стремление к поэзии имело не только славянские, но и скандинавские корни. В скандинавской культуре было принято ссылаться на стихи скальдов для доказательства правдивости рассказов о прошлом. Поэтому, оказавшись с посольством при дворе Кнуда Великого, наш летописец, стараясь обосновать древность и знатность рода Ярослава Мудрого, использовал разнообразное русское поэтическое наследие X -XI веков.
В случае же с Рюриком, основателем русской династии, никаких стихов не существовало, как, собственно, и следов упоминания этого самого Рюрика. Мы считаем, что наш летописец позаимствовал имя Рюрика из франкских летописей, предъявив в качестве предка русских князей. Так что историографу Ярослава самому пришлось придумать стихи про Рюрика и вплести в них реального князя Игоря Старого, выдавая его за сына первого. Следы этих стихов мы обнаружили в летописи, в частности, в варяжской легенде.
Идоша за море к Варягомъ
и ркоша: «Земля наша
велика и обилна,
а наряд[ник]а в ней нѣть...»
***
И налезоста Днѣпр реку,
и приидоста под Смоленеск,
и сташа выше города,
и шатры иставиша
многи... цвѣты...
И исшед Олег ис шетра,
имы на руках у себя Игоря,
и рече смольником:
«Сеи есть Игорь князь
[сынъ] Рюриков[ъ] руски».
Так что Рюрик имеет поэтическое посвящение на русском языке со всеми атрибутами княжеского имяславия. Схожее имяславие к имени Рюрика мы находим и в знаменитом "Слове о полку Игореве", но там речь, естественно, про другого князя.
Ты буй Рюриче и Давыде!
Не ваю ли вои
злачеными шеломы
по крови плаваша?
Не ваю ли храбрая дружина
рыкаютъ акы тури ранены
саблями калеными
на полѣ незнаемѣ?
Так вот, оказывается, что первые стихи, которые прозвучали в честь Рюрика были написаны ещё при его жизни - в то время, когда молодой норманнский правитель ещё только начинал свою карьеру. И это были стихи на латыни, воспевающие франкского короля.
Выкуп головы Эрмольда Нигелла
В то время, когда скандинавские скальды производили только первые опыты с поэзией, во Франции уже существовала и сама поэзия, и придворные поэты. Одним из них был Эрмольд Нигелл, который воспитывал наследника короля при дворе Людовика Благочестивого, а затем продолжал служить Пепину, когда тот стал королём Аквитании.
Как полагается поэту, Эрмольд сначала попал в опалу после неудачных стихов про императора, а затем, в своё оправдание, из ссылки в Страсбурге написал огромную хвалебную поэму "Прославление Людовика" (Carmen elegiacum in honorem Hludovici christianissimi Caesaris Augusti). Эти стихи были на латыни и подражали классическим поэтам.
Эрмольд пишет, что он "поёт" или "слагает" (canerem) свои стихи, "охраняемый стражей", то есть поэма написана в ссылке по горячим следам описанных событий.
В четырёх книгах этой поэмы нашлось место и для описания крещения "короля норманнов" Харальда Клака в 825 году. Красочно рисуется прибытие кораблей данов, встреча и церемония крещения, а также отъезд викинга. Как известно, Харальд был вассалом франков, получившим город Дорестад во Фризии, а его племянником был Рёрик, который впоследствии унаследовал владения дяди.
Рёрик получит от современников меткое прозвище "язва христианства", которое означает, что он был крещён. Об этом говорит и рассказ об обращении "короля Рорика" в 845 году к Христу за помощью, которая позволяет его войску избежать гибели от моровой болезни.
Историки предполагают, что Рёрик был крещён вместе с Харальдом. Более того, впервые племянник Харальда без имени упоминается именно в поэме Эрмольда Нигелла в крещённой свите конунга.
В стихах есть и другие подробности.
Защитники, живущие по закону франков
Вот небольшой заключительный отрывок из значительного по объёму описания пребывания Харальда при дворе Людовика:
Interea nautae, pelagi qui pignora norant,
Stipe rates onerant, regificisque cibis.
Et jam vela vocant aurae, ventusque morantes
Arguit, atque hyemis signa tremenda monet.
Navibus aequatis tandem, velisque novatis
Cum licitu Heroldus intrat honore ratem
Filius, atque nepos ipsius regis in aula
Excubiis vigilant, Francica jura colunt.
Heroldus dapibus variisque refertus et armis
Per mare fluctivagum propria regnapetit.
Между тем люди грузили на барку подарки и яствы;
ветер искал парусов, и медлить было опасно:
время бурь начало приближаться.
Но вот корабли изготовлены, парус натянут,
и торжественно шествуют в гавань Гаральд.
Сын короля и племянник остались на месте
служить императору, живя по обычаю Франков,
Гаральд же, снабженный всякого рода провизией, и наделенный оружием,
с миром поплыл по бурному морю домой.
Олег Губарев, который ссылается на данный отрывок, справедливо отмечает, что во франкских анналах упоминаются и сын Харальда - Готфрид - и его племянник Рорик. Так что, скорее всего, именно они приняли крещение в 825 году и остались при дворе Людовика.
Если буквально прочитать слова поэмы, то мы узнаем, что сын и племянник остались не просто при императоре как заложники для поддержания союза, но жили при дворе - в "зале" (in aula) - и "несли стражу" (excubiis vigilant), а также воспитывались "по закону франков".
Данная социальная позиция норманнов при франкском дворе напоминает нам практику византийской стражи из росов или варягов. Тем более, что Харальд обязался охранять страну от викингов, получив владения от императора на границе, что очень похоже на описанные в летописи приглашение варягов, заключение с ними "ряда" и выплату им дани в обмен на обеспечение мира.
Чем не готовая ролевая модель для летописного Рюрика и его варягов?
Губарев, как раз и предполагает, что Рюрик оказался в Ладоге или на Рюриковом городище в 850-е - 860-е годы, заложив основы Древнерусского государства, опираясь на знания, полученные при дворе западного императора.
Мог ли Рёрик быть отцом Игоря?
В своей работе о восточных делах Рёрика Олег Губарев задаёт разного рода вопросы по поводу реальности правления норманна из Фризии на Руси, обрисовывая разного рода возможности. Но он не задал главного вопроса, который имеет, прямо скажем, медицинский характер. Были ли Рёрик Ютландский отцом князя Игоря Старого, достоверно известного правителя Руси из династии Рюриковичей?
Если в 825 году, или при жизни Эрмольда (умер после 838 года), Рёрик был уже дееспособным юношей, несшим службу в императорской страже, то в каком возрасте он обзавёлся предполагаемым сыном Игорем?
Мы знаем, что Игорь был активным правителем в 940-х годах, в это время у него была жена и сын, а также несколько племянников. Возможно, именно Игорь описан как царь русов в записке Ибн-Фадлана в 922 году: это был любвеобильный и беспечный правитель, живший, предположительно, в Вышгороде. Позже город достанется его жене Ольге в качестве свадебного подарка, то есть их брак случился позже 922 года, и Игорь был ещё достаточно молод.
По имени Игоря мы предположили (об этом - в следующем очерке), что он родился между 886 и 894 годами, так что в правление князя Олега, упомянутого в договоре 911 года, он мог быть малолетним, как это описано в летописи. К моменту гибели в 945 году Игорь был достаточно "старым", но ещё весьма дееспособным - ему было около 50 лет.
Даже если отец Игоря умер, когда наследник был ещё младенцем, то всё равно он должен был жить в 894 году, когда появился Олег. А судя по княжеским знакам на монетах, он дожил до начала X века, когда Олег отправился на завоевание от его имени днепровсокго пути.
Получается, что юноше, крещёному в 825 году во Франции, к 894 году было бы не менее 70 лет, что ставит под сомнение его способность к продолжению рода Рюриковичей на Руси. К 907 году Рёрику Ютландскому было бы около 90 лет. К началу правления отца Игоря в 877 году Рёрику Ютландскому было бы за 50 лет, что по тем временам считалось уже пенсионным возрастом, не способствующим активной политической жизни в суровых природных и социальных условиях Руси.
Так что, скорее всего, Рёрик Ютландский, один из самых успешных руководителей норманнов IX века, умер между 874 и 882 годом, как это обозначено информацией во франкских анналах о передаче фризских земель Готфриду. А в русских землях в 877-907 годах правил кто-то другой.
Рёрик Ютландский не был отцом Игоря. Но, если вернуться к летописной хронологии, то возможно ли предположить, что он правил на Руси в 860-х - 870-х годах?
Мог ли Рюрик править на Руси в 860-х годах?
Есть несколько фактов, которые противоречат идее о том, что воспитанник франкского императора был первым русским Рюриковичем в 860-е года.
Во-первых, Рюрику не приписывают самое важное и масштабное событие, связанное с начальной страницей истории Руси - набег на Константинополь в 860 году. Западные хроники, говоря о том, что это сделали норманны, не называют имени Рёрика, известное хронистам. Русская летопись роль налётчиков отдаёт не князю, а его людям - Аскольду и Диру. И даже Олег отметился в походе на Царьград, но не Рюрик.
Во-вторых, как мы знаем, поход готовился заранее. К 854 году правитель Северной Руси расширил своё влияние на юг, выйдя к Днепру, и попал в историю как "царь славян", равный византийскому и хазарскому царям. Он построил крепость на Рюриковом городище в 858-861 годах и, возможно, в Киеве. Мог ли всем этим заниматься Рёрик Ютландский, будучи занятым одновременно и в делах Западной Европы?
В-третьих, напавшие русы упомянуты в 867 году как друзья Византии, принявшие после набега 860 года христианство. Это похоже на Рёрика, но это же означает и то, что он должен был заниматься русско-византийскими делами непрерывно с 854 по 867 год. Если же этим занимались, как полагает Губарев, его посадники типа Аскольда и Дира, то кто же на самом деле был верховным правителем Руси?
И тут есть четвёртый аргумент против Рёрика. В 871 году византийский император среди трёх правителей с титулом каган называет некоего "кагана норманнов", за которым, скорее всего, скрывается известный по другим источникам каган русов. В ответ глава франков пишет императору, что ничего такого о кагане норманнов он не знает. А в это время, по версии русской летописи, главой Руси был Рюрик, то есть Рёрик Ютландский, хорошо известный франкам.
То есть каганом был другой человек, не Рёрик Ютландский, а, значит, и управлять Русью могли не Аскольд и Дир или другие "наместники", а сам каган русов и делал он это на протяжении 854-871 годов.
И пятый аргумент - это пожар Ладоги, после которого город перестраивается. Традиционно его датируют 860-ми годами, ориентируясь на брёвна 867 и 871 годов из новых построек. Однако, Цукерман справедливо замечает, что брёвна могли быть старыми, заготовленными до пожара, то есть новое строительство пришлось на 870-е годы. Разрушили и соседнюю крепость Любшу, причём штурмующие были славянами. Чуть позже в Ладоге появляется новая каменная крепость. Если бы Рёрик Ютландский правил в 854-871 годах, то как бы он допустил уничтожение его опорных пунктов?
Скорее всего, пожары связаны с восстанием, после которого и произошло призвание варягов. А Рёрик Ютландский к этому времени был уже стар. К 877-885 годам, когда мы фиксируем появления знака Рюриковичей, Рёрик был уже в лучшем мире. Так что он не мог передать княжеский двузубец Игорю и его потомкам. Властью, которую символизировал двузубец Рюриковичей, в конце X века обладал не Игорь и не Рёрик Ютландский, а кто-то другой.
Отцу князя Игоря мы посвятим следующий очерк.
Оставайтесь на канале.
#Рюрик #история поэзии #история литературы #история Франции #история России #Древняя Русь #Рюриковичи