Если вы не читали первую часть «Путь ветра», то рекомендую начать с неё — ЗДЕСЬ Вам сразу станут понятны герои этой истории.
Глава 1, Глава 2, Глава 3, Глава 4, Глава 5, Глава 6, Глава 7, Глава 8 Глава 9, Глава 10, Глава 11
Глава 12
Антон равнодушно смотрел в окно автомобиля: эйфория, в которой он пребывал всё утро, прошла. Теперь осталась только тревога, которую он упорно прогонял. Вспоминал маму. Никогда бы не подумал, что будет скучать по ней. Кажется, впервые за всю его жизнь никто не поинтересовался, поел ли он. Всем было всё равно! Оказалось, что по большому счёту, никому нет дела до другого, каждый жил свою жизнь. Он ведь и сам завалился к Сэму без звонка, не особо интересуясь, удобно ли ему, и готов ли он рисковать ради него, Антона, своей репутацией. Мать ведь может рассказать подругам, что репетитор помогал сыну сбежать из дома, и тогда от него будут отказываться. Только сейчас, глядя на мелькающие за окном столбы, он подумал, что, наверное, поступил эгоистично по отношению к Сэму. Но ему больше не к кому было идти! Со всеми приятелями из бывшей гимназии он почти не общался, Стас Краснов его сдаст или начнёт просить денег за молчание.
— Как будто холодает... — В машину, поёжившись, сел друг Сэма: они останавливались заправиться.
— Чё сильно? — Антон, вдруг подумал, что у него ведь даже куртки нет.
— Ну-у так, нормально... В Казани теплее было. Ветер холодный, — короткими фразами бросал парень, выезжая на трассу.
— Ветер перемен...
— Типа того.
Антон достал телефон и быстро написал в заметки:
Там, где рождается ветер, я ищу свои смыслы,
Где в пустых коридорах застыли старые мысли.
Там, где рождается ветер, сгорают все маски,
Мир рисует финал, не жалея густой краски.
— В первый раз в Москву?
— Нет, конечно, — хмыкнул Антон. — Но раньше в основном с туристической целью.
— А сейчас?
— Заякориться хочу.
— Ничё се! Я думал, отдыхать... У тебя там родственники, что ли?
— Не-а, никого нет.
— А где тормознёшься?
— Сэм подсуетил: у его друга пока перекантуюсь, а дальше видно будет.
Молодой мужчина задумался, глядя на дорогу, потом уважительно произнёс:
— Ну ты крут! Москва — город такой... Сам увидишь. Но поступок смелый!
Антон счастливо улыбался: кажется, его впервые назвали смелым. Нет, наверное, называли и раньше. Но сейчас это... это прозвучало, как авторитетное мнение. «Значит, я всё правильно делаю! Я ему ещё докажу!» — подумал он про себя.
Деньги, которые он накопил, стремительно заканчивались. Когда-то эта сумма казалась приличной суммой. Да, для среднестатистического подростка вполне неплохо, но только если подросток питается за счёт родителей, живёт на всём готовом. Тогда да, на мелкие радости хватит надолго. За несколько дней жизни в Казани Антон беспечно потратил четверть запаса и теперь думал, что телефон можно было взять ещё скромнее, а то и вовсе поискать с рук. Но кто же знал!
Московский друг Сэма — Кирилл — сказал, что всё понимает, и пустил его в свою крошечную квартиру без оплаты. Но Антон догадывался, что это тоже не будет длиться вечно, поэтому надо срочно придумать способ заработать. И вот здесь его ждал тупик: работы он не боялся, но без паспорта никуда не брали, а с паспортом он не мог сам — засветится, и отец тут же примчится за ним. Нужно всего-то продержаться год до совершеннолетия! Вначале Антон думал, что подаст документы в любой институт, где не самый высокий проходной балл, но есть общежитие, а потом понял: любое действие в интернете оставит за собой информационный след. Даже новую симку он оформил не на себя, и даже не на Сэма, а на его коллегу. Спустя неделю жизни в Москве он понял, что устаёт от этих шпионских игр. Но возвращаться с опущенной головой не позволяла гордость. Несколько раз он брал телефон, чтобы набрать маму и сказать ей, что с ним всё хорошо, а заодно поддаться на её уговоры вернуться. Он был уверен, что мама начнёт уговаривать. Перед отъездом в Москву он попросил у прохожей девушки телефон и спросил можно ли с него отправить смску. Написал маме: «У меня всё хорошо». Ему было немного стыдно перед девушкой, ведь ей будут задавать вопросы, к ней придёт полиция, но не написать маме не мог. Антон сам удивлялся, насколько часто он вспоминает её.
Через неделю ему повезло: Кирилл познакомил его с владельцем автомойки, и тот согласился взять его на работу без документов. Собственно, там все работали именно так. Две недели он добросовестно драил чужие машины, начищал лобовые стёкла, вытряхивал коврики. Некоторые парни работали два-три часа и уходили. Антон торчал на автомойке целый день, ожидая хороших денег. Но когда пришёл за зарплатой в назначенный час хозяин вдруг начал юлить и придираться: «на тебя жаловались», «в тот день ты плохо вымыл три машины, мне потом звонили с претензией», «а эту тачку вообще не ты мыл! Что значит записано? Думаешь, я с потолка взял?». Вместо ожидаемых денег он получил втрое меньше. Его разрывало от злости, несправедливости и от того, что он не может постоять за себя. Раньше он швырнул бы хозяину деньги в лицо: подавись! А сейчас был вынужден проглотить унижение: сейчас каждый рубль важен. Несколько дней он не находил себе места, злость и обида не отпускали. Кирилл сочувствовал, но помочь ничем не мог.
— Кирюх, а может, я устроюсь доставщиком, а документы на тебя оформлю? Там ведь только приложение нужно, и никто не проверяет.
— Ну давай попробуем... — нехотя согласился Кирилл: заморачиваться не хотелось и подставлять себя тоже. А вдруг Антон где-нибудь накосячит и в нужный момент это на нём отразится?
Но и здесь что-то не получилось. Из налоговой пришёл отказ на регистрацию парня, как самозанятого, а идти разбираться, Кирилл, конечно же отказался и вздохнул с облегчением. А Антон напрягся ещё сильнее. Жизнь в столице, символизирующей его личную свободу, оказалась ловушкой.
На случайных заработках он продержался три месяца. Смог купить себе одежду, куртку и тёплую обувь. Мама от такого нос воротила бы, но у него не было выбора: ему надо дотянуть до совершеннолетия! Что там будет после, он пока не знал. Но это словно была черта, за которой станет легче. Хотя бы, потому что ему не придётся прятаться ото всех.
Молодость брала своё: часть денег уходила на вечеринки, дешёвый алкоголь и сигареты. Именно на таких мероприятиях он заводил различные знакомства, искал варианты подработок и всячески старался стать своим в равнодушной Москве, не понимая, что все присутствующие такие же чужаки для неё.
— Слушай, тут можно курьером нормально поднять, — сказал как-то один из старших на подобной вечеринке.
— Я пока не могу курьером... В приложениях подтверждение просят, фейс там засветить, паспортные данные... А я...не могу пока, короче.
— Понимаю, — уважительно кивнул старший. — Здесь не спросят. Просто скажешь, что от меня. Я за тебя поручусь. Под мою ответственность, в общем.
— Да?! — Антон потёр руки в радостном предвкушении. — И сколько платят?
— По-разному. В среднем от пятёрки за одну доставку.
— Чё реально?
— Вполне, — авторитетно заявил парень. — У меня ребята нормально за месяц поднимают. В общем, напиши вот сюда, скажешь, что от меня. На точке тебе всё объяснят.
Утром Антон рассказал всё Кириллу. Тот нахмурился:
— Тоха, это наркотики.
— В смысле?
— Ну что непонятного? Они так заманивают малолеток, чтобы те раскладывали «товар» по городу. Лапшу на уши вешают: типа ты несовершеннолетний, тебе ничего не будет. А некоторых и на иглу сажают.
— Да не-е-е-е... — неуверенно протянул Антон.
— Ну ты сам посчитай. Сколько доставка по Москве стоит? Я корешу до Дубровки гитару отправлял, доставкой, две тысячи заплатил. А тут за одну доставку пятёрка.
— Может, это район отдалённый? — предположил Антон.
— Если только загород, но ты без тачки. И в чём проблема оформить обычную доставку? Там хоть отследить можно и, если пропадёт груз с кого-то спросить.
— И что теперь делать? — расстроено спросил Антон., — Может, я хотя бы напишу им? Я ж как будто обещался...
— Забей. Просто ничего не делай.
— Блин, ну так не по-пацански как будто.
— Тох, они на это и рассчитывают, понимаешь? В общем, мой тебе совет: когда предлагают сразу много за какую-то плёвую работу — сразу вали. Скорее всего, это криминал.
Кирилл ушёл на работу, а Антон долго смотрел в хмурое московское небо, дымил на балконе, переминаясь с ноги на ногу, и думал. Несколько раз брал телефон с мыслью: «я только напишу» или «я просто откажусь». Но потом убирал его обратно. Похоже, что Кирилл прав.
Он боялся, когда пиликал телефон: вдруг тот старший сам написал ему и придётся отвечать? А вдруг его уже пасут около дома и заставят работать? Несколько дней он не выходил на улицу и всё выглядывал с балкона, пытаясь найти подозрительных людей.
Но проблему это не решало: денег не было и где заработать он не знал. Боялся написать матери, даже с чужого телефона, но скучал по ней. Иногда ему казалось, что он досыта наелся свободы и уже был готов позвонить матери, но каждый раз он непроизвольно дотрагивался рукой до затылка, помнящий тот унизительный подзатыльник от отца. Вспоминал его перекошенное злобой лицо. Свой крик: «Пошёл ты в жопу!». И понимал, что вернуться сейчас означает снова пойти на поклон.
Антон был в Москве уже полгода. Столица равнодушна смотрела на его тщетные попытки заякориться. Денег постоянно не хватало, Кирилл попросил хотя бы чуть-чуть оплачивать проживание: коммунальные услуги росли, да и вообще, это было справедливо. Антон уже ненавидел доширак и яичницу, но это было быстро и дёшево.
Единственное, что его по-прежнему спасало — музыка. Когда отчаянье накатывало со страшной силой, он сидел на балконе, курил и делал так, чтобы дым попадал в глаза. В такие моменты он позволял себе плакать.
Стены давят так сильно, будто в комнате вакуум,
Я смотрю в потолок, где реальность дала трещину знаком.
В голове белый шум, в кармане —холодный пепел,
Мир за окном превратился в чью-то кривую сплетню.
Каждый шаг — прыжок в серый густой туман,
Где правда смешалась с ложью, создавая обман.
Я тяну руку вверх, но пальцы хватают лишь пустоту,
Отчаянье на вкус — как ржавчина, въевшаяся в мечту.
Тонкая куртка не спасала от злого ветра. Антон надел на себя все свои футболки, их было три, и толстовку. Попросил у Кирилла старые трико и надел их под джинсы. Целый день ему предстояло раздавать листовки. Праздничная суета не радовала, а скорее раздражала. Скорее прошла бы зима! Ему было стыдно ходить в этой тонкой куртке, хотя он понимал, что никому до него нет дела. Но сам-то он знал причину: нет денег. С ботинками была беда — ещё чуть-чуть и совсем расклеятся. Всё это раздражало и наводило тоску. Но он упорно держался, стараясь не показывать своего уныния. Каждую ночь говоря себе, что завтра будет лучше. И каждое «сегодня» приближает его к совершеннолетию.
Из торгового центра, где Антон раздавал листовки, вышел мужчина. Невысокий, щуплый. Он зябко кутался в пальто. Антон посмотрел на него вскользь, без интереса: листовки надо раздавать тем, кто заходит, а не выходит. Мужчина вытащил руку из кармана пальто, посмотрел на часы, и в этот момент что-то плюхнулось прямо на кучку снега рядом с ним. Антон увидел, что это деньги. Пачка пятитысячных купюр. Мужчина не заметил, и сделал шаг вперёд.
Антон смотрел на деньги, как заворожённый. Это было решение всех его ближайших проблем. Эта пачка спасёт его от необходимости искать подработку каждый день, экономить на проезде и позволит зайти в нормальное кафе и поесть нормального супа. Или пюре с котлеткой. Он даже увидел дымящуюся тарелку с чем-то однозначно домашним и горячим. Он сделал шаг в том направлении, где стоял мужчина. И в эту же секунду увидел совершенно другую картину: на ярко-зелёной молодой траве лежит Петя Мурзин, и из его губ течёт тонкой струйкой кровь.
— Мужчина, у вас деньги упали! — крикнул он мужчине, который уже шёл к такси.
Сытный ужин. Кафе. Новые ботинки. Утеплённые джинсы. Всё куда-то исчезло...
~~~~~~
Продолжение ЗДЕСЬ
Традиционно напоминаю:
Я в Макс
Я в Телеграм
Сборник «Кофейные романы» — ЗДЕСЬ. Его ещё можно купить на Озон.
Мой первый сборник «Крылья» — ЗДЕСЬ
Хорошего дня и вкусного кофе ☕🌺