Кофеманы мои, начинаю публикации продолжения повести «Путь ветра». Обещанная вторая часть про Антона.
До конца повесть не дописана, поэтому я не могу пока сказать сколько глав будет. Но кажется, если я не начну выкладывать, то никогда не допишу. Поэтому решила начать с того, что есть.
Если вы не читали «Путь ветра», то начните с неё! Тогда вам сразу станут понятны герои этой истории. И даже если читали, то можете освежить в памяти.
Глава 1
— Антон, стой!
— Отстань.
— А я сказала, стой! И слушай, что мать тебе говорит! — Светлана повысила голос, хотя старалась всегда говорить ровно, без истеричных ноток, так как в её представлении должна говорить светская дама — Ты сейчас же пойдёшь и выучишь этот долбанный рассказ!
— Что за выражения, маман? — Антон усмехнулся, довольный тем, что может поддразнить мать.
— Прости, Антуан, но ты вывел меня из себя — Светлана прекрасно знала, как вывести сына из равновесия. — Антуан, ты слышал меня?
— Блин, мама! Я же просил не называть меня этим противным именем, как «голубого» — мальчик тут же отреагировал.
— Антоша, — приторно пропела мать — ты сейчас вернёшься в комнату и выучишь этот рассказ. Скоро приедет Сэм, и не дай бог, он пожалуется отцу, что ты плохо подготовился!
— И чё? Папенька поставит в угол? — Антон усмехнулся.
— Нет — железным голосом отчеканила Светлана. — Он не даст тебе карманных денег.
— А если он не узнает? — неуверенно предположил мальчик. — Сэм не может ему рассказать: он уезжает раньше, чем возвращается папа.
— Узнает — ухмыльнулась мать: оборона сына дала трещину. — Я очень постараюсь, чтобы узнал.
Антон помедлил с ответом, и, прежде чем пойти в свою комнату, процедил:
— Знаешь, кто ты? Предательница!
— Антон, это всё для твоего блага! — крикнула в спину сына Светлана. — Английский очень важен, без него никуда.
— Отстань! Я тебя не слышу! Я пошёл учить грейт кэпитал или чего-то там...
Через минуту со второго этажа послышался звук, захлопнувшейся с силой двери.
Светлана, улыбнувшись, села на кресло и взяла пилку для ногтей. Что ж, эту битву она выиграла. Но с каждым разом становится сложней. Она нахмурилась, потом опомнившись, быстро расслабила лицо: массажистка сказала: хмурые гримасы приводят к ранним морщинам. Да, сын у них не подарок. Ему всего тринадцатый год, а он уже хамит и не слушается! Совсем от рук отбился. И если честно ей совсем не хочется воевать с ним, пусть занимается чем хочет, сегодня погода хорошая, лучше бы он погулял. Но Виктор, муж, набрасывался на неё с упрёками, когда в дневнике сына начинали появляться тройки. Обвинял её в безделье и в том, что она, сидя дома, не может справиться с одним ребёнком. Грозил отправить её на работу. Светлане совсем не хотелось проверять, сможет ли так поступить муж. Но чутьё подсказывало — сможет. А работать не хотелось, за последние пятнадцать лет она не проработала ни одного дня, и как представляла ранние подъёмы, начальство, необходимость выполнять чьи-то распоряжения, тут же рьяно принималась воспитывать сына. Хорошо, что хотя бы карманными деньгами она может повлиять на него.
Вообще, у неё и без Антона забот хватало: дом большой, надо следить, как убралась домработница, ровно ли скосил траву рабочий, хорошо ли приготовлена еда, по выходным Витя любит приглашать гостей, и требовалось разработать меню, придумать развлечения, заказать продукты. Хорошо, если приедут друзья-приятели. А если приглашены высокопоставленные гости, то надо свериться с пищевыми пристрастиями и аллергиями, заказать дорогие напитки. Не успевал закончиться один уик-энд, как приходилось готовиться к следующему.
Вдобавок Светлана занималась саморазвитием: изучала французский, три раза в неделю ездила на йогу с тренером и встречалась с подругами. Если не выезжать в город, то легко можно пропустить все модные тенденции. Так и до домашнего халата недалеко. А ещё массаж, косметолог, психолог... Это только кажется, что жизнь обеспеченной женщины лёгкая. На деле много времени и сил уходит на то, чтобы соответствовать высокому посту супруга.
В это плотное расписание пришлось втиснуть развитие сына: два раза в неделю репетитор по английскому с носителем языка, репетитор по математике и русскому, хорошо, что с ними он связывался онлайн. Ну и занятия музыкой. И это, не говоря о том, что приходилось следить за школьным дневником, утрясать выходки Антона в школе: стараться чтобы информация не дошла до мужа. Иначе не поздоровится...
Светлана тяжело вздохнула и погрузилась в мир социальных сетей. Ух ты, Егоровы опять в Рим укатили! А они уже полгода никуда не ездили. Будет о чём мурлыкать нынче мужу.
Антон захлопнул дверь комнаты и начал со злостью пинать плюшевого мишку, валяющегося на полу. Он терпеть не мог эти девчачьи игрушки, но мать навязчиво притаскивала медведя в его комнату и сажала в углу. «Тедди сочетается с интерьером»: говорила она. Ага, сочетается! Антон злился ещё больше. Он пацан, в кругу его интересов Лего, приставка, и комиксы. Медведей там нет, и не было. Но разве её переубедишь? Ладно, хоть на что-то сгодился — Антон часто вымещал свою ярость на безобидном плюше.
Выпустив пар, лёг на кровать и взял комиксы. Да ну, этот английский. Он его выучит за полчаса, да и Сэм прикроет, если что не так. В отличие от родителей этот чувак его хорошо понимает, хоть и не русский. Он, конечно, уже старый, ему двадцать пять, но, когда однажды Антон рассказал ему на русском вперемежку с английским о строгом отце и матери, которой не было до него дела, Сэм как-то проникся. И с тех пор покрывал парня, закрывая глаза на невыученные уроки. Но при этом он здорово натаскал его в разговорном. И они спокойно обсуждали на английском компьютерные игры или музыку, а всякие «грейт кэпитал» оставляли напоследок.
Вообще, Антон считал, что ему не повезло с родителями. Однажды он услышал бредовую теорию, что душа, находясь на небе, сама выбирает будущих родителей. Конечно, это ерунда. Потому что, таких, как у него никто по доброй воле не выберет!
Им вообще нет никакого дела до него, до Антона. У них в голове только свои заботы, деньги, гулянки и сплетни. Отца интересуют только успеваемость и не накосячил ли он где-то, а ещё что бы купить такое, что показать друзьям на выходных. А матери главное, чтобы от него не было хлопот, и записаться на маникюр. Раньше интересовалась, поел ли он, а сейчас и на это забила.
И разве отдают любимого ребёнка в школу в шесть лет? Сколько ему пришлось из-за этого пережить! С первого класса он отстаивал своё право быть наравне со всеми. «Мелкий» — назвал его тогда Серёга, все смеялись. Пришлось выбить Серёге зуб. После этого желающих ходить без зубов не нашлось, и они нападали уже в полсилы. А Антон дрался не на жизнь, а на смерть. Физическую силу ему заменяла юркость и скорость. Благодаря невысокому росту он ловко изворачивался и совершал движения, которые от него не ожидал противник: мог укусить, выдрать волосы, ударить исподтишка. Но главный двигатель — злость. Вступая в драку, Антон не мог остановиться, он ничего не видел и не слышал вокруг. Помнится, в третьем классе он избил пятиклассника до крови, за то, что тот позволил сказать: «эй, сосунок, давай-ка сгоняй за сигаретами».
Антона водили к психологам. Только он не хотел с ними общаться, он же не псих какой-то! Неужели родители этого не видят? Только один раз ему понравилась психолог, он до сих пор помнил её по-детски щебечущий голосок и смех. С ней они хорошо поговорили, и он рассказал ей немного о своих тревогах. О том, что он подозревает, что родители его не любят и хотят избавиться, потому что он не оправдал их ожиданий.
Но больше к ней не ходили. Он спросил у отца почему. А тот ответил: «Молодая она ещё, ей самой психолог нужен. Несёт пургу!». Какую «пургу» она несёт, выяснить не удалось.
Он хорошо помнит, когда ему исполнилось шесть, мать с гордостью рассказывала подругам: «Антошенька у нас смышлёный, так говорят все педагоги. Поэтому он пойдёт в первый класс на год раньше. И вдруг экстерном окончит школу».
А он их подвёл: дрался, срывал уроки, домашку делать не хотел. Гувернантка жаловалась, что он постоянно играет вместо того, чтобы выводить крючки и палочки. Он бы и рад учиться, порой это было весьма интересно. Но когда хотелось в туалет, что он вскакивал и бежал в коридор, каждый раз забывая, что надо поднять руку и отпроситься. И учительница опять выговаривала ему, говоря при всех, что если он не наигрался, то пусть возвращается в детский сад. И все смеялись над ним, девочки ласково называли его «наш малыш». За это один раз он отрезал косичку однокласснице. Вот был скандал!
В пятом классе его перевели в престижную гимназию. Но и там он оказался ниже всех ростом. На физре стоял последним. Позор! Однажды его попросили отнести мел в четвёртый класс. Там он увидел, что в четвёртом, где учились его ровесники, он был бы среднего роста. Конечно, есть девчонки и пацаны высокие, но большинство такого же роста, как он. Потому что родители их любят, и отдали в школу как положено в семь лет! А кого-то и в восемь.
Как, например, Мурзина. В эту деревенскую школу он пришёл в седьмой класс. Ему было всего двенадцать. Он сразу заметил долговязого Петьку: он был самым высоким в классе. И сперва Антон трухнул, что придётся с ним драться. Но Мурзин не обращал на него внимания, и ему самому уже хотелось вывести одноклассника из себя и заставить махать кулаками. Но все шутки Антона отскакивали от Петьки. А всё, потому что его родители любят! У него днюха зимой, но в школу его отдали не в шесть с половиной, как сделали бы его предки, а в семь с половиной. Поэтому он был и выше всех, и такой весь уверенный в себе, как слон. В третьей четверти ему исполнилось четырнадцать, и он уже получил паспорт! А ведь (это он узнал позже) отца у него не было, и бабла не было, а всё равно Антон знал, что Мурзина дома любят. И он не подвёл своих предков, как он.
Вспоминая, начальную школу, Антон даже слегка задремал. Пока мать не постучалась к нему в комнату (как же долго он приучал её к этому!), и не известила о том, что пришёл Сэм и пора заниматься английским.
~~~~~~
📌 Продолжение ЗДЕСЬ
Всем хорошего дня и вкусного кофе ☕
Я в Макс
Я в Телеграм
Предзаказ на «Кофейные романы» — ЗДЕСЬ
Мой первый сборник «Крылья» — ЗДЕСЬ