На сегодня всё, Ирина, благодарю вас за работу, можете идти домой, сказал начальник, выглянув в приёмную, чтобы отпустить секретаря.
– Ой, Леонид Сергеевич, так рано? А я как раз хотела закончить последние документы, отозвалась она. - Давайте я останусь, а вы поезжайте. Я сама всё запру и поставлю офис на сигнализацию. Я ведь помню, какой сегодня день.
Леонид с признательностью посмотрел на женщину, которая была рядом с ним с тех самых пор, как появилась его компания. Ирина совмещала обязанности секретаря и бухгалтера и давно стала для него незаменимым человеком.
– Тогда с меня премия, мягко произнёс он. - Оформите, договорились?
Ирина кивнула и поднялась из-за стола, чтобы проводить начальника и закрыть за ним дверь.
Леонид вышел на улицу и поднял взгляд к небу. Лёгкие облака не сулили резкой перемены погоды, значит, можно было без лишних сомнений отправиться туда, куда он неизменно приезжал каждый год в этот день.
По пути мужчина остановился возле цветочного магазина. Его сотрудники вынесли часть товара прямо на тротуар, и прохожие невольно замедляли шаг, рассматривая роскошные композиции и аккуратные небольшие букеты. Многие не могли пройти мимо такой красоты и доставали кошельки.
Леонид выбрал корзину с белыми розами. Внимательно пересчитав цветы, он вынул одну розу.
В его букете должно было быть чётное количество.
И вдруг за спиной послышался тонкий детский голос:
– Дяденька, а вы можете купить мне цветочек?
Леонид вздрогнул и обернулся. Перед ним стояла худенькая, бедно одетая девочка с большими печальными глазами. Он сразу узнал её. Не раз видел, как она просила милостыню у ворот кладбища, куда он приезжал к могиле своей невесты. Обычно девочка выходила из кладбищенской часовни, когда к воротам подъезжали машины, и робко просила что-нибудь на хлеб. Родные тех, кто покоился здесь, давали ей то деньги, то пакеты с едой. Для многих это было лучше, чем оставлять продукты у памятников, где их могли утащить бездомные собаки.
– Цветок? - удивился Леонид. - У меня как раз есть лишний. Держи, это тебе.
Девочка протянула ладонь и очень бережно взяла белую розу.
– Спасибо, улыбнулась она, но тут же посерьёзнела. - Только это не мне.
– А кому, если не секрет? - спросил он.
Однако малышка уже развернулась и вприпрыжку побежала к автобусной остановке.
Леонид только пожал плечами, открыл машину и осторожно положил корзину на соседнее сиденье. Но едва он собрался сесть за руль, как во внутреннем кармане зазвонил телефон.
– Ну кто ещё? - недовольно пробормотал он.
Увидев на экране имя Ирины, Леонид нахмурился.
– Леонид Сергеевич, у нас внештатная ситуация, дрожащим голосом сообщила секретарь. - Наши утренние партнёры вернулись с полдороги и требуют заново обсудить условия контракта. Говорят, что лучше выплатят неустойку, чем подпишут соглашение, которое считают невыгодным. Вы далеко уехали?
Леонид мысленно выругал несговорчивых людей. Неужели нельзя было спокойно дочитать все пункты сразу, на месте, не создавая лишней суеты? Но выбора не было. Пришлось разворачивать машину и ехать обратно в офис.
Когда он наконец освободился, измученный и даже слегка охрипший после напряжённого разговора с партнёрами, день уже клонился к вечеру. Контракт удалось сохранить почти в первоначальном виде, но вместо удовлетворения Леонид ощущал только тяжесть и опустошение.
И всё же он должен был довезти цветы по назначению.
Солнце садилось, и его лучи ложились на кресты и памятники так, словно внутри камня вспыхивал тёплый жёлтый свет. Леониду вдруг пришло в голову, что это похоже на окна деревенских домов в вечерний час.
Он шёл мимо чужих захоронений, пока наконец не увидел высокий куст сирени. Под ним стоял памятник из чёрного мрамора с фигурой плачущего ангела и фотографией молодой женщины.
– Здравствуй, Мила, тихо произнёс он, входя в оградку.
И тут его взгляд остановился на камне. Там лежала одна белая роза, чуть тронутая ветром. Та самая, которую он совсем недавно отдал девочке.
Леонид застыл.
Как этот цветок мог оказаться именно здесь?
Он обвёл взглядом кладбище, хотя и сам понимал, что малышка давно ушла. Леонид осторожно подвинул одинокую розу и поставил рядом корзину. Затем внезапно вспомнил, что девочка нередко выходила из часовни. Возможно, и сейчас она там.
Он быстро направился к главному входу.
В сгущающихся сумерках в маленьком окне часовни мерцал слабый свет. Внутри стоял полумрак. Лишь на поминальном столике ярко горели свечи. У стола, повернувшись спиной к выходу, священник читал записки с именами усопших. Чуть поодаль стояла та самая девочка, сложив ладони в молитве.
Леонид невольно перекрестился, хотя на него никто не обратил внимания.
Наконец священник закончил чтение имён, произнёс молитву и, обернувшись, посмотрел на вошедшего.
– Добрый вечер, тихо сказал бизнесмен. - Можно с вами поговорить?
– Здравствуйте. Разумеется. Присаживайтесь, ответил священник и указал на узкие лавки у стены, накрытые пёстрыми ковриками.
Пока мужчины устраивались, девочка с любопытством разглядывала Леонида. А когда они сели, подошла к священнику и обняла его.
– Пап, это тот дядя, который подарил мне розу для мамы.
– Для кого? - едва не вскрикнул Леонид.
– Тише, молодой человек, с укором заметил священник. - Мы всё-таки на кладбище. Почему вас так взволновали слова моей дочери?
– Потому что я нашёл этот цветок на могиле своей невесты, которая много лет числилась пропавшей, глухо ответил Леонид. - Мне необходимо кое-что понять. Как зовут вашу дочь?
– Марина, ответила девочка и посмотрела на него ярко-синими глазами.
Леонид побледнел, опустил голову и закрыл лицо руками. Всё встало на свои места. Он беззвучно заплакал.
Священник и Марина не торопили его. Они терпеливо ждали, пока мужчина соберётся с силами.
Леонид и Мила познакомились во время учёбы в институте управления бизнесом. Он учился на менеджменте, она занималась маркетингом. Их свела вечеринка у одного из однокурсников Леонида, куда Милу привела подруга. С того вечера между ними возникло чувство, которое бывает сразу и без сомнений. Очень скоро они стали неразлучны, и даже преподаватели замечали, что в институте появилась красивая пара.
Они мечтали о семье, но Леонид просил немного подождать. Сначала он хотел прочно встать на ноги, укрепить своё дело, а уже потом устроить достойное торжество. Мила, хотя и грезила о красивом платье и празднике, принимала его доводы. Пока Леонид развивал компанию, она решила получить ещё одну специальность, полезную для их общего будущего, и пошла на вечерние курсы английского языка при институте иностранных языков, хотя и без того прекрасно им владела.
Днём Мила работала в его фирме, занималась рекламными буклетами, изучала аудиторию и разрабатывала идеи для продвижения компании.
Однажды Леонид, как обычно, приехал за ней после занятий, чтобы отвезти домой. Но Мила не вышла. Он стал звонить ей, однако она не отвечала. Через некоторое время Леонид заметил, как охранник запирает здание изнутри, и подбежал к двери.
– Вы кого ждёте? - удивился пожилой сторож. - Все уже разошлись.
– Как разошлись? Вы уверены? Там должна быть моя девушка! - воскликнул Леонид.
– Нет там никого, молодой человек. Я перед закрытием обхожу все этажи и кабинеты.
– Но она точно не выходила. Я приехал заранее, не мог её пропустить. И мимо машины она бы не прошла.
Охранник только развёл руками.
– Не знаю, чем вам помочь. Может, её сегодня вообще не было на занятиях?
Леонид снова набрал номер Милы, но теперь телефон оказался вне зоны сети.
– Вы бы к ней домой съездили, посоветовал сторож. - Может, неважно себя почувствовала. Телефон сел, всякое бывает.
Леонид кивнул, сел в машину и поехал к дому Милы. Ехать туда было тяжело. Он боялся услышать то, чего не сможет объяснить.
Дверь открыла её мать.
Выслушав сбивчивый рассказ Леонида, она растерянно сказала:
– Подождите, как это её не было на занятиях? Мила звонила мне после работы. Сказала, что зайдёт перекусить в кафе, а потом поедет учиться.
– Анна Васильевна, я сам не понимаю, что происходит, ответил Леонид, прижимая руки к груди. - Охранник уверяет, что она не приходила. Я даже фотографию ему показывал.
Женщина побледнела и закрыла рот ладонью.
– Как же так?.. Где же она тогда?
Она велела обзвонить всех подруг Милы и её однокурсников, а затем уже твёрдо сказала, что нужно обращаться в полицию.
– Я знаю свою дочь, тихо произнесла она. - У неё не было никаких скрытых знакомств и никаких тайн от меня.
Когда с работы вернулся отец Милы, жена разрыдалась у него на плече. Он пытался держаться и повторял, что дочь обязательно найдётся, но глаза у него блестели.
Поиски продолжались годами.
За это время отец Милы не выдержал переживаний, его сердце остановилось после приступа. Мать стала терять ясность сознания и вскоре оказалась в специализированной клинике.
Леонид до последнего не сдавался. Он нанимал частных сыщиков, обращался в поисковые службы, тратил деньги, силы, время. Успехи бизнеса больше не приносили ему радости. Светская жизнь перестала существовать для него. Всё, что имело значение, сводилось к одному, найти Милу или хотя бы узнать её судьбу.
Однажды ему позвонили с вокзала соседнего города. Сообщили, что в пригородном поезде задержана молодая женщина без документов, по описанию похожая на его невесту.
Леонид немедленно поехал туда.
То, что он увидел, потрясло его.
Это действительно была Мила, но узнать её было почти невозможно. Она кричала, беспокойно двигалась, лицо её искажали судорожные гримасы. Леонида пробрал холод. Неужели она потеряла рассудок так же, как её мать?
Он написал заявление, указав, что узнаёт в найденной женщине свою пропавшую невесту, и обязуется обеспечить ей лечение и уход.
Но забрать Милу оказалось непросто. Она вырывалась, повторяла, что её ждёт какая-то Марина, а кто это и где именно ждёт, объяснить не могла. Только плакала.
Родители Леонида отнеслись к его решению без одобрения.
– Зачем ты берёшь на себя такую ношу, Лёнечка? - говорила мать. - Она ведь даже не стала твоей женой. И кто знает, где пропадала всё это время.
– Мама, ты знаешь, она не виновата, что мы не успели пожениться, отвечал он. - Это я всё откладывал. Хотел сначала добиться положения, а теперь понимаю, что без Милы мне ничего не нужно.
Но он не отступил. Восстановил ей документы, устроил в хорошую частную клинику, оплатил обследование.
И вскоре услышал диагноз, который перевернул всё.
– У вашей невесты болезнь Гентингтона, сообщил лечащий врач после консилиума. - Это наследственное заболевание нервной системы. Вероятно, кто-то из старших родственников тоже был болен. У Милы недуг проявился рано, возможно, его ускорили сильное потрясение или иные обстоятельства. Прогноз, к сожалению, неблагоприятный. Я не хочу давать вам ложных надежд. Долгой жизни ожидать не приходится.
Леонид вспомнил, что мать Милы тоже долго страдала тяжёлым психическим расстройством и закончила свои дни в клинике.
Он смотрел на Милу, спящую после сильных препаратов, и не мог поверить, что всё это происходит с ней, с живой, умной, светлой девушкой, которую он так любил. Но своей назвать её он уже не мог. Она не узнавала его, а порой даже встречала враждебно. Позже, когда действие лекарств ослабевало, она несколько раз пыталась уйти из больницы.
Через год в местных газетах вышел материал о том, что предприниматель Леонид Макаров проводил в последний путь свою невесту и учредил благотворительный фонд для людей с психическими расстройствами. Фонд получил имя Милы. В статье была напечатана их старая студенческая фотография, на которой они стояли рядом, молодые и счастливые.
Когда Леонид закончил свой рассказ, кладбищенский священник глубоко вздохнул.
– Что ж, теперь моя очередь, произнёс он. - А я ещё думал, почему ваше лицо кажется мне знакомым. Я читал ту статью и видел снимок. Мне тоже есть что вам рассказать.
Он объяснил, что служит здесь не постоянно, а по очереди с другими священниками. В остальное время находится на своём приходе в селе Никитовка.
– Знаю такое место, кивнул Леонид. - Это пригород, конечная остановка нескольких маршрутов.
– Верно. Село большое, дачное, но в храме людей немного. Была у меня одна певчая, Варвара. В селе её считали странной, потому что психически она была не совсем здорова. Но при этом службу любила всей душой, не пропускала ни одной, а пела так, что заслушаешься.
Однажды пошёл слух, будто Варвара приютила у себя какую-то городскую женщину, такую же необычную, только молчаливую. Участковый заходил к ней, но никого не нашёл. Варвара лишь посмеялась и сделала вид, будто ничего не понимает.
Так прошло несколько лет.
Потом Варвара слегла. Через прихожан передала, что хочет исповедоваться и причаститься. Отец Виктор пришёл к ней домой. Увидев священника, женщина расплакалась и стала просить прощения. Он с трудом её успокоил, и тогда Варвара призналась.
Однажды к ней постучалась молодая женщина, красивая, явно городская, хорошо одетая. Та сказала, что ехала в автобусе, заснула, а проснулась уже на конечной остановке. Не понимала, где находится и куда ей идти. При ней не было ни сумки, ни вещей.
И тогда Варвара, вместо того чтобы обратиться куда следует, решила оставить девушку у себя. Ей было одиноко. Она сказала незнакомке, что приходится ей матерью, будто именно к ней та и ехала. Потом стала поить её травами, чтобы та оставалась вялой и не пыталась уйти.
– Та девушка была беременна, негромко добавил священник.
Леонид вскочил.
Он заметался по часовне, потом резко подошёл к священнику и схватил его за плечи.
– А дальше? Что было потом?
– Потом у той женщины родилась девочка. Её назвали Мариной. Шесть лет у ребёнка не было никаких документов.
– Как такое возможно? - потрясённо воскликнул Леонид.
– Очень просто. Варвара жила на отшибе, дом её скрывали заросли. Люди старались лишний раз туда не ходить. Участковый иногда встречал её в магазине, спрашивал, как дела, а она смеялась, говорила, что всё хорошо, что вот, мол, у неё теперь внучка. Носила на руках тряпичную куклу, и деревенские старушки принимали всё это за очередную причуду.
Но потом случилось другое. Та женщина, Мила, видимо, стала понемногу что-то вспоминать и однажды решила поехать в город на электричке. Там и пропала. Лишь позже, когда в газете напечатали её фотографию, всё стало ясно.
Леонид только и смог выдохнуть имя Бога.
Отец Виктор продолжил.
Он признался, что тогда впервые по-настоящему рассердился на Варвару. Стал спрашивать, где девочка. Варвара показала на соседнюю комнату.
Священник причастил умирающую, а потом нашёл Марину и забрал с собой, хотя та не хотела уходить от бабушки. Девочке было уже шесть лет, но говорила она с трудом. Отец Виктор обратился в полицию, добился оформления документов и стал её опекуном.
– Если бы не знакомства, не знаю, удалось бы всё устроить, сказал он. - Я ведь в целибате.
– Это как? - не понял Леонид.
– Это значит, я не женат и уже не женюсь, потому что принял священный сан. Но перед чужой бедой все равны. Мне приходилось быть рядом с очень разными людьми, и многие из них смогли помочь.
Леонид вновь опустился на лавку и сжал виски.
– После вашего рассказа вопросов у меня меньше не стало, признался он. - Получается, Марина дочь Милы. И моя дочь. Но одновременно она ваша приёмная дочь. И почему она просит подаяние? Вы её заставляете?
– Что вы! - отец Виктор даже покраснел. - Никак не могу её отучить. Похоже, Варвара с ней раньше так ходила и приучила. Марина иногда по старой памяти повторяет одно и то же.
Помолчав, Леонид тихо спросил:
– И как же нам теперь быть? Как решать её судьбу? Я не сомневаюсь, что она моя. У Милы, кроме меня, никого не было. И Марина очень похожа на мою мать.
– А что тут делить? - спокойно ответил священник. - Я человек уже не молодой. И, если честно, не могу дать девочке всё, что ей нужно по возрасту. Ей пора учиться, расти среди детей, а не ездить со мной по кладбищам. Если она захочет поехать с вами, забирайте свою дочь. Я откажусь от опеки в вашу пользу.
– Но она же называет вас папой, растерянно сказал Леонид.
– Нас недаром зовут батюшками, мягко ответил отец Виктор. - Для многих мы и есть отцы, пусть и духовные.
Марина всё это время не сводила глаз с Леонида.
– Я что, правда ваша дочка? - наконец спросила она.
– Похоже, что да, ответил мужчина.
– А можно я сначала у мамы спрошу?
Мужчины переглянулись.
За окнами часовни уже стояла глубокая ночь. Идти по кладбищу в такой час было не по себе.
– Давай сделаем так, предложил Леонид. - Сегодня ты останешься дома у отца Виктора. Всё спокойно обдумаешь. А завтра я приеду за тобой. Хорошо?
– Хорошо, согласилась девочка.
Потом Леонид тихо спросил у священника:
– А как она узнала, где находится могила её мамы?
– Это я показал, ответил отец Виктор. - Однажды шёл по кладбищу, увидел знакомое лицо на памятнике и ту же фамилию. Для портрета на камне взяли ту самую фотографию из газетной статьи. А сегодня я сказал Марине, что у её мамы день рождения. Вот она и захотела принести цветок. Только я думал, она где-нибудь по дороге нарвёт полевых, а она вон в город уехала.
На следующее утро Леонид приехал в офис раньше обычного, рассчитывая освободиться к обеду. Но Ирина уже была на месте.
– Ирина, вы что, вообще домой не уходили? - с улыбкой спросил он.
– Ну что вы, конечно, уходила, ответила она, слегка смутившись. - Я всё-таки живой человек.
Он вдруг заметил, что сегодня она выглядит иначе, словно светится изнутри.
– Хорошие новости? - спросила Ирина.
– Дочь нашлась, выдохнул Леонид.
И он рассказал ей всё, что произошло накануне.
Ирина слушала, утирая слёзы, а потом неожиданно подошла и крепко обняла его.
– Я так рада за вас. Я видела, как вам тяжело, как вам одиноко. Мне всегда было больно за вас. Но теперь у меня словно камень с души упал.
Леонид тоже обнял её в ответ.
– Спасибо, Ир. Вы для меня самый верный и надёжный человек. Настоящий хранитель. Кстати, хотите поехать со мной за Мариной?
– С вами? Можно? - оживилась она.
Они отправились в Никитовку вместе. По дороге говорили о рабочей неделе, вспоминали недавние переговоры, шутили. Вне офиса Леонид предложил перейти на более простое общение, и разговор сразу стал живым, почти дружеским.
Через некоторое время Ирина осторожно спросила:
– Лёнь, а тебе не страшно, что у Марины может быть то же заболевание? Оно ведь передаётся по наследству.
Леонид сразу посерьёзнел.
– Страшно, конечно. Но я уже договорился с клиникой. Её обследуют, всё проверят.
Ирина кивнула и после паузы тихо сказала:
– Тебе будет непросто. Она столько лет жила как придётся. И, судя по всему, девочка решительная и смелая.
– Знаю, ответил он. - Но я надеюсь, что её энергию ещё можно направить в хорошее русло. Например, на спорт или танцы. Думаю, ей это подойдёт.
Ирина сопровождала Леонида во всех делах, связанных с Мариной и её здоровьем. Девочка быстро привязалась к новой знакомой и вскоре стала называть её тётей Ирой.
Когда обследование показало, что с генетикой у Марины всё благополучно, Леонид и Ирина невольно обнялись и расплакались от облегчения.
Марина подошла к отцу, едва доставая ему до пояса, крепко прижалась и сказала:
– Пап, не плачь. Ведь всё хорошо, правда?
И в этот момент Леонид вдруг ясно понял, что к нему вернулось желание жить. Работать. Двигаться дальше. Заключать серьёзные сделки. Строить будущее.
Эту новую радость принесла ему она, его маленькая, живая, бесконечно дорогая непоседа.
И ещё он совершенно точно понял одно: в ближайшие выходные он обязательно пригласит Ирину на настоящее свидание.