31 июля Начальник Генштаба Гальдер записывает в своем дневнике:
«В результате успешных действий наших войск создается мешок в районе западнее и севернее Первомайска. 1-я танковая группа вклинилась в район сосредоточения 12 А противника, которые тот начал отводить с фронта. В ходе наступления 1-я танковая группа, по-видимому, раздавила левым флангом одну дивизию противника.
Обстановка на фронте вечером:
Противник ведет атаки с юга против фланга 11-й армии. Перед фронтом 17-й армии отмечается упорное сопротивление русских. 1-я танковая группа заходит в тыл противнику, находящемуся перед фронтом 17-й армии. При этом противник атакует правый фланг танковой группы изнутри, а левый фланг — извне. Однако группа имеет настолько глубокий уступ влево, что эти атаки никакой опасности не представляют. Мы впервые ведем бой с перевернутым фронтом, в котором перевернутым фронтом является не фланг, образуемый подвижными соединениями, а фронт самих соединений, совершающих обходный маневр.»
На «местности» это выглядело следующим образом:
1-я гпд немцев захватила Голованевск и продолжила наступление на северо-восток дабы завершить окружение группы Понеделина (12-я армия). 4-я гпд заняло село Дубово (севернее Голованевска и в 20 км юго-восточнее Умани) тем самым отрезав 6-й и 12-й армиям Южного фронта ещё один из немногих оставшихся путей возможного отхода.
К вечеру же 31 июля 125-я пд немцев вышла на ближние подступы к Умани и начала готовиться к штурму города, а 11-я тд овладела селами Легедзино и Тальянки (~25 км северо-восточнее Умани).
Плюс начали подходить немецкие «резервы» - полк «Вестланд» дивизии СС «Викинг» и 9-я тд 14-го МК. И именно 9-я тд к вечеру 31 июля достигла Ольшанки (~20 км восточнее Новоархангельска), образовав почти замкнутое внешнее кольцо окружения группы Понеделина.
В итоге единственный возможный выход из почти сформировавшегося котла остался на юге, где образовался относительно слабый заслон из двух горно-пехотных дивизий, или юго-востоке. Но командование ЮФ о срочном выводе группы Понеделина и не помышляло, не теряя надежды восстановить положение, продолжая исполнять требование директивы Ставки Верховного Командования № 00565 от 28 июля 1941:
«…5. Южному фронту отвести и прочно закрепиться правофланговыми армиями (как раз и имеются ввиду 6-я армия Музыченко и 12-я армия Потапова, автор) на рубеже Шпола, Терновка, Балта, Рыбница, не допуская дальнейшего отхода частей.
Командующему ЮФ учесть, что действующие против ЮФ силы противника в значительной мере начинают терять свою устойчивость. В этих условиях активное и упорное сопротивление, энергичные контрудары наших частей могли бы облегчить положение фронта. До сих пор действия ЮФ носят характер нерешительного, пассивного сопротивления ударам противника, что постоянно приводит к осложнениям обстановки на различных участках фронта. Командование фронта не стремится к собиранию сил и резервов и нанесению мощных контрударов. Ни один контрудар, предпринятый до настоящего времени ЮФ благодаря этому не приводил к решительным результатам.»
По плану командующего ЮФ генерала-армии И. В. Тюленева предполагалось, что 12-я армия прорвет кольцо окружения, соединится с деблокирующими частями, а 6-я армия будет препятствовать сжатию котла. В итоге обе армии займут оборону по восточному берегу р. Синюха. Для решения этой задачи в помощь 12-й и 6-й армиям с юга атаковал советский 17-й СК 18-й армии. Однако в боях 1 августа атаки 17-го СК были остановлены у Голованевска. При этом сама 18-я армия подверглась атаке 52-го АК в составе трех дивизий, а также 8-го венгерского корпуса. И командарм-18 генерал-лейтенант А.К. Смирнов решил отступить к Первомайску.
По итогам боев 1 августа в 6-й и 12-й армиях пришли к окончательному выводу - прорыв на северо-восток и восток невозможен:
«Боевое донесение Военных советов 12-й и 6-й армий от 1 августа 1941 г. Военному совету Южного фронта об обстановке и обеспеченности войск 6-й и 12-й армий
Копия:
Военному совету Южного фронта
Комитет Обороны при СНК СССР
Положение стало критическим.
Окружение 6 и 12 А завершено. Налицо прямая угроза распада общего боевого порядка 6 и 12 А на 2 изолированных очага с центрами Бабанка и Теклиевка.
Резервов нет. Просим очистить вводом новых сил участок Полонистке, Терновка, м. Нов. Архангельск.
Боеприпасов нет. Горючее на исходе.
Понеделин, Музыченко
На документе отметка: «Принят 1.8.41 14.30».
Ф. 229, оп. 2146сс, д. 3, л. 351. Машинописный текст входящей телеграммы.»
Поздно вечером 1 августа Музыченко запрашивает Тюленева и Кирпоноса о положении дел в 18-й и 26-й армиях соответственно , которые по решению Главкома ЮЗН Буденного ПЛАНИРОВАЛИСЬ для нанесения контрударов по сжимающим кольцо вокруг 6-й и 12-й армий немецким дивизиям:
"Прошу срочном порядке сообщить положение войск 26 и 18 армий. Без этого невозможно определить правильное направление прорыва из окружения. Ответ ожидаю немедленно.
Музыченко
На документе отметка: «Подан 1.8 23.05».
Ф. 229, оп. 9776сс, д. 87, л. 119. Машинописный текст входящей телеграммы.
Мне неизвестно получил ли Музыченко соответствующий его запросу ответ. Полагаю что нет, ибо уже через час, в 00.20 2 августа командарм-6 просит у Южного фронта:
«санкционировать прорыв на юго-восток через Терновка, Покатилово, прорыв произвести самостоятельно, координируя действия с Понеделиным.»
Основание:
«Армия окружена, снаряды на исходе. Течение нескольких дней армия выполняет функцию прикрытия армии Понеделина, которая продолжает движение северо-восток, ведя бои…
Промедление истощит армию и приведет к катастрофе.
Ответ немедленно телеграфируйте.
Музыченко»
Ф. 228, оп. 2535сс, д. 18, л. 144. Машинописная копия.
И, не дожидаясь ответа, Музыченко начинает стягивать войска в район прорыва.
Но командование ЮФ расценивало донесения Музыченко и Понеделина как панические, что следует из записи разговора, состоявшегося в 22.40 1 августа между Буденным и Тюленевым:
«У аппарата Маршал Советского Союза Буденный, здравствуйте.
Я только что получил копию телеграммы Понеделина и Музыченко, адресованную вам (имеется ввиду телеграмма от 01.08.41, переданная в 16.30, автор)
1) Отвечает ли эта телеграмма действительному положению? Если да, то, что вы предпринимаете?
2) Почему они оказались без огнеприпасов и горючего?
3) Как предполагаете им доставить горючее и огнеприпасы?
4) Какое направление намечаете им дать для выхода?
…
Докладываю:
Первое. Вчера, вернее сегодня в 2 часа, от Понеделина был делегат – начальник разведывательного отдела, который доложил, что обстановка к исходу 31.7 понеделинской группы не являлась безнадежной, как они указывают своей телеграмме, которую я получил.»
Т.е. Тюленев ориентируется на данные СУТОЧНОЙ ДАВНОСТИ, которые ему привез делегат, который выехал ЕЩЕ РАНЬШЕ и ИГНОРИРУЕТ новую обстановку, сложившуюся по итогам боев 1 августа!!!
И именно на основании этой, уже УСТАРЕВШЕЙ информации, он заверяет Буденного, что обстановка не является «безнадежной» и что он:
«Исходя из этого, я решил: соответственно обстановке группой Понеделина уничтожать противника, преграждающего путь районе Звенигородка, Ново-Архангельск. Одновременно совместно с частями Смирнова разбить противника районе Ладыжинка, Кленово, то есть в стыке Смирнова и Понеделина.»
Т.е. нашим войскам ВНОВЬ приказано прорываться на восток - хотя там уже сосредотачивались немецкие 48-й и 14-й МК. В результате все атаки армии Музыченко немцы отбили и в окружении в котле восточнее Умани оказалось все правое крыло ЮФ - 6-я, 12-я армии и 2-й МК в составе трех дивизий. Общее число войск, попавших в окружение, оценивается историками в 127.000 человек, из которых «активных штыков» было порядка 40 тысяч.
2 августа. Музыченко готовится к самостоятельному прорыву, стягивая войска откуда только можно, а Понеделин пока еще только информирует вышестоящее командование о своем все более ухудшающемся положении:
…44 сд оставила Архангельск. Тишковка руках противника, очищали Свердликово, Торговцы.
Мост Архангельск уничтожен противником.
Снаряды не поступают.
Осталось по два-три выстрела.
Торопите 223 сд Архангельск, Тишковка.
Понеделин»
На документе резолюция:
«Опер. В. срочно. Сообщить по радио – снаряды высылаю самолетами. 223 скована пр-ком Нв. Миргород. Романов 2.8.41»
Ближе к вечеру (в 16.30) 2 августа Понеделин пытается донести Военному совету Южного фронта, что положение его армии стало и вовсе критическим:
Противник завершил окружение и ведет бой со всех сторон, на юге его войска подходят Подвысокое, нами оставлен Вишнополь ... войск не хватает, собираю обоз ... нужна срочная помощь извне.
Понеделин
Наконец, поздно вечером 2 августа реальное положение дел в гибнущих армиях Музыченко и Понеделина стало ясно и Тюленеву, который в 0.45 3 августа отправил в Ставку и Буденному боевое донесение № 0026/ОП в котором, помимо прочего указал, что:
«…Третье. Группа Понеделина при почти полном отсутствии боеприпасов, горючего и утомленная беспрерывными боями продолжает вести бой на рубеже Нв. Архангельск, М. Покотилово, основными силами продолжала отход на р. Синюха (т.е. в направлении УКАЗАННОМ Тюленевы, автор), прикрывая себя с запада и северо-запада рубеже Каменичье, Бабенка, Островец.
Четвертое. 18 А в течение дня вела ожесточенные бои на рубеже Голованевск, Колодистое, Чемерполь, под давлением превосходящих сил пр-ка оставила Голованевск и отошла на фронт Грушки, Новоселиц, Дубиново, Мозухова.
…
Армиям фронта поставлена задача:
Седьмое. Группе Понеделина решительными действиями занять рубеж Синюха и уничтожить пр-ка восточнее этого рубежа.
18 А – удерживать занимаемый рубеж.
…
Восьмое. Состояние частей (большие потери и утомленные беспрерывными 40-дневными боями) и обстановка на кировоградском и первомайском направлениях создают прямую угрозу Одесса, Николаев, Кривой Рог.
Необходимо принять срочные меры по усилению войск Южного фронта.»
ЗАМЕЧАТЕЛЬНО! ДЕНЕГ (ГОРЮЧЕГО, БОЕПРИПАСОВ) НЕТ – НО ВЫ ДЕРЖИТЕСЬ. И не только держитесь – РЕШИТЕЛЬНЫМИ ДЕЙСТВИЯМИ врага громите и занимайте указанные рубежи!!!
В результате в БЕЗУСПЕШНЫХ попытках прорыва на ВОСТОК проходят еще почти СУТКИ и только ночью 4 августа, в 3.35, командующий ЮФ отправляет очередное боевое донесение Военного совета Южного фронта в Ставку и Главкому ЮЗН о положении 6-й и 12-й армий, в котором с нескрываемым раздражение указывает, что:
«Группа Понеделина продолжает оставаться в прежнем положении причем совершенно непонятна медлительность в выполнении неоднократного приказа о выходе его частей на рубеж р. Синюха.
…3.8 от Понеделина получена радиограмма панического содержания, что организованный выход из боя без уничтожения своей материальной части или без немедленной помощи извне якобы невозможен.
Эта оценка положения Понеделина неверна. Сплошного фронта нет. Имеются промежутки до 10 и более км. Топтание на месте Понеделина другим объяснено быть не может, как только растерянностью, нераспорядительностью, неэнергичностью. Обстановка в районе Новомиргород, Ново-Украинка, Первомайск не дает возможности помощи Понеделину войсками, кроме авиации, которая все время работает на него.
Понеделину вновь подтверждаем приказ ночными атаками пробить себе путь.»
Прям вот не могу отделаться от аналогии с той самой обезьяной – чего думать, трясти надо!
И вот продолжая упорно «трясти дерево», комфронта в 15.05 4 августа издает очередное боевое распоряжение № 47 на боевые действия с целью выхода из окружения войск 6-й и 12-й армий и отражение атак противника войсками фронта:
«В связи создавшейся обстановкой ПРИКАЗЫВАЮ:
1. Группе Понеделина прорываться на восток общем направлении Ново-Украинка и выйти рубеж Нв. Миргород, Ново-Украинка.
2. 18 армии по восстановлении положения иметь в виду занятие рубежа ст. Помощная, Мигия, Врадиевка.
…
Получение немедленно подтвердить.»
Не понятную настойчивость командующего ЮФ в приказании 6-й и 12-й армиям прорываться исключительно на восток наконец-то отметил и осудил Главком ЮЗН. В 23.30 04.08.41 в штаб Тюленева поступает боевое распоряжение главнокомандующего войсками Юго-Западного направления об обеспечении выхода из окружения 12-й армии:
«Командующему Южным фронтом
3 августа вам было мною приказано группу Понеделина выводить южном направлении для соединения Смирновым (имеется ввиду 18-я армия, автор). Несмотря на это, вы вновь 4.8 распоряжением № 48 (на самом деле № 47, автор) требуете Понеделина прорываться на восток, где противник оказывает наиболее упорное сопротивление. Требую дать объяснение невыполнения приказа.
Поскольку теперь упущено время и Смирнов быстро отошел южном направлении, необходимо Понеделину предоставить свободу выбора направления удара. Для обеспечения прорыва требую сосредоточить всю авиацию на избранном Понеделиным направлении.»
И вот тут у меня вопрос к Шапошникову. Почему Генштаб НЕ ВИДИТ не совсем адекватных действий комфронта Тюленева? Почему не подскажет? Или наоборот – не одернет? Ватутина с его «наполеоновским» планом разгрома немцев под Старой Руссой нашли возможность приструнить СРАЗУ ЖЕ, хотя там речь шла всего лишь о несоответствии плана наличным силам. А здесь под угрозой окружения и гибели оказываются сразу две армии. Но Шапошников молчит. ПОЧЕМУ?
ВИКИ дает СВОЙ ответ на этот вопрос. Оказывается, что:
«А в советском командовании о судьбе окруженных армий уже не заботились. Ставка в это время уже думала о создании нового оборонительного рубежа. Хотя от окруженцев ещё требовали ударить на Умань и Звенигородку, Сталин сказал Кирпоносу:
Главное — выработка предложений по новой линии обороны» (Рунов В. А. 1941. Победный парад Гитлера. Правда об Уманском побоище. - М.: Яуза, Эксмо, 2010. Стр. 416)
Ну не знаю. В ТАКОЕ поверить сложно. Хотя:
«Переговоры с фронтами обычно вел Шапошников. В особо важных случаях это дело брал на себя Сталин. Такие переговоры в присутствии некоторых членов ГКО и Шапошникова Верховный Главнокомандующий вел вечером 4 августа с командующим Юго-Западным фронтом генерал-полковником М. П. Кирпоносом и членом Военного совета фронта Н. С. Хрущевым. Сталин подчеркнул, что ни в коем случае нельзя допустить, чтобы немецкие войска г перешли на левый берег Днепра, и потребовал от них совместно с главнокомандующим этого направления С. М. Буденным и командующим Южным фронтом И. В. Тюленевым теперь же наметить план создания крепкой оборонительной линии, проходящей приблизительно от Херсона и Каховки через Кривой Рог, Кременчуг и далее на север по Днепру, включая район Киева на правом берегу Днепра.» (Василевский. Сборник «Полководцы и военачальники Великой Отечественной. Вып.2» М.: Молодая гвардия, 1979)
Похоже, что ВИКИ права…
Но, тем не менее, вопрос остался. А лично для Шапошникова как раз с «Уманского котла» и началась серия аналогичных неудач, когда Генштаб и Ставка принимали либо запоздалые, либо в корне неверные решения, обернувшиеся в итоге сначала «Киевским», а затем и вовсе грандиозным «Вяземским» котлами.