– Света, Светочка, помоги!
Алексей, придерживаясь рукой за стену, с трудом выбрался из спальни и попытался дойти до уборной. Светлана, которая одновременно готовила обед, ужин и завтрак на следующий день, бросилась из кухни в коридор.
– Лёша, зачем ты встал? Позвал бы меня, я бы принесла тебе судно.
Она подставила ему плечо, готовая поддержать.
– Не могу я так, Свет. Как мне тебе в глаза смотреть? Ты из-за меня и так с ног сбилась.
Он виновато отвёл взгляд и закрылся в уборной.
– Лёш, не запирайся, – тихо попросила Светлана. – Вдруг тебе станет нехорошо? Как я дверь открою?
– Не станет. Буду ходить, пока могу, всем болезням наперекор.
Светлана тяжело вздохнула и вернулась на кухню. Котлеты едва не подгорели. Она сняла сковороду с плиты и принялась оттирать жирные брызги с поверхности.
Сильный он у меня, подумала она. Не хочет сдаваться. Скорее бы пришли результаты онкомаркеров, хоть станет ясно, какие у него есть шансы.
Когда-то Светлана и смотреть не хотела на Алексея. Его ей сосватала мачеха.
Родную маму Светлана почти не помнила. Ей было всего два года, когда мамы не стало. Отец тогда отвёз маленькую дочь к тёще, а сам долго не мог прийти в себя. Через год он вернулся за девочкой вместе с незнакомой женщиной.
– Ну всё, Светик, поехали домой. Я тебе новую маму нашёл.
Девочка подбежала к нему, оглядела прихожую и растерянно спросила:
– А где мама?
Отец подтолкнул её к своей спутнице.
– Вот, знакомься. Это тётя Поля. Теперь она будет тебе мамой.
Светлана подняла глаза на женщину, увидела в её взгляде холодную неприязнь и заплакала.
– Это не моя мама. Я такую не хочу.
Отец поднял дочь на руки, вошёл в комнату и кивнул тёще, чтобы та собирала детские вещи. Бабушка засуетилась, складывая кофточки, колготки и маленькие туфельки в большую клетчатую сумку.
– Вот и хорошо, Светик, будешь с папой жить. С отцом всё же лучше, чем со старой бабушкой.
При этом она украдкой поглядывала на Полину и, похоже, сама понимала, что новой мамой эту женщину назвать трудно.
Дома выяснилось, что у тёти Поли есть своя дочь, Капитолина. Мать ласково называла её Капелькой. Только характер у пятилетней Капы был вовсе не ласковый.
Старшая сводная сестра сразу невзлюбила младшую и при каждом удобном случае старалась ей насолить. Если Капа разбивала тарелку, проливала молоко или разбрасывала вещи, виноватой каждый раз оказывалась Света.
– Я тут ни при чём! Это малая всё сделала!
Светлана была ещё маленькой, но уже хорошо понимала, что сестра говорит неправду. Однажды она не выдержала.
– Почему ты обманываешь? Ты ведь сама это сделала.
Капитолина вспыхнула и вскинула руку, но отец успел остановить её.
– Не смей поднимать руку на сестру!
Полина тут же встала между ним и дочерью.
– Вот как ты относишься к моему ребёнку? А говорил, что будешь любить её как родную.
Она взяла Капу за руку и, гордо вскинув подбородок, ушла в спальню.
В ту ночь отец спал на тесном кухонном диванчике. А после этого всё реже вступался за родную дочь. Полина заявила, что воспитание детей является женским делом, и велела ему не вмешиваться. Отец подчинился.
С того дня для Светланы началась совсем иная жизнь.
Мачеха поручала ей собирать с пола игрушки, которые разбрасывала Капа, мыть обувь всей семьи в старом тазу, вытирать пыль там, куда могла дотянуться маленькая девочка. Когда Света подросла, на неё легли стирка, уборка и посуда.
Капитолина же домашними делами не занималась. Она меняла наряды, придумывала причёски и вела себя так, будто всё вокруг создано для её удобства.
Когда приблизился школьный выпускной, Полина начала искать Светлане платье. Она просматривала объявления о продаже ношеных нарядов и предложения по аренде.
Отец снова попытался вступиться за дочь.
– Поля, ну почему ты всё ищешь подешевле? Света разве не заслужила новое платье на выпускной?
Полина резко повернулась к нему.
– Посмотрите на него! А ты заработал на дорогое платье? Забыл, кто тебя в люди вывел? Если бы не я, где бы ты сейчас был?
– Полина, побойся Бога. Я давно живу спокойно, всю зарплату до копейки тебе отдаю. Твоя Капелька ни в чём не нуждается.
– Ни в чём не нуждается? – возмутилась жена. – Ты у неё спросил? Девчонка ночами плачет, потому что однокурсницы с ней общаться не хотят. У всех фирменные вещи, а у неё дешёвые копии.
Отец устало вздохнул.
– Может, дело не в сумках, а в характере?
Полина вскинулась.
– Ты ещё мою дочь будешь обвинять? Неблагодарный человек! Я думала, из тебя выйдет толк, а ты теперь Капу унижаешь. Уходи с глаз моих!
Мужчина странно посмотрел на неё, покачнулся и упал на пол.
– Только сцен мне не устраивай, – холодно бросила Полина.
Она переступила через него и ушла к себе.
Так он и пролежал до возвращения Светланы с подготовительных курсов. Девушка увидела отца на полу, испугалась и бросилась вызывать врачей. Но приехавшая бригада уже не смогла ничем помочь. Сердце отца остановилось из-за обширного инфаркта.
На выпускной Светлана не пошла. Не до праздника было. Да и Полина всё равно не стала бы покупать ей платье.
Светлана поступила в университет и стала учиться с особым усердием.
Капитолина тем временем познакомилась с молодым человеком и начала приводить его домой. Но присутствие Светланы мешало ей устраивать личные встречи в квартире, поэтому Капа решила вытеснить сводную сестру из родного дома.
Однажды, когда Светланы не было, Капа завела разговор с матерью.
– Мам, тебе самой не надоело терпеть Светку? Я, например, уже не могу её видеть. Невозможно подругу привести: она обязательно сидит со своими книжками. Прямо великая учёная.
Полина вздохнула.
– Ничего не поделаешь, дочь. Квартира ведь её.
– А давай выдадим её замуж. Пусть к мужу переезжает. В твоём брачном агентстве неужели не найдётся подходящего кандидата?
Полина прищурилась.
– А ведь мысль неплохая. И как я сама раньше не сообразила? Подберём ей кого-нибудь из клиентов попроще.
Через неделю в доме появился Алексей.
С виду он был обычным, ничем особенно не примечательным парнем из семьи школьных педагогов. Продолжать педагогическую династию он не захотел. Решил попробовать себя в бизнесе, но дела шли неровно. Поэтому Алексей брался за разную работу: был курьером, сортировал товары в магазинах, работал охранником в детском саду.
Жил он в квартире, доставшейся ему от бабушки. С родителями общался редко: они не могли простить ему, что он не поступил в педагогический институт и не пошёл по семейному пути. Они постоянно говорили, что без образования он всю жизнь будет перебиваться случайными заработками и женится на простой деревенской девушке.
Алексей хотел доказать, что сможет подняться и без их одобрения, а жена у него будет ничуть не хуже, чем у других. Он давно числился у Полины среди клиентов, которые искали скромную, симпатичную девушку без вредных привычек. Светлана, по мнению хозяйки брачного агентства, подходила идеально.
Когда Светлана вернулась из университета, Полина встретила её с приторной улыбкой.
– Светик, познакомься. Это Лёша. Ты ему очень понравилась. Он все твои фотографии посмотрел. Может, у вас семья получится.
Светлана застыла у порога.
– Семья? А кто просил искать мне жениха? Я разве говорила, что хочу замуж? Мне восемнадцать, и я сначала собираюсь окончить университет.
В голосе мачехи появились жёсткие нотки.
– С мужем и окончишь. Мне одной тяжело тянуть двух студенток.
Капитолина тут же поддержала мать.
– А что тут обдумывать? Расходы ведь на маме.
Светлана посмотрела на Алексея, затем на Капу и Полину. И всё поняла. Они хотят избавиться от неё. А если она откажется, ей устроят такую жизнь, что она сама сбежит из собственного дома.
Светлана решила согласиться хотя бы на свидание. Лишь бы от неё временно отстали. Ведь если не Алексей, завтра Полина приведёт другого.
На первой же встрече Светлана сказала прямо:
– Послушайте, Лёша, я не хочу замуж. Я хочу получить профессию и заниматься любимым делом. Но знаю, что мачеха не оставит меня в покое, если я не соглашусь.
Алексей удивился.
– Так Полина тебе мачеха? А мне говорила, что ты её дочь. Теперь ясно, почему она с тобой так разговаривает. Как ты вообще живёшь в этом доме?
– Как-то живу. Отца не стало, заступиться некому.
Глаза Алексея оживились.
– Слушай, а давай мы их перехитрим. Родители мне тоже всю душу вымотали: я, по их мнению, никчёмный и непутёвый. Если я женюсь на тебе, они успокоятся. Ты красивая, умная, учишься. Им точно понравишься.
Светлана резко покачала головой.
– Но я не хочу. Я тебя не люблю, понимаешь?
Сама мысль о браке без чувства казалась ей тяжёлой и неправильной.
– Подожди, не горячись. Мы заключим сделку. Распишемся только для вида, чтобы все от нас отстали. Ты переедешь ко мне и будешь спокойно жить, учиться, словно снимаешь комнату. Из своей квартиры не выписывайся. Каждый будет жить своей жизнью. А если кто-то из нас встретит настоящую пару, спокойно разведёмся, и ты вернёшься домой.
Светлана недоверчиво посмотрела на него. Такого предложения ей ещё никто не делал. Но в нём было нечто заманчивое: ей больше не придётся каждый день видеть Полину и Капу, слушать их резкие голоса и бесконечные упрёки.
– Если пообещаешь, что не станешь ко мне приставать и мешать учёбе, я согласна.
– Обещаю, – горячо ответил Алексей.
Они расписались тихо и скромно. Даже в кафе не пошли. Полина и Капитолина были довольны: лишних расходов не потребовалось.
Светлана переехала к мужу, но из отцовской квартиры, несмотря на уговоры мачехи, не выписалась. Она продолжала учиться, устроилась лаборанткой на кафедру и часть заработанных денег отдавала Алексею как свою долю за коммунальные услуги.
Такой порядок устраивал обоих.
Однажды Светлана вернулась с учёбы и застала Алексея на кухне. Перед ним стояла бутылка, а рядом была наполненная рюмка. Увидев жену, он мрачно налил ещё одну и протянул ей.
– Давай выпьем, жена.
– Что случилось? У тебя беда?
Алексей горько усмехнулся.
– Ещё какая. Врачи сказали, что времени может быть мало. В голове нашли образование. Недоброкачественное.
Светлана от растерянности прикрыла рот ладонью.
– Что?
– Вот так. Не будет у меня ни настоящей невесты, ни нормальной семьи.
В его голосе дрогнули слёзы.
У Светланы болезненно сжалось сердце. Она выхватила у него бутылку и строго посмотрела в глаза.
– Нет. Ты не должен сдаваться. Ты молодой. Мы вместе справимся с этой болезнью.
– Мы с тобой? – слабо спросил он.
– Да. По документам мы семья. Значит, в беде я тебя не брошу.
Алексей смотрел на неё так, словно не верил услышанному.
– Не надо, Свет. Зачем тебе это? Проживу, сколько отпущено, а дальше как Господь решит.
Светлана сама не поняла, что делает. Она схватила его за плечи и крепко обняла.
– Послушай. Ты за это время стал мне родным человеком. Ты честно выполнил условия нашего договора: не мешал, не лез в мою жизнь, не обманывал. Я тебе благодарна и хочу помочь от всего сердца.
Алексей прижался лбом к её плечу.
– Светка, а ведь мы и правда родные.
С этого дня их жизнь резко изменилась.
Светлана словно очнулась. Или, может быть, вспомнила отца, которому не успели оказать помощь. Она решила сделать всё, чтобы поставить Алексея на ноги. Настояла на глубокой диагностике, покупала фрукты, соки, готовила полезную еду, старалась вернуть ему силы.
На короткое время у Алексея наступила ремиссия.
Именно тогда у них родился Витя.
Несмотря на множество забот, Светлана впервые почувствовала себя по-настоящему счастливой. Она взяла академический отпуск и начала работать из дома: писала курсовые и статьи по специальности.
Но денег всё равно не хватало. Болезнь мужа снова усилилась. Светлана предложила обратиться за помощью к его родителям, но Алексей был категоричен.
– Мама ничего не должна знать. У неё слабое сердце, она и так живёт на лекарствах. Такая новость её подкосит.
Светлана стала искать любые подработки, чтобы оплачивать врачей и обследования.
Алексей почти перестал выходить на работу. Большую часть дня он проводил в постели, поднимаясь только в уборную или к столу. Светлана кусала губы от бессилия, но уйти даже не думала.
Когда Вите исполнилось полтора года, она отдала его в детский сад, а сама устроилась санитаркой в центр здорового материнства. Центр находился рядом с домом, поэтому выбор оказался удобным.
Перед уходом Светлана оставляла у постели мужа два термоса: с горячим обедом и чаем. Рядом клала телефон с зарядным устройством и журналы с кроссвордами, всё, что могло хоть немного скрасить его день.
Раз в неделю к ним приходила участковый терапевт Валерия Павловна. Она приносила направления на обследования, новые назначения, делала Алексею уколы.
Светлана пыталась выяснить, есть ли у мужа надежда на выздоровление, но врач каждый раз только неопределённо пожимала плечами.
– Сейчас трудно предсказать, как поведёт себя образование.
– Но разве нельзя что-то сделать?
– Можно попробовать операцию и последующий курс лечения. Но очередь по квоте огромная. А вне очереди это стоит очень дорого.
Валерия Павловна отводила глаза, и Светлана понимала: врач не хочет говорить ей всей правды.
Дома становилось всё тяжелее. Алексей часто стонал, и Светлана не знала, чем облегчить его состояние. Терапевт выписала сильное обезболивающее, но почему-то сказала, что покупать и вводить его будет сама, так как внутривенные инъекции действуют лучше.
Светлана спорить не стала.
Однажды Валерия Павловна позвала её на кухню.
– Светлана, у меня есть предложение. Не совсем обычное. Но я вижу, вы готовы на многое ради мужа.
– Конечно. Я согласна на всё, если это поможет Лёше.
– У меня есть знакомые, очень обеспеченные люди. Они ищут женщину, которая согласится стать суррогатной матерью.
Светлана побледнела.
– Вы предлагаете мне изменить мужу?
– Нет, что вы. Это медицинская процедура. Вам перенесут уже готовый эмбрион.
– То есть я должна буду выносить и родить ребёнка?
– Да. А после рождения малыша заберут его родители. Вам заплатят крупную сумму. Её должно хватить на операцию Алексею.
Светлана не сразу нашлась с ответом.
Она уже знала, что значит носить ребёнка под сердцем. Знала, сколько сил требует беременность, как тревожно бывает ждать каждого обследования, как радостно ощущать первое движение малыша. И разве можно после всего этого легко отдать ребёнка другим людям?
Валерия Павловна положила руку ей на плечо.
– Я не тороплю вас. Обдумайте всё. Если решитесь, позвоните.
Врач ушла.
Светлана не спала всю ночь. Лежала рядом с кроваткой Вити и снова и снова спрашивала себя, может ли решиться на такой шаг.
Утром она позвонила Валерии Павловне.
– Я согласна.
– Вот и хорошо, – бодро ответила та. – Процедура будет проходить в том самом центре, где вы работаете. Вам даже ездить никуда не придётся.
Светлана не почувствовала радости. Только глубоко внутри загорелась слабая искра надежды.
Лёше сделают операцию. Он будет жить.
После всех обследований Светлана пришла в центр. Увидев её, молодой врач Давид Думбаце приподнял брови.
– Мы, кажется, знакомы, Светлана?
Она смутилась.
– Конечно, знакомы, Давид Иосифович. Я ведь работаю здесь санитаркой.
– Вот оно что. А я всё вспоминал, где мог вас видеть.
Он улыбнулся и мягко кивнул.
– Не бойтесь. Всё пройдёт хорошо.
Затем спросил тише:
– У вас трудности в семье?
Светлана покраснела.
– У мужа тяжёлое онкологическое заболевание.
– Значит, беременность буду вести я от начала и до конца, – спокойно сказал он и пригласил её в процедурную.
Когда Светлана вернулась домой, Алексей был в приподнятом настроении.
– Светик, я даже не знаю, как тебя благодарить, – сказал он, и глаза его блеснули. – Неужели мне сделают операцию, и все мои боли наконец уйдут?
– Всё будет хорошо, – устало ответила она и села рядом. – Когда я окажусь в роддоме, твоя мама посидит с Витей. А дальше всё наладится, вот увидишь.
Процедура прошла удачно. Эмбрион прижился, и беременность стала развиваться своим чередом.
Каждый месяц обеспеченная пара, для которой Светлана вынашивала ребёнка, переводила на её счёт крупную сумму: на питание, обследования и прочие расходы. Но Светлана продолжала ходить на работу. В центре ей были доступны бесплатный массаж, расслабляющие процедуры и укрепляющая гимнастика.
В назначенные сроки проводили УЗИ, чтобы будущие родители могли видеть, как растёт их малыш.
Однажды Давид Иосифович заглянул в подсобку, где Светлана переодевалась в рабочую форму.
– Светлана, как хорошо, что вы уже пришли. У меня освободилось время: клиентка перенесла УЗИ на вечер. Пойдёмте, посмотрим малыша сейчас.
Светлана спустилась в кабинет.
Врач водил датчиком по её заметно округлившемуся животу и нахмурился.
– Ему что-то неспокойно. Вы сегодня сильно нервничали?
– Да нет, – смущённо ответила Светлана. – Только Витя утром упрямился, не хотел в садик. Еле уговорила.
– Для вас это тоже напряжение, – сказал Давид. – Я выпишу вам отгул. Идите домой и как следует отдохните. Мне не нравится его тревожность. Будто места ему мало.
Светлана заволновалась.
– А можно его как-нибудь успокоить?
– Он успокоится, когда спокойно будет вам.
Давид осёкся и смутился.
– Простите, неудачно выразился. Я хотел сказать, что ребёнок чувствует ваше состояние. Лучше идите домой, отдыхайте.
Светлана шла не спеша. Ей хотелось, чтобы малыш вместе с ней подышал свежим воздухом.
Он ведь не виноват, думала она, что растёт внутри чужой женщины. Скорее бы всё завершилось, и эта глава осталась далеко позади.
Дверь квартиры Светлана открыла тихо, боясь разбудить мужа. В это время он обычно спал, и она даже старалась лишний раз ему не звонить.
Но из гостиной доносилась негромкая музыка.
Не спит, с облегчением подумала она и пошла поздороваться.
У двери гостиной Светлана остановилась.
Алексей стоял, обнимая Валерию Павловну, и целовал её лицо.
– Вижу, мои витаминки пошли тебе на пользу, – кокетливо произнесла врач. – Какой ты стал нетерпеливый.
– Скоро моя доверчивая жена родит, и деньги будут нашими, – хрипло ответил Алексей.
Он обернулся и заметил Светлану.
– Света? А ты чего так рано?
Несколько секунд она смотрела на растерянные лица этой пары. Затем молча выбежала из квартиры, громко захлопнув дверь.
Светлана мчалась обратно в центр материнства, почти не разбирая дороги. В холле её, бледную и запыхавшуюся, поймал за руки Давид.
– Что случилось? Вы понимаете, чем рискуете?
– Да, понимаю! – почти крикнула она.
Врач почти силой увёл её в свой кабинет.
– Рассказывайте.
– Нечего рассказывать. Просто прервите всё. Сейчас же.
Давид строго посмотрел на неё.
– Успокойтесь. Вы понимаете, что это не просто ваше решение? Заказчики уже вложили в эту беременность большие средства. В договоре есть серьёзная ответственность. При потере плода по вашей вине вам придётся выплачивать неустойку.
– Что?
– Неустойку. Такие вопросы надо обдумывать до подписания документов.
Светлана закрыла лицо руками.
– Я думала, что мой муж уходит из жизни. А он с этой женщиной...
Она не выдержала и разрыдалась.
Давид молча налил ей воды и заставил сделать несколько глотков. Затем заговорил спокойнее:
– Как бы ни было больно, вы подписали договор и взяли на себя обязательства. Внутри вас уже живёт ребёнок. Ни один нормальный врач не станет участвовать в том, о чём вы просите. Мой совет: возьмите себя в руки, оформите развод, защитите интересы своего сына и выполните договор. А гонораром распорядитесь так, как сочтёте нужным.
Слова врача доходили до неё будто издалека.
Она не могла избавиться от картины, увиденной дома: от голоса Алексея, от его объятий с другой женщиной, от того, как он назвал её доверчивой женой. Ей казалось, что рухнула вся её жизнь, а вместе с ней и вера в справедливость.
Светлана плакала и никак не могла остановиться.
Вдруг сильная тёплая рука легла ей на голову и осторожно провела по волосам.
– Прошу вас, успокойтесь. Пожалейте ребёнка. Он ни в чём не виноват. Он словно с утра чувствовал беду. Пожалейте его.
Давид продолжал гладить её по голове, и Светлана понемногу стала приходить в себя.
Да. Она разведётся. Потребует алименты на Витю. Добьётся своей доли. А ребёнка, которого носит, родит и передаст родителям.
Господи, за что мне всё это, беззвучно спросила она.
В тот день Светлана осталась в центре, в комнате отдыха.
Вечером к ней зашёл Давид.
– Я связался с клиентами и объяснил ситуацию. Они считают правильным поселить вас у них на даче. Там тихо, свежий воздух, персонал, все удобства. Хозяева приезжают только по выходным. Вас готовы забрать, как только соберёте вещи.
– Я боюсь возвращаться домой. Лёша ведь не отпустит меня спокойно. Я даже не представляю, как с ним говорить.
– Тогда я пойду с вами. Я отвечаю за рождение здорового ребёнка, так что вам придётся слушаться. Заберём Витю из садика, соберём вещи и поедем на дачу.
К счастью, Алексея дома не оказалось. Его притворная беспомощность, как выяснилось, закончилась, и он решил свободно провести день вне квартиры.
Светлана собиралась быстро и молча. Давид позвонил клиентам, и вскоре их отвезли на дачу в живописный пригородный посёлок.
Оказалось, что будущие родители малыша владеют частной юридической конторой. Они заинтересовались положением Светланы.
– А кто сейчас живёт в вашей отцовской квартире? – спросила хозяйка дачи.
– Мачеха и её дочь. Они давно там прописаны.
Женщина внимательно посмотрела на неё.
– Это ещё надо проверить. Вы даже не представляете, как часто люди годами живут по документам, которые давно можно оспорить.
В срок, точно рассчитанный Давидом, у Светланы начались схватки. Она позвонила врачу и заказчикам. Её сразу доставили в центр.
Акушерка спросила, будет ли кто-то из родных присутствовать при родах. К удивлению Светланы, Давид ответил сам:
– Буду я. Это моя зона ответственности.
Он улыбнулся так спокойно, что Светлана сразу почувствовала себя увереннее.
Всё время, пока она находилась в родильном зале, Давид был рядом. Держал её за руку, успокаивал, гладил по волосам и говорил, что всё идёт хорошо.
И Светлана верила ему.
Когда её перевели в послеродовую палату, врач пришёл с небольшим букетом.
– Знаете, Светлана, после всего, что мы с вами прошли, я просто обязан на вас жениться.
Она впервые за много лет искренне рассмеялась.
– Хорошая шутка.
– Ничуть. Я серьёзен как никогда.
Давид достал маленькую коробочку с кольцом.
Светлана не удержалась и заплакала, на этот раз от счастья.
Ещё одним подарком стал суд. Благодаря помощи юристов отцовская квартира полностью вернулась Светлане.
А спустя полгода она и Давид поженились.