– Девушка, вас подвезти?
Из открытого окна медленно ехавшего рядом автомобиля выглядывал молодой таксист с широкой улыбкой. Машина двигалась почти вровень с Ольгой, которая возвращалась с удачных переговоров. Дела отца шли превосходно, и сама она уже готовилась занять рядом с ним место надежного помощника.
– Я не сажусь в машины к незнакомым людям, – с усмешкой ответила она. – Вдруг вы опасный тип?
– Вам необыкновенно повезло, – рассмеялся парень. – Сегодня я как раз оставил дома все атрибуты для подозрительного знакомства, так что можете ехать спокойно. Доставлю куда скажете, целой и довольной. Меня, кстати, зовут Никита. Теперь я уже почти знакомый.
Ольга, немного поколебавшись, открыла заднюю дверь и устало опустилась на сиденье.
– Куда направляемся? – спросил водитель, обернувшись к ней.
– К краю света, – выдохнула она, наконец позволив себе расслабиться.
– Можно и так. А можно просто прокатиться по вечернему городу. Устроить вам небольшую передышку.
Никита поглядывал в зеркало, украдкой рассматривая пассажирку. Ольге хотелось тишины. Впереди был дом, разговор с отцом и подробный отчет о переговорах, а сейчас она мечтала хотя бы ненадолго ни о чем не думать.
– Давайте просто покатаемся, – согласилась она. – Только я вас не задержу? Мне почему-то совсем не хочется домой.
– Очень понимаю, – выразительно вздохнул Никита так, что Ольга невольно фыркнула. – У меня похожая история. Домой не тянет. Возвращаюсь в пустое жилище холостяка, где меня никто не ждет. Вот и кручу смены до предела, чтобы прийти, упасть и сразу уснуть.
Ольга мысленно удивилась, что такие приятные, свободные молодые мужчины еще существуют, но вслух ничего не сказала.
Они долго катались по городу. Когда Ольга уже собиралась назвать адрес, Никита притормозил у обочины и снова повернулся к ней.
– Мне кажется, или вы стали еще печальнее? Предлагаю немного изменить настроение.
– В театр приглашаете? – хмыкнула она.
– Есть вариант лучше. Недалеко отсюда небольшой ресторанчик. Там живая музыка, танцпол и очень уютно. Я приглашаю.
Он улыбался так открыто, что Ольга неожиданно для самой себя махнула рукой.
– Ладно. Посмотрим на ваш ресторанчик.
Место действительно оказалось приятным. Мягкий свет, сдержанные официанты, красивая музыка, хорошая кухня. Вечер прошел легко и тепло.
– Я должна заплатить вам за поездку, – сказала Ольга, потянувшись к сумочке.
Никита замотал головой.
– Даже не думайте. Я сам давно так хорошо не проводил вечер. Это вы, Ольга, сделали мне подарок. За такое денег не берут. Скажите только, куда вас отвезти. И еще… Мы сможем увидеться снова?
Ольга задумалась. За весь вечер она ни разу не сказала, что ее отец владеет успешным делом, а сама она скоро войдет в совет директоров. Ей стало любопытно, будет ли Никита так же заинтересован, если увидит в ней обычную девушку, например секретаря в небольшой конторе.
Она попросила высадить ее за квартал до дома.
– Хочу немного пройтись, – объяснила она удивленному Никите. – Может быть, еще увидимся. Я позвоню.
Она позвонила через день.
– Оля! – обрадовался Никита. – Я уже не знал, где вас искать. Вчера весь день ждал звонка.
– Простите, была занята, – сказала она, а в душе тихо радовалась его искреннему тону.
Они договорились о встрече. Через месяц Ольга уже была влюблена так сильно, что сама себе удивлялась. О семье и компании отца она по-прежнему не рассказывала, решив открыть все позже.
Никита после службы так и не вернулся в институт. Устроился в такси, жил раньше с родителями в просторной трехкомнатной квартире, а затем снял комнату в квартире с соседом. Свободная жизнь быстро начала ему надоедать. В родительском доме все бытовые заботы брала на себя мать, а теперь приходилось самому готовить, стирать и следить за порядком. Ольга появилась очень вовремя. Никита понял, что понравился ей, и решил продолжить знакомство. Со временем он тоже привязался к ней и однажды сделал предложение.
– Никит, мы же знакомы совсем недолго, – растерялась Ольга.
– Мне не нужен год, чтобы понять главное, – торжественно произнес он. – Ты именно та женщина, рядом с которой я хочу быть. Согласишься – я буду самым счастливым человеком.
Ольга сказала да.
Но впереди оставался разговор с отцом. Матери Ольги не стало несколько лет назад, и теперь все важные решения проходили через отца.
– Какой таксист? Ты вообще понимаешь, что делаешь? – громко возмутился отец, едва узнал о свадьбе.
– Папа, зачем ты повышаешь голос? – Ольга внешне сохраняла спокойствие, хотя внутри у нее все сжималось. – Никита хороший. Он меня любит.
– И что этот хороший парень сможет тебе дать? Место в совете директоров? Достойный доход? Уверенное будущее?
– Почему ты все измеряешь деньгами? – воскликнула Ольга. – Не все же обязаны сидеть в твоем совете директоров. Люди живут и без этого.
– Живут, говоришь? – отец еще сильнее рассердился. – Тогда слушай внимательно. Не передумаешь и не откажешь этому необеспеченному водителю – забудь о компании, о должности, о моих деньгах и о привычном уровне жизни.
– Пожалуйста, – вспыхнула Ольга. – Думаешь, я без твоих денег исчезну? Я и сама чего-то стою.
– Прекрасно. С этого дня ты не входишь в мой офис, – он ударил кулаком по столу. – Живи, как решила.
Ольга выбежала из отцовского дома с пылающими щеками и глазами, полными возмущения.
Она говорила себе, что справится. У нее была собственная небольшая квартира, в народе такие называли полуторками: одна комната просторная, вторая совсем маленькая, чуть больше кладовки. Ольга сама делала там ремонт, и теперь жилье было уютным и светлым.
Никита так и не узнал, что из-за брака с ним Ольга поссорилась с отцом. Он не знал, кто ее отец и от чего она отказалась.
Свадьба была скромной. Со стороны жениха пришли родители и свидетель. Со стороны невесты не было никого. Жить молодые стали в квартире Ольги.
Ей пришлось искать новую работу. Отец, хоть и отстранился от дочери, мешать ее трудоустройству не стал. Ольга устроилась помощником бухгалтера в небольшую, мало кому известную фирму.
Через год у них родилась дочь. Когда Маше исполнилось три и ее устроили в детский сад, матери Никиты не стало. Почти сразу после этого у его отца, Романа Львовича, случился тяжелый приступ.
– Никит, может, переедем к твоему папе? – предложила Ольга. – Ему ведь нужен постоянный уход.
– Ты о чем? – резко ответил муж. – Хочешь, чтобы Маша видела беспомощного деда, запах лекарств, эту обстановку? Нет. Можно нанять помощницу, но жить там я не буду.
С помощницей ничего не вышло. Роман Львович лежал, почти не говорил, двигал только одной рукой, но на чужих людей реагировал резко: сердился, пытался бросать в них то, что оказывалось рядом. Спокойным он становился только при Ольге. Слушался ее, принимал лекарства, терпел умывание, бритье, кормление и все остальные процедуры.
– Видимо, ухаживать придется мне, – вздохнула Ольга.
Каждый день она ездила к свекру после работы и возвращалась домой поздно вечером, едва держась на ногах. Сколько бы ни просила мужа помочь, он отмахивался.
– Только не хватало, чтобы я еще за стариком судно выносил. Кто тогда с дочкой будет?
Из-за этого Ольга чувствовала вину перед Машей. Ей казалось, что она слишком мало времени уделяет ребенку.
Когда свекор начал садиться и понемногу говорить, Ольга стала иногда брать Машу с собой. Девочка быстро подружилась с дедушкой, и Оля могла спокойно оставить их на несколько минут, уходя в магазин или на кухню.
Маша забавляла Романа Львовича своими рассуждениями.
– Дед, а почему ты все лежишь? Мама говорит, у тебя приступ был. Меня в садике мальчик тоже толкнул, но я же не лежу. А почему ты мычишь? Я по телевизору слышала, так коровы говорят. Дед, ну ты же не корова. Скажи лучше: Маша. Это я, твоя внучка.
Роман Львович улыбался. Со временем слова у него получались все яснее. Маша радовалась, хлопала в ладоши и обнимала дедушку.
Никита становился все раздражительнее. Он упрекал жену, что она почти не уделяет ему внимания.
– Может, мне уйти с работы? – однажды предложила Ольга. – Тогда я смогу помогать твоему отцу, быть с Машей и дома чаще.
– Вот еще! – возмутился Никита. – Хочешь, чтобы я из машины вообще не вылезал? Я не настолько обеспечен, чтобы ты сидела дома.
Так прошло около восьми лет. Роман Львович постепенно восстановился, хотя помощь ему все еще требовалась. Ольга продолжала ездить к нему, готовила, убирала, помогала умываться и следила за лекарствами. Когда он смог почти полностью обходиться без постоянного присмотра, она впервые за долгое время вздохнула свободнее. Больше не нужно было мчаться к нему каждый день сразу после работы. Но по привычке она все равно навещала свекра, и он всегда радовался ей и Маше.
Однажды, уходя от него, Ольга столкнулась в дверях с пожилой женщиной. Та прошла к Роману Львовичу так уверенно, словно бывала здесь прежде. Ольга удивилась. В следующий раз она не удержалась и спросила:
– Кто приходил к вам в прошлый раз?
– Лида, старая знакомая, – смутившись, ответил свекор. – Давно не виделись. Решили поговорить.
Роман Львович выглядел необычно, будто узнал нечто, что перевернуло его прежние представления.
– У вас все в порядке? – насторожилась Ольга. – Вы выглядите неважно.
– Все нормально, – задумчиво произнес он.
В другой раз Ольга застала у него солидного мужчину с деловым портфелем. Гость собирал какие-то бумаги. Он вежливо поздоровался, попрощался с хозяином, кивнул Ольге и ушел, оставив за собой запах хорошей кожи и тонкого парфюма.
– Это тоже ваш старый знакомый? – любопытство Ольги оказалось сильнее тактичности.
– Можно сказать и так, – улыбнулся Роман Львович.
Но улыбка быстро исчезла. Он внимательно посмотрел на невестку.
– Оленька, а Никита почему не заходит?
Ольга растерялась. Сколько раз она сама спрашивала мужа об этом, и каждый раз слышала одно и то же: времени нет, дел хватает, ты и так там проводишь вечера и выходные, отец крепкий, справится.
– Он много работает, – начала оправдывать она. – Устает. С Машей занимается.
Роман Львович не поверил.
– Не хочет иметь дело со стариком?
– Ему тяжело видеть вас таким, – тихо сказала Ольга, все еще пытаясь защитить мужа.
– Ему тяжело? А тебе легко? Столько лет, изо дня в день, в любую погоду, через усталость. Скажи честно, разве так поступает сын?
– Роман Львович…
Ольга хотела сказать, что ей не было в тягость помогать ему все эти годы, но свекор перебил ее.
– Оля, ты мне больше, чем невестка. Даже больше, чем дочь. Помни это всегда. А теперь иди, мне нужно подумать.
Ольга вышла из квартиры ошеломленная. В этот день она вернулась домой раньше обычного и увидела у подъезда машину мужа. Маша должна была быть в школе, и Ольга решила поговорить с Никитой о его отце.
Войдя в квартиру, она услышала шум воды в ванной. В прихожей стояли женские туфли на высоком каблуке. В комнате, где находилась их кровать, на покрывале лежало женское кружевное белье, на кресле – платье.
Через минуту из ванной вышла молодая женщина в Ольгином халате.
– Ой! – испуганно вскрикнула она, запахивая полы.
Следом появился Никита и, не найдя ничего умнее, спросил:
– Оль, ты почему так рано?
– А я должна приходить в собственную квартиру по расписанию? – Ольга с трудом удерживала себя в руках. – Чтобы вы успели спокойно проводить здесь свои встречи? На моей постели?
Никита решил нападать первым.
– А чего ты ждала? Тебя никогда нет дома. А когда появляешься, вся уставшая, до тебя не достучаться. Я мужчина, мне нужно тепло. Лиля меня понимает.
– Вижу. Спасает тебя от одиночества, – холодно ответила Ольга. – Убирайтесь оба. Немедленно. Не хватало еще, чтобы это увидела дочь.
Лиля схватила одежду, не зная, что делать с чужим халатом.
– Оставь себе, – сказала Ольга. – Ты же не думаешь, что я надену его снова.
Девушка торопливо обулась. Никита тоже быстро оделся, мрачно взглянул на жену и вышел вслед за Лилей.
Ольга видела из окна, как они сели в машину и резко уехали. Она медленно опустилась на стул и закрыла лицо руками. Слез не было. Было только пустое недоумение. Когда-то она отказалась от карьеры и семьи ради этого человека, считая любовь главным в жизни. Теперь она не понимала, была ли она слишком наивной или просто добро часто принимают как должное.
В машине Никиты тем временем Лиля устроила ему разбор.
– Ты сказал, что ее дома не будет!
– Лиль, я сам не ожидал. Обычно она торчит у отца до позднего вечера. Не понимаю, почему сегодня вернулась раньше.
– И где мы теперь будем встречаться? Ко мне нельзя, моя мать нас сразу выставит. Ты говорил, у твоего отца трехкомнатная квартира. Пусть разменяет. Ты ведь имеешь право на жилплощадь. А если скажешь, что забираешь дочь, сможешь претендовать на большую часть.
Лиля уже все распланировала. Оставалось убедить Никиту.
– Отец только недавно восстановился после приступа. И мать ушла из жизни не так давно, – неуверенно сказал он.
– Тогда возвращайся к своей равнодушной жене и забудь обо мне, – надула губы Лиля.
– Ладно. Поговорю с отцом, – вздохнул Никита.
Расставаться с Лилей ему не хотелось. Он высадил ее возле дома и поехал к Роману Львовичу.
Отец открыл дверь сам. Никита растерялся: он много лет не видел его так близко.
– Привет, – сказал он, входя в квартиру.
– Привет, Никита, – спокойно ответил Роман Львович. – Какими судьбами?
– Дело есть. Чай хоть нальешь или в коридоре говорить будем?
– Проходи, раз пришел.
Отец пропустил его на кухню.
– Я тут подумал, – начал Никита, даже не дождавшись чая. – Тебе такая большая квартира ни к чему. Надо ее разменять.
– С чего вдруг? – нахмурился Роман Львович. – И почему Оля тебя прислала? Сама не могла поговорить?
– Оля тут ни при чем. Я от нее ухожу. Машку забираю. Нам нужно жилье. Раз нас будет двое, метров понадобится больше.
Роман Львович внимательно смотрел на сына.
– Что ты задумал? Куда собрался?
– Слушай, отец, не надо меня воспитывать. Я все решил. Развожусь с Олей и женюсь на Лиле. Это моя женщина. И на эту квартиру я имею право.
Никита говорил все напористее и не сразу заметил, как лицо отца сначала налилось краснотой, затем стало бледным. Роман Львович схватился за грудь.
– Эй, ты чего? – спохватился Никита.
Отец не отвечал. Он пытался вдохнуть, хватая воздух, а рука судорожно сжимала край стола.
Никита схватил телефон и набрал Ольгу. Она долго не отвечала. Он почти отчаялся, когда наконец услышал ее голос.
– Что тебе нужно? – спокойно спросила она.
– Тут отец хрипит! Я не знаю, что делать!
– Вызывай скорую. Я тоже еду, – резко сказала Ольга и отключилась.
Она приехала раньше врачей. Никиты в квартире уже не было.
– Вот же подлец, – выдохнула Ольга, вбегая на кухню.
Роман Львович сидел за столом. Она проверила пульс. Он был слабым, едва ощутимым. Мужчина приоткрыл глаза и попытался сфокусировать взгляд на ней.
– Там… в ящике… визитка нотариуса, – с трудом произнес он. – Он тебе все объяснит.
Затем снова прикрыл глаза.
Вскоре приехали врачи. Они сделали все, что могли, но спасти Романа Львовича не удалось.
Дрожащими пальцами Ольга набрала номер Никиты.
– Твоего отца больше нет, – тихо сказала она и положила трубку.
Ольга искренне переживала уход Романа Львовича. За эти годы она привязалась к нему. Он стал для нее по-настоящему родным человеком. Со своим же отцом она так и не помирилась. Кажется, тот даже не знал, что у него есть внучка.
После прощальной церемонии Никита явился к Ольге и нагло заявил:
– Зря ты столько лет вокруг него хлопотала. Наследник все равно я. Подаю на развод и Машку забираю.
– Кто тебе это позволит? – не поняла Ольга.
– А кто запретит? Я такой же родитель. Кто занимался дочерью, пока ты вечерами где-то пропадала? У кого теперь будут лучшие жилищные условия? У кого будет полная семья? Молчишь? Вот и молчи. И ключи от квартиры отца верни.
– У меня там вещи остались. Заберу, тогда отдам.
– Нет уж. Поедем вместе. Вдруг решишь прихватить лишнее.
В квартире Романа Львовича пахло лекарствами и пылью. С того дня там никто не появлялся. Ольга быстро собрала свои вещи и вспомнила о визитке. Незаметно заглянула в ящик комода, достала пластиковую карточку и спрятала в карман.
Выйдя из квартиры, она отдала ключи Никите. Расставшись с ним у подъезда, набрала номер, указанный на визитке.
– Ольга Владимировна, присаживайтесь, – сказал нотариус, тот самый мужчина с портфелем, которого она однажды видела у свекра. – Разговор будет длинным. Роман Львович просил объяснить вам все без утайки.
Нотариус пересказал ей исповедь Романа Львовича.
Когда-то Роман Львович был молод и любил Лиду. Она была простой девушкой, без влиятельной семьи и больших накоплений. Они строили планы, собирались пожениться. Но вмешались родители. У отца Романа был серьезный бизнес, который он мечтал расширить. В это время появился выгодный инвестор, у которого была дочь примерно того же возраста, Эльвира. Отцы решили соединить семьи.
Роман Львович отказывался. Он говорил, что любит Лиду и женится только на ней. Но после одного банкета проснулся рядом с Эльвирой. Он ничего не помнил, однако все было подстроено так, будто между ними случилась близость. Лиде показали снимки, где Роман и Эльвира лежали в одной постели. Лида уехала, и он не смог ее остановить.
Через месяц Эльвира сообщила, что ждет ребенка. Роману пришлось жениться. Никита появился на свет раньше срока, и Романа Львовича много лет не покидало ощущение, что за этой историей скрыта правда.
Он узнал ее только спустя тридцать лет, когда Эльвира перед уходом из жизни призналась в поступке их отцов. Оказалось, она тоже любила другого мужчину. Они хотели тайно пожениться и уехать. Эльвира уже ждала от него ребенка. Но их отцы решили породниться любой ценой. Возлюбленного Эльвиры подставили, а ей поставили условие: она выходит за Романа, и мужчину отпускают, после чего он исчезает из города. Или же его судьба становится незавидной, а ее вынуждают отказаться от ребенка.
Эльвира выбрала свободу для любимого. На банкете Роману что-то подмешали в напиток, он потерял сознание. Эльвиру заставили лечь рядом, сделали несколько снимков и отправили их Лиде.
Больше Роман Лиду не видел. Лишь спустя много лет узнал, что растил не своего ребенка.
Никита вырос эгоистичным, потому что был единственным человеком, которого Роман и Эльвира по-своему берегли, хотя жили вместе скорее как соседи. После признания Эльвиры Роман Львович тяжело слег. Он думал, что уже не поднимется. Если бы не Оля, жена Никиты, он мог бы навсегда остаться беспомощным. Только благодаря ей он снова встал на ноги.
Роман Львович считал Ольгу редкой женщиной, достойной гораздо лучшей жизни.
Но это было еще не все. Он решил разыскать Лиду. Старый друг помог найти ее и привез к нему. Роман рассказал ей всю правду и узнал, что она тоже ждала от него ребенка. Сказать не успела, потому что снимки пришли раньше. У Романа оказался сын Влад, немного старше Никиты. У Влада был свой бизнес, он состоялся и пользовался уважением. С личной жизнью ему не повезло: первая жена в молодости обманула его, забрала деньги и сбежала с сомнительным человеком. Владу пришлось начинать с нуля. С тех пор он почти никому не доверял и держал женщин на расстоянии.
Лида никогда не говорила сыну, кто его отец, но отчество дала Романович. Она простила Романа и обещала рассказать Владу правду. Роман Львович жалел только о том, что может не успеть увидеть сына.
Нотариус закончил рассказ. Ольга сидела неподвижно. Ей понадобилось время, чтобы прийти в себя. Она вытерла глаза и посмотрела на мужчину.
– Неужели деньги настолько затмевают разум? Столько судеб переломать… Ради чего? Ради лишней суммы на счете? Я не понимаю.
Нотариус лишь развел руками, затем открыл блокнот и что-то подчеркнул.
– Мне нужно пригласить вашего мужа для оглашения завещания. И родного сына Романа Львовича тоже. Я вызову вас всех в ближайшее время.
Домой Ольга шла, пытаясь осмыслить услышанное.
Маша, уже заметно повзрослевшая, увидела состояние матери и фыркнула:
– Опять устала. Папа правильно говорит, не мать, а кукушка.
Ольга остановилась и серьезно посмотрела на дочь.
– Кукушки оставляют своих птенцов другим птицам и забывают о них навсегда. А кто возвращался к тебе через усталость, чтобы спеть колыбельную? Кто ночами шил тебе костюм на праздник или делал поделку в школу? Кто едва держался на ногах, но шел с тобой на каток, если ты просила? Если ты правда так думаешь, мне будет очень больно это принять. А если сказала не подумав, поставь чайник, пожалуйста. Я действительно устала.
Маша покраснела, ушла на кухню и зазвенела посудой. Ольга опустилась в кресло и закрыла глаза.
В кабинете нотариуса Ольга увидела незнакомого мужчину и сразу догадалась, что это сын Романа Львовича. В его чертах было что-то от отца. Никита сел за стол с довольным видом, искоса рассматривая незнакомца.
Нотариус огласил завещание. Квартира, крупные сбережения, земельный участок недалеко от города, о котором никто не знал, и почти новая иномарка переходили Ольге. Доля в прибыльном бизнесе, о котором Роман Львович не рассказывал, а также акции крупных компаний доставались его родному сыну Владу.
– Не понял, – Никита резко выпрямился. – Что значит родному сыну? А я тогда кто?
– Вы не являетесь родным сыном Романа Львовича, – спокойно ответил нотариус. – Вот результаты ДНК-теста, можете ознакомиться.
Он протянул бумаги. Никита пробежал глазами по строкам и побледнел.
– Но вам Роман Львович тоже кое-что оставил, – добавил нотариус. – Гараж в гаражном кооперативе со всем содержимым. Он долго ждал, что вы придете, спросите о здоровье, предложите помощь. Вместо вас это делала ваша жена.
Никита резко поднялся и вышел из кабинета.
– Ольга Владимировна, – Влад посмотрел на нее внимательно. – Кажется, нам есть что обсудить.
Они попрощались с нотариусом и вышли на улицу.
– Пройдемся? – предложил Влад.
Они медленно пошли рядом.
– Расскажите, каким он был, – попросил Влад. – Я ведь совсем его не знал.
– Добрым, хотя иногда ворчливым, – Ольга мягко улыбнулась. – Знаете, я долго думала, что он совсем старик. А он был не настолько стар, просто все пережитое сделало его таким. Мне очень жаль его. И вашу маму тоже. И Эльвиру. Как-то все вышло неправильно.
– Это правда, – тихо сказал Влад.
Через несколько шагов он остановился и посмотрел ей прямо в глаза.
– Оля, я смотрю на вас и думаю, что вам тоже давно нужна забота. Разрешите мне быть рядом. Мама сказала, отец был бы этому рад.
Ольга растерянно пожала плечами. К такому повороту она была совершенно не готова.
Никита снова снял комнату с соседом. Лиля заявила, что жить с ним в гараже не намерена, и быстро исчезла из его жизни.
А через год Ольге позвонил отец.
– Дочь, я серьезно болен, – тихо сказал он. – Прости меня, если сможешь. Приезжай, когда получится.
– Я приеду, – ответила Ольга. – С твоей внучкой. И с мужем.