– Варя, где ты ходишь? – нетрезвая Тамара с трудом оторвала голову от стола и обвела кухню затуманенным взглядом.
В раковине громоздилась посуда, на столе лежали засохшие остатки еды, возле стены стояли пустые бутылки, а напротив в кресле на колёсах сидел Григорий и громко сопел во сне.
– Варя! – снова позвала Тамара, не получив ответа. – Опять где-то пропадает.
Она попыталась подняться, но ноги не слушались.
– Что тебе? – в проёме появилась дочь.
– Воды налей, – распорядилась мать и снова тяжело опустилась на табурет. – Родная дочь, а стакан воды не подаст. Отправлю тебя в детский дом, там быстро научишься уважению.
Варя молча вздохнула, набрала воду из-под крана и поставила стакан перед матерью. Сколько она себя помнила, родители почти всегда жили среди бутылок и постоянных угроз про детский дом. До дела, однако, не доходило. Возможно, опасались разговоров соседей, а возможно, им просто нужна была девочка, которая готовила, убирала и следила за домом.
Варвара рано поняла, что рассчитывать ей следует только на себя. Чтобы у органов опеки не возникало лишних вопросов, она хорошо училась, приходила в школу чистой и аккуратной, старалась держаться спокойно. В классе никто не догадывался, что отец нередко поднимал руку на мать, а временами доставалось и самой Варе.
Григорий оказался прикован к креслу, когда пришёл на работу в нетрезвом виде и при разборе старого здания попал под кусок бетонной плиты. Позвоночник был повреждён так серьёзно, что прежней жизни уже быть не могло. Варе тогда исполнился всего год.
Тамара числилась уборщицей в ЖЭКе и мыла лестничные площадки, когда бывала в ясном состоянии. Такое случалось нечасто. Семья держалась на выплатах Григория и редких заработках матери. Чтобы иметь хотя бы немного собственных денег, Варя вечерами бралась за любую посильную работу.
Жить в таком доме становилось всё тяжелее. То шумные застолья, то вязкое утро после них, то взаимные упрёки и крики. Варя не раз собиралась уйти, но каждый раз жалела родителей. Всё изменилось в тот вечер, когда Тамара, совсем потеряв ясность, неожиданно заговорила с невидимой девочкой.
– Машенька, доченька моя, – бормотала она, сидя за столом и уронив лицо на сложенные руки.
– Мам, я Варя. Какая Машенька? – дочь осторожно потрясла её за плечо.
Тамара подняла мокрые глаза и посмотрела на Варю так, словно видела перед собой другого человека.
– Машенька... Что же мы сделали? Отдали тебя за ящик бутылок.
– Мам, о чём ты говоришь? – Варя решила, что мать не понимает собственных слов, и попыталась отвести её в комнату.
Тамара резко отмахнулась.
– Уйди. Ты не Машенька. Тебе как раз место в детском доме.
– Живите дальше как знаете, только уже без меня, – не выдержала Варвара.
Она быстро собрала вещи и документы, положила ключи на край стола и выбежала из квартиры. На улице Варя ещё не знала, куда идти. Родных у неё не было, близких подруг тоже. Одноклассницы не считались, школа уже закончилась, все разъехались кто куда. Подать документы в учебное заведение она не успела, так как всё это время следила, чтобы родители не лишились квартиры и не вынесли из дома последние вещи. Теперь ей стало безразлично, но приём уже завершился. Оставалось искать работу и угол для ночлега.
– Дожила, – подумала Варя. – В семнадцать лет без дома, семьи, профессии и нормальной работы.
Она ушла в другой район города, чтобы ненароком не встретить мать, отца или соседей. Там Варя нашла старый дом, который готовили к сносу. Жильцы давно выехали, но в пустых квартирах ещё оставались шкафы, матрасы, посуда и разная утварь. Девушка устроила себе временное пристанище.
Без опыта и образования на приличные места её не принимали. Приходилось соглашаться на мелкие подработки: мыть полы, перебирать испорченные овощи на рынке, расклеивать объявления, помогать торговцам с ящиками. Однажды она едва не попала в неприятную историю.
– Эй, девушка, – окликнул её продавец сухофруктов. – Есть небольшое дело. Хорошо заплачу.
– Что нужно сделать? – Варя насторожилась не сразу.
Продавцы порой просили присмотреть за товаром или разобрать фрукты, поэтому просьба не показалась необычной.
– Коробочку одну отнесёшь. Маленькая, лёгкая. Деньги получишь хорошие.
Мужчина улыбался так дружелюбно, что Варя почти согласилась. Деньги ей были необходимы.
– А что в коробке?
– Лекарство для мамы. Женщина болеет, совсем слабая, – он покачал головой и сочувственно прищурился.
– Варя, не будь наивной, – тихо сказала ей Глаша, полная продавщица мяса, которой девушка иногда помогала. – Не знаешь, как доверчивых людей используют? Доставишь коробку, а тебе скажут, что она пустая, и повесят недостачу. Или там окажется что-то незаконное, тогда получишь крупные проблемы, а тебе никто не поверит.
– Я и не думала, что так бывает. Спасибо, Глаша, – прошептала Варя.
– Ну давай, бери деньги, бери адрес, – продолжал манить продавец.
– Найдите кого-нибудь другого, – холодно ответила девушка.
– Мама у меня болеет, совесть имей.
– Я сказала нет.
Больше Варя возле его ряда не появлялась.
Зиму она пережила с трудом. Заколотила окна, утеплила их матрасами и одеялами из пустых квартир, соорудила подобие печи и топила её старыми стульями и остатками мебели. Весной рядом с домом появилась техника, здание готовили к сносу, и Варе пришлось срочно уходить.
Новое место она искала долго, пока одна знакомая с рынка не посоветовала обратиться в ночлежку. Когда Варя пришла туда, ей стало не по себе. В помещении теснились люди без жилья, уставшие, неопрятные, с тяжёлым взглядом.
– Девочка, ты куда пришла? – удивилась дежурная. – Тебе здесь нечего делать. Совсем жить негде?
– Негде, – честно призналась Варя. – Вы были моей последней надеждой.
Женщина внимательно посмотрела на неё и смягчилась.
– Послушай. У меня соседка, Мария Филипповна Дударева, комнату сдаёт.
– Я не смогу платить, – сразу сказала Варя. – У меня нет таких денег.
– Не перебивай раньше времени. Денег она не берёт. Ей нужен человек, который будет ходить в аптеку, готовить еду и помогать по дому. Средства у неё есть.
– Тогда почему у неё никто не живёт?
– Причина в том, что она своеобразная. Раньше преподавала литературу, а теперь всё вокруг считает уроком. Стихи велит учить, просит читать вслух. Кто не выучит, получает двойку и покидает класс, то есть квартиру.
– Можно попробовать, – усмехнулась Варвара. – В школе я училась хорошо, значит, справлюсь.
Через час она уже стояла у нужной двери. Ей открыла маленькая сухонькая старушка в строгом платье и с ниткой искусственного жемчуга на шее.
– Здравствуйте. Мне сказали, что вы сдаёте комнату. Можно войти?
– Проходите, деточка. Меня зовут Мария Филипповна Дударева. Я преподаватель русской литературы. Надеюсь, вы не станете опаздывать на уроки.
– Постараюсь, – подыграла Варя. – Но мне понадобится расписание. Я ещё работаю.
Мария Филипповна окинула её внимательным взглядом и улыбнулась.
– Работаете? Это хорошо. Тогда домашних поручений по литературе будет меньше.
Вскоре Варе исполнилось восемнадцать. Совершеннолетие она встретила с необычной хозяйкой, которая весь вечер читала ей Есенина, Мандельштама и Бродского.
С работой неожиданно повезло. В летнее кафе потребовалась уборщица. Нужно было мыть полы, протирать огромные листья фикусов и монстер, до блеска натирать окна и зеркала. Однажды, протирая плотный лист на веранде, Варя случайно услышала разговор посетительницы по телефону.
– Мам, он снова опаздывает. Сейчас опять начнёт говорить про совещание или важную встречу. Как же мне всё это надоело. Скорее бы выйти за него замуж и не сидеть с ним по кафе и ресторанам, будто школьница. Какая любовь? У него столько денег, что я могу изображать чувства сколько угодно. Никто не догадается. Мне так повезло с Захарчиком. Кажется, он идёт. Позвоню позже.
Варе стало любопытно взглянуть на этого мужчину. За широким фикусом её почти не было видно, а уборщицу с тряпкой и ведром обычно никто не замечал. Сквозь листья она увидела, как к столику, где сидела девушка с телефоном, подошёл молодой мужчина.
– Ирин, прости, дорога задержала. Ничего серьёзного, но пришлось подождать, – сказал он и наклонился, чтобы поцеловать её.
Девушка отстранилась.
– Захар, у тебя снова оправдания. Я сижу тут одна и жду тебя. И сколько раз просила, не называй меня Ириной. Я Ирэн. Неужели трудно запомнить?
– Прости, милая. Ирэн так Ирэн. Хотя я не понимаю, чем тебе не нравится имя Ирина.
Варя с интересом разглядывала мужчину. На первый взгляд ничто не выдавало в нём богача: обычные джинсы, рубашка, туфли. Разбирайся она в брендах, поняла бы, что одежда стоила немало.
– Просто не нравится. Слишком провинциально, – фыркнула Ирина и тут же сменила тон. – Захарчик, долго мы ещё будем встречаться в кафе и гостиницах? Когда ты познакомишь меня с родителями?
– Я уже думал об этом. Сейчас они в путешествии. Вернутся, и сразу всё устроим.
– Я так рада, – Ирина чмокнула его в щёку. – Ты пока сделай заказ, а я выйду на минуту.
Она поднялась, взяла телефон и, цокая высокими каблуками, прошла мимо фикуса, за которым стояла Варя. Стройная, в красивом платье и с тщательно уложенными волосами, она гордо скрылась за дверью, уже набирая номер.
– Хвастаться матери пошла, что крупная рыба клюнула, – усмехнулась про себя Варя.
Сама не понимая, что ею движет, она вышла из-за фикуса с тряпкой в руках и села напротив мужчины.
– На вашем месте я сказала бы, что вы разорены, – произнесла она, глядя ему прямо в глаза.
Захар заметно изменился. Равнодушие исчезло, в лице появилось живое внимание. Он смотрел на девушку и словно видел Ирину, только моложе, проще и настоящей: без макияжа, без выверенной укладки, без продуманного образа. Перед ним сидела уборщица в спортивных штанах, футболке и чёрном фартуке.
– Ты кто? – спросил он, чуть склонив голову.
– Просто человек, которому не нравится, когда говорят неправду. Моё дело предупредить, а вам решать, как жить дальше.
Варя заметила, что Ирина возвращается, быстро поднялась и занялась работой, стараясь больше не попадаться паре на глаза.
– Почему он так смотрел? – вспомнила она выражение лица Захара. – Будто увидел кого-то невозможного.
Скоро она выбросила этот случай из головы. Мария Филипповна поручила ей выучить стихи из программы старших классов, и для этого следовало освободить память от лишних мыслей.
Вернувшись к столику, Ирина заметила, что Захар стал непривычно молчалив и смотрит на неё слишком внимательно.
– Захарчик, что-то случилось?
– Нет, всё в порядке, – он улыбнулся одними губами, но глаза оставались серьёзными. – Ирэн, скажи, у твоих родителей есть ещё дети? Например, сестра?
– С чего такие вопросы? – она удивлённо подняла брови. – Нет. Я единственный ребёнок.
– Просто спросил, – пожал плечами Захар.
Вечером, лёжа в постели, он вспоминал знакомство с Ириной. Это случилось в дорогом фитнес-клубе. Захар посещал его нерегулярно: то раз в неделю, то три. Ирину он заметил не сразу, лишь когда она оказалась на соседней беговой дорожке.
Девушка бежала легко и ровно, словно тренажёр был её привычной средой. Подтянутая фигура, дорогая спортивная форма, длинные волосы в хвосте, лёгкий макияж. По сторонам она не смотрела, будто в зале никого не существовало.
Позже Захар увидел её в комнате отдыха. После сауны она сидела в кресле, завернувшись в большое полотенце, пила зелёный чай и читала бумажную книгу. Это его удивило. В таком месте чаще смотрели в телефоны. Он налил воды и сел рядом. Девушка подняла глаза, коротко улыбнулась и снова вернулась к чтению.
Она не кокетничала, не задавала лишних вопросов, не пыталась привлечь внимание. Именно это его и зацепило. Захар привык, что многие девушки из его круга прежде всего оценивают достаток мужчины.
– Что читаете? – не выдержал он.
Ирина повернула к нему обложку. Это был роман современного автора.
– Интересно?
– Не особенно. Просто хочется узнать, чем всё завершится, – улыбнулась она. – А вы тоже здесь занимаетесь? Я вас раньше не видела.
Она сказала неправду. К Захару она присматривалась давно. В клуб она ходила почти каждый день уже месяц и успела отсеять всех неподходящих кавалеров. Кто-то был слишком возрастным, кто-то слишком юным и искал не жену, а обеспеченную покровительницу. Попытки ухаживать Ирина пресекала резко.
О Захаре она узнала от разговорчивой администраторши: хорош собой, свободен, имеет собственное дело, живёт обеспеченно. Ирина решила, что это её шанс.
Единственная дочь школьных учителей росла как принцесса. Родители исполняли её желания, брали дополнительные часы, во всём уступали любимице.
– Ты должна быть лучше всех. Ты красивая и умная, – с детства внушала мать, наряжая девочку как модель. – Такая девушка достойна очень богатого мужа. Главное, всегда следи за собой. Твоя сила – молодость и красота.
Ирина запомнила эти уроки. Салоны, уход, маникюр, педикюр, парикмахерские, солярий, спа – всё стало обязательной частью её жизни. На это требовались деньги. Работать Ирочка не любила и не собиралась, поэтому родители всё чаще брали кредиты и сами расплачивались по ним.
– Зачем мне работать, если я выйду замуж за богача? – рассуждала она.
Мать вздыхала, но соглашалась. Даже абонемент в клуб и спортивная форма были куплены в долг. При этом Ирина научилась держаться так, будто владеет миром. Никто бы не подумал, что в двадцать два года она не имеет профессии, живёт за счёт родителей и ждёт принца на дорогой машине.
Именно в эту ловушку и попал Захар.
– Я здесь примерно год, но вас тоже не видел, – сказал он тогда.
– А я всего месяц. Думала, спорт – это здоровье, а вышло настоящее испытание, – Ирина наклонилась к нему и заговорила тише. – В первые дни я едва ходила, всё тело ныло. Ладно, не буду отвлекать. Удачной тренировки.
Она вернулась к книге и больше не смотрела в его сторону. Это окончательно заинтересовало Захара. Он привык к охотницам, а незнакомка будто вовсе не нуждалась в его внимании.
Ирина своего добилась. Рыба клюнула. В следующий раз Захар сам подошёл к ней в зале.
– Не хотите после тренировки выпить кофе?
– Не сегодня, – дружелюбно улыбнулась она. – У меня срочные отчёты.
Она не бросилась на свидание, но и не закрыла дверь. Для Захара это стало вызовом. Ему казалось, что перед ним именно та женщина, которую он искал: самостоятельная, обеспеченная, умная, красивая. Он приложил немало усилий, чтобы Ирина согласилась встречаться.
Когда Захар спросил, где она работает, девушка смутилась, опустила глаза и стала помешивать кофе.
– Моя сфера немного скучная. Я занимаюсь управлением проектов, помогаю компаниям выстраивать процессы.
Звучало расплывчато, но солидно.
– В общем, ничего особенного, – улыбнулась она. – Лучше расскажи о своём бизнесе. Это гораздо интереснее.
Захар рассказывал, а она внимательно слушала, изредка задавая смешные и порой наивные вопросы. Ему это казалось милым.
Слова незнакомой уборщицы не выходили у него из головы: на вашем месте я сказала бы, что вы разорены. За три месяца отношений он не смог уличить Ирину в корысти. Она отказывалась принимать дорогие подарки, объясняя это тем, что они ещё слишком мало знакомы. Близкие отношения между ними появились лишь на втором месяце. Захар был влюблён и сделал предложение. Ирина с радостью согласилась.
И всё же короткое предупреждение странной девушки пустило в душе сомнение. Захар решил проверить.
– Надеюсь, она ошибается, – сказал он себе. – А если Ира обидится на маленькую проверку, я сам всё объясню.
На следующую встречу он решил приехать на метро. Перед этим позвонил невесте.
– Милая, новости нерадостные. Всё расскажу при встрече. Давай у входа в метро на Центральной площади.
Ирина удивилась, но вопросов не задала. Она ожидала, что Захар подъедет к станции на машине, однако он вышел из стеклянных дверей в дешёвых джинсах и простой футболке.
– Ты приехал на метро? – Ирина широко раскрыла глаза.
– Я же сказал, появились проблемы. Ириш, так вышло, что я разорён. Пришлось продать машину, бизнес, завтра оформляю продажу квартиры. Компаньон меня подвёл, исчез с деньгами и оставил долги. Давай перенесём свадьбу. Я немного приведу дела в порядок, найду работу, займу средства, и тогда поженимся.
Захар говорил неправду и чувствовал, как краснеет. Он ждал, что невеста поддержит его, утешит, скажет хотя бы одно тёплое слово. Ответ Ирины надолго врезался ему в память.
– Ты серьёзно? – её губы сжались в тонкую линию. – Перенесём свадьбу? Да зачем мне человек без денег и положения? Не будет никакой свадьбы. Ищи другую доверчивую женщину.
Она схватилась за голову.
– Я столько времени потратила зря. Забудь мой номер и моё имя, которое ты так и не смог выучить. Не звони мне и не ищи встреч.
Ирина ударила его по щеке, развернулась на каблуках и быстро пошла прочь. Захар стоял, прижимая ладонь к горящей коже, смотрел ей вслед и не мог поверить, что всё это произошло на самом деле.
Остановив такси, он назвал адрес кафе, где встретил незнакомую уборщицу. Там он без труда нашёл Варю.
– Ты кто такая? – он схватил её за руку. – Откуда ты знала, что Ирэн так себя поведёт?
– Осторожнее, – Варя выдернула руку. – Я случайно услышала её разговор по телефону. Сопоставила факты, и всё.
– Значит, ты оказалась права, – глухо сказал Захар.
– Похоже на то.
– Но меня мучает ещё кое-что.
– Что именно?
– Вы с ней очень похожи. Будто сёстры. Только ты младшая, а она старшая.
Варя внимательно посмотрела на него. В голове ожила фраза Тамары про Машеньку.
– Серьёзно?
– Да. Ты сама не заметила?
– Я почти не рассматривала её лицо. Фигура у неё, конечно, эффектная, – сказала Варя. – А ты знаешь её родителей?
– Знаю только, что они преподаватели. Она меня с ними не знакомила.
– Мне кажется, стоит с ними поговорить.
– Могу узнать адрес через знакомых.
– Узнай, – без церемоний попросила Варя. – А как узнаешь, приезжай. Сейчас мне работать надо. Богатого жениха у меня нет.
Её сухая насмешка не укрылась от Захара. Он хотел обидеться, но сдержался. Девушка не была виновата в том, что его невеста показала своё настоящее лицо.
Через пару дней знакомый из полиции принёс ему адрес родителей Ирины.
– Слушай, я поговорил с соседями, – сказал приятель. – Семейка у твоей бывшей избранницы с тайной. Одна пожилая женщина рассказала, что детей у этих учителей долго не было. А однажды у них внезапно появилась девочка лет трёх. Они уверяли всех, что ребёнок их, просто жила в деревне на свежем воздухе, так как здоровье было слабым. Но никто не видел супругу с животом. Так что история странная.
– Спасибо. Дальше я сам.
– Кстати, о второй дочери у них никто не слышал.
– Пока я сам не знаю, что ищу. Но разберусь.
Захар подъехал к кафе, когда Варвара заканчивала уборку.
– Я нашёл адрес. Поедешь со мной? – он показал листок.
– Это ты со мной поедешь, – поправила она. – Адрес просила я.
– Слушай, давай на ты. Когда ко мне так официально обращаются, я чувствую себя стариком, а мне всего тридцать.
– Ладно. Поехали, – улыбнулась Варя и сняла фартук.
Захар остановил машину на другой стороне улицы, напротив нужного дома. Варя вышла и стала ждать его. В этот момент из подъезда появилась женщина и направилась к магазину через дорогу. Она уже дошла до середины проезжей части, когда взгляд её остановился на Варе. Женщина побледнела, замедлила шаг и попятилась назад, прямо перед движущимся автомобилем.
Водитель не успел полностью затормозить. Удар был сильным, но без критических последствий. Медики приехали быстро. Пока Варя сидела рядом с женщиной, та не сводила с неё глаз. Губы её шевелились, но слова разобрать было невозможно.
Узнав, в какую больницу её отвезли, Захар и Варя поехали следом.
– Ты видела, как она на тебя смотрела? – взволнованно сказал он. – Словно перед ней человек из прошлого.
Варя в такие совпадения не верила. Ей нужно было разобраться самой.
В больнице им разрешили зайти не сразу.
– Только ненадолго, – предупредил врач. – Серьёзных повреждений нет, но женщина сильно потрясена.
Варвара вошла в палату. Пациентка лежала с закрытыми глазами, но, услышав шаги, открыла их. На лице снова появились испуг и растерянность.
– Имя Маша вам о чём-нибудь говорит? – сразу спросила Варя.
Глаза женщины наполнились слезами, но она молчала.
– Маша. Девочка трёх лет.
– Её сейчас зовут Ирина, – наконец произнесла женщина.
– Я знаю. Вы купили её у нетрезвой женщины за ящик бутылок.
– Откуда вам это известно?
– Мать сама мне сказала. Я не искала ни вас, ни сестру. Но, похоже, жизнь решила иначе. Не волнуйтесь, мне от вас ничего не нужно. Я лишь хотела посмотреть на людей, которые смогли забрать ребёнка таким способом.
Женщина закрыла глаза и тяжело вздохнула.
– У нас с мужем не было детей. Однажды осенью я возвращалась с работы. В парке на лавочке сидела нетрезвая женщина, а рядом в песке копалась маленькая девочка. Простуженная, замёрзшая, в тонкой одежде. Я сказала её матери, что ребёнку нужно домой, в тепло. А она рассмеялась и сказала: хочешь – забирай, ящик бутылок, и она твоя. Я думала, она бросает слова без смысла. Но она говорила всерьёз. Я дала ей деньги, взяла малышку на руки и побежала домой. Муж сперва рассердился, велел вернуть ребёнка, но я уже не могла. Девочка так крепко вцепилась в меня, что в ту ночь я легла рядом с ней. Я боялась, что та женщина передумает и начнёт искать дочь. Поэтому мы придумали историю про деревню и сделали Маше новые документы, сменили имя и все данные. Я даже не знаю её точный день рождения. Вы не скажете? Она собиралась замуж за очень хорошего молодого человека.
– Уже нет, – прервала Варя. – Но я ничего ей не скажу. Сомнительная честь иметь такую сестру.
Выйдя из палаты, Варя пересказала Захару разговор.
– Вот это история, – растерянно произнёс он, садясь в машину.
После этой встречи Варя решила наведаться к родителям. Она ожидала чего угодно, только не того, что дверь откроет трезвая Тамара, а из комнаты выедет ясноглазый Григорий.
– Варенька, девочка моя! – Тамара бросилась её обнимать. – Я думала, больше тебя не увижу. Мы решили, что потеряли нашу дочь. Мы с отцом взялись за себя и искали тебя повсюду. А ты вернулась.
Прошёл год. Варя выходила из университета после занятий. У машины её ждал Захар.
– Быстрее! – крикнул он. – Родители уже заждались. Я сказал, что приведу невесту знакомиться.
– Невыносимый ты человек, – фыркнула Варя. – Вот когда разоришься, тогда и выйду за тебя, чтобы не думал, будто мне нужны твои деньги.
– А разве не из-за них? – смеясь, спросил Захар и обнял её.
– Нет. Ещё оттого, что люблю тебя, несносный.
Об Ирине они знали немного. Она вышла замуж за пожилого богача и уехала с ним за границу. Иногда присылала родителям открытки к Новому году и Пасхе.