Я открыла глаза и уставилась в потолок. Несколько секунд я просто лежала, пытаясь осознать, какой день меня ждёт. Суд. Первый суд по разводу с Павлом.
Глубокий вдох не помог избавиться от тревоги. Внутри всё сжималось, будто меня затягивало в пучину отчаяния. Неужели всё действительно подходит к концу? Несмотря на всю боль, предательство, долгие месяцы обид и разочарований, Я всё ещё не верила, что это точка, финал.
Я села на край кровати, сжав руки. Внутри бушевало чувство противоречия. Часть меня хотела, чтобы этот день поскорее закончился, чтобы судья официально разорвал наш брак. Но другая часть… она боялась. Боялась встречи с ним, боялась его реакции, боялась осознания, что с сегодняшнего дня мы станем окончательно чужими людьми.
Нужно собираться.
Я заставила себя подняться и пошла в ванную. Прохладная вода немного привела в чувство, но тревожный ком в животе никуда не исчез. Открыла шкаф с одеждой, задумчиво провела пальцами по вешалкам. Что надевают на суд? Что надевают на развод?
Выбрала простую блузку и тёмные брюки. Никаких платьев. Маленькая месть или бунт. Павел терпеть не мог, когда я носила брюки.
"Ты же не хочешь выглядеть как мужик?" — смеялся он, когда я тянулась к удобным штанам.
Я должна выглядеть спокойной, собранной, уверенной. Пусть даже внутри меня рвёт на части.
Телефон завибрировал. Сообщение от Александра: "Я буду через 20 минут".
Я глубоко вдохнула. Значит, пора.
Пока я завязывала волосы в привычный хвост, взгляд зацепился за отражение в зеркале. Вроде бы тот же человек, что и пару месяцев назад, но совсем другой. Глаза с тёмными кругами, пересохшие губы, пальцы, нервно теребящие мочку уха. И это я?
Смешно, я столько раз за месяц прокручивала этот день в голове, но в реальности всё оказалось сложнее.
Когда я вышла на улицу, Александр уже ждал, прислонившись к машине.
— Готова? — голос ровный, без лишнего сочувствия, за что я была благодарна.
Я кивнула и, молча сев в машину, пристегнулась.
Всю дорогу до места назначения я смотрела в окно, наблюдая за утренней суетой города. Люди спешили по своим делам, сигналили машины, создавая пробки. Для них этот день был обычным. А для меня – точка невозврата.
— Как думаешь, он вообще придёт? — неожиданно спросил Александр, бросив на меня короткий взгляд.
— Ты пытаешься меня подготовить к худшему? — усмехнулась я, скрестив руки на груди. В голосе прозвучала горечь, хотя на самом деле я задавалась тем же вопросом.
— Нет. Просто я знаю, что ты надеешься на быстрый исход, — спокойно ответил он. — Но Павел, похоже, не из тех, кто готов смириться и разойтись мирно. Тебе стоит понимать, что сегодня – только первая инстанция. Развод не всегда проходит за один день.
Я молча отвернулась к окну, следя за мелькающими за стеклом зданиями. Александр был прав. Павел всегда делал так – растягивал, затягивал, играл на нервах. Почему этот раз должен быть исключением?
Когда машина остановилась у здания суда, я не сразу смогла заставить себя выйти. Ноги вдруг стали ватными. Время будто замедлилось, и я чувствовала, как каждую секунду становлюсь всё более напряжённой.
Мы вошли внутрь, и я сразу ощутила давящую атмосферу. Просторные, но холодные коридоры, редкие посетители, рассеянные по скамейкам. Ожидание всегда тянется дольше реального времени.
— Рано пришли, — негромко заметил Александр, взглянув на часы.
Я только кивнула. Лучше так, есть время подготовиться и собраться с мыслями.
Минуты тянулись мучительно долго. Я смотрела на людей вокруг, замечая их напряжённые лица. Кто-то обсуждал детали дела со своим адвокатом, кто-то просто сидел молча, глядя в одну точку. Здесь каждый ожидал чего-то важного для себя.
Когда наконец объявили, что наш зал свободен, я почувствовала, как сердце забилось с бешенной скоростью. Мы вошли и заняли свои места. Я выдохнула и сцепила пальцы в замок, стараясь не показывать волнения. Осталось только дождаться Павла.
Прошло десять минут. Я смотрела на двери, ожидая, что вот-вот он войдёт. Потом ещё пять. Секретарь проверила список, бросила взгляд на дверь, а потом на часы. Я почувствовала, как ладони стали влажными.
А вдруг он появится в последний момент?
Пятнадцать минут. Пустота. Ни звонка, ни сообщения.
Павла всё не было.
Я посмотрела на Александра, но он только молча покачал головой.
Павла всё не было.
Судья вошла в зал, постучав папкой по столу, и, глянув на меня, спокойно произнесла:
— Ответчик не явился. В связи с этим заседание переносится, — развернулась и сразу вышла, хлопнув дверью.
Я резко подняла голову:
— Давайте подождём ещё немного. Вдруг он в пути? Может, задержался?
Секретарь слегка нахмурилась, бросив взгляд на закрытую дверь, но ответила:
— У нас есть регламент. Заседание не может откладываться дольше установленного времени.
В горле пересохло. Нет. Пожалуйста. Я не готова пережить это снова.
Я быстро достала телефон и, не обращая внимания на Александра, набрала номер Павла. Гудки тянулись мучительно долго. Один. Второй. Третий.
— Возьми трубку, — прошептала я.
Но ответа не последовало. Я попробовала ещё раз. Тишина.
Он просто не пришёл. Проигнорировал. Как будто этот суд для него ничего не значит. Как будто и я – пустое место, не стоящее внимание.
Пальцы сжались сильнее. Я не знала, что чувствую больше – злость или боль. Может, и то, и другое сразу.
— Это не значит, что он избежит развода, — спокойно сказал Александр. — Но теперь процедура затянется.
Я услышала его слова, но они не доходили до меня. Все эти недели, что я ждала этого дня, оказались пустой тратой нервов. Он даже не посчитал нужным прийти.
— Что теперь? — глухо спросила я.
— Подадим ходатайство о новом заседании. Если он не явится снова, суд примет решение без него. Но придётся ждать.
Ждать. Опять ждать. Как будто я мало ждала. Я прожила этот месяц, как в аду, а теперь ждать ещё не понятно сколько. Он даже не удосужился поставить точку в том, что сам разрушил.
Я резко поднялась со стула, ощущая, как внутри всё кипит.
— Ксения, — Александр повернулся ко мне. — Не позволяй ему вывести тебя из равновесия.
Я хотела что-то ответить, но слова застряли в горле. Вместо этого я просто развернулась и вышла из зала, чувствуя, как глаза начинает щипать от подступающих слёз.
Суд должен был стать точкой, но превратился в многоточие. Павел лишь отложил неизбежное.
Я сжала телефон в руках, не зная, куда деть всю эту злость, обиду и бессилие. Павел снова управлял ситуацией, даже не появляясь.
В этот момент телефон завибрировал в моей ладони. Сообщение.
Дыхание перехватило. Может, это он?
Я разблокировала экран, пробежав глазами по строчке текста.
"Ты правда думала, что я приду?"
***
Утро выдалось на редкость холодным. Я натянула куртку потеплее, выходя из дома, и поспешила к станции. Новый рабочий день.
После суда я чувствовала себя разбитой. Казалось, что силы покинули меня вместе с последними словами судьи о переносе заседания. Внутри всё опустело, будто я зря потратила последние недели на подготовку, на ожидание этой встречи, на попытку поставить точку.
Павел не пришёл. Он даже не удосужился сообщить об этом. Просто проигнорировал. Я не знала, что злило меня сильнее – его отсутствие или на мои надежды на его сознательность.
Я чувствовала моральное опустошение, такую усталость, что даже говорить ни с кем не хотелось. Всё вокруг раздражало – шум улицы, разговоры коллег, даже свет казался слишком ярким.
Мне хотелось закрыться в тишине, исчезнуть на время, чтобы никто не спрашивал, как я, чтобы не слышать сочувствия или жалости в голосах друзей и коллег. Потому что, если я начну говорить, то, возможно, сломаюсь..
Это мучило меня больше, чем я готова была признать.
Собравшись с духом, я вошла в здание станции. Там, как всегда, суетились коллеги: кто-то пил утренний кофе, кто-то проверял укладки перед сменой, а кто-то обсуждал последние новости. Я направилась в раздевалку, чтобы переодеться и настроиться на новый день.
Мне повезло и я проскочила незамеченной, быстро подготовилась и прямиком направилась к нашей машине. Поздоровалась с Виктором Петровичем и вместе с ним дождались Артёма. Ему я просто приветственно кивнула, тем самым показав, что к разговорам я сегодня не готова.
Первый вызов поступил почти сразу – мужчина, 50 лет, жалобы на острую боль в животе. Когда мы прибыли на место, нас встретила встревоженная жена пациента.
— Он уже несколько часов стонет, скрючился, не может разогнуться, — быстро заговорила она, едва мы переступили порог квартиры.
Я взглянула на мужчину. Лицо бледное, лоб покрыт испариной. Он действительно сидел, согнувшись, одной рукой держась за живот.
— Где именно болит? — мягко спросила я.
— Справа… сильно… — простонал он.
Я переглянулась с Артёмом. Возможно, острый аппендицит. Проверила температуру – повышенная. Живот напряжён, болезненный при пальпации.
— Нужно ехать в больницу, — тоном, не терпящим возражения, сказала я. — Возможно, потребуется операция.
Жена испуганно ахнула, а я уже помогала Артёму подготавливать носилки. Спустя несколько минут пациент был загружен в машину, и мы отправились в стационар.
В дороге после первого вызова в машине царила привычная тишина, прерываемая только шумом мотора и редкими репликами Виктора Петровича, нашего водителя.
— Опять живот? — пробасил он, бросив взгляд в зеркало заднего вида.
— Да, но похоже на аппендицит, — ответил Артём, потягиваясь. — Хотя везёт сегодня, пока без ЧП.
Я только устало кивнула, глядя в окно. Мы не успели доехать до станции, как планшет завибрировал – новый вызов.
— Мужчина упал на улице, не может подняться, — пробормотала я, быстро читая описание.
— Везёт тебе, Ларина, по таким вызовам – прямо по классике скорой помощи, — усмехнулся Артём.
Я только вздохнула. Спокойных смен у нас не бывало.
Когда мы прибыли, пострадавший мужчина сидел на тротуаре, опираясь на руку, а вокруг собралась небольшая толпа.
— Осторожно, сейчас мы вам поможем, — я присела рядом, внимательно осматривая его ногу. — Вы ударились, когда падали?
— Да, гололедица, — проворчал он. — Кажется, с ногой что-то не так.
Мы аккуратно осмотрели конечность – подозрение на перелом. Пришлось действовать быстро, фиксировать ногу, обезболивать и транспортировать в больницу.
Следующий вызов был к женщине с сильным приступом паники. Когда мы приехали, она тяжело дышала, судорожно хватаясь за грудь, а её муж в панике метался по комнате.
— Она так дышит уже минут пятнадцать! — взволнованно сказал он. — Говорит, что умирает!
— Тише, всё под контролем, — я присела рядом с пациенткой, внимательно осматривая её. — Вам знакомо это состояние? У вас уже бывали такие приступы?
Женщина с трудом кивнула. Артём быстро проверил пульс и насыщение кислородом – всё в норме.
— Это паническая атака, — мягко сказала я. — Попробуйте медленно дышать, вдох на четыре счёта, выдох на шесть. Я с вами.
Она попыталась следовать моим инструкциям, и спустя несколько минут дыхание стало ровнее. Мужчина вздохнул с облегчением.
— Вам стоит обратиться к врачу, возможно, потребуется консультация невролога, — добавил Артём.
Когда мы вернулись в машину, Виктор Петрович хмыкнул:
— Ну и денёк. Вроде ничего критичного, но носит вас по городу, как угорелых.
— Петрович, ну ты как будто первый день на скорой, — проворчал Артём, откидываясь на спинку кресла.
Я только устало улыбнулась. Голова гудела, ноги налились свинцовой тяжестью, а руки словно стали чужими от усталости. Я направилась в комнату отдыха, надеясь хотя бы несколько минут побыть в тишине, но не успела сделать и глотка чая, как в дверях появилась Наташа.
— Ксю, ну как ты? — Наташа присела рядом, изучающе глядя на меня. — Суд-то как прошёл?
Я на мгновение замерла, перед глазами всплыло изображение пустого стула, который должен был занять Павел. Как звук гудков в телефоне отдавался эхом в ушах, и как во мне кипела злость, смешанная с разочарованием.
— Он не пришёл, — выдавила я, сжимая ладони. — Просто… проигнорировал всё.
— Вот мерзавец, — зло выдохнула она. — Думаешь, специально?
Я усмехнулась безрадостно.
— Конечно. Ему плевать. Ему проще меня мучить вот так. Я только не понимаю за что он так со мной?
Наташа покачала головой и сжала мою руку:
— Всё равно ты добьёшься своего, Ксю. Это вопрос времени.
Я кивнула, но внутри всё ещё оставался неприятный осадок. Хотелось верить, что это правда.
В этот момент по громкой связи объявили, что весь персонал собирают на собрание. Пришлось снова собраться с силами.
В конференц-зале собрались все сотрудники. Главный врач, Андрей Викторович, стоял у стола, просматривая какие-то бумаги. Когда все разместились, он поднял голову и произнёс:
— У нас есть важная новость. В ближайшее время в Москве пройдёт крупная медицинская конференция. Я буду представлять нашу станцию. И со мной поедет…
Он сделал небольшую паузу, обводя взглядом собравшихся.
— Ксения Ларина.
В комнате воцарилась тишина. Я почувствовала, как все взгляды устремились на меня. Сердце замерло, а потом ухнуло вниз.
Я поеду в Москву. С Андреем Викторовичем.
Но… почему именно я?
***
Я сделала канал в ВК. Наполнение отличается от Дзена, переходите 👈
***
Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Укрощение строптивого доктора", Лия Латте ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8 | Часть 9 | Часть 10 | Часть 11
Часть 12 - продолжение