Иван Кожедуб сбил реактивный Me 262 на поршневом Ла-7. Факт задокументированный: в списке его личных побед 64 самолёта за годы войны, семнадцать из них на Ла-7, и среди этих семнадцати есть реактивный истребитель Мессершмитта. Как поршневой смог взять реактивный, объясняют характеристики Ла-7: лучшая скороподъёмность среди всех истребителей того периода. Пилот высшего класса на машине с превосходящим набором высоты мог поймать реактивный самолёт в момент, когда тот ещё только разгонялся после взлёта.
К 1944–1945 годам советская авиация воевала иначе, чем в 1941-м. И самолёты были другими.
Як-3: лучшая манёвренность и почти рекорд скорости
Работы над Як-3 начались в середине 1942 года. За основу взяли Як-1, облегчили конструкцию, уменьшили площадь крыла, улучшили аэродинамику. На фронт Як-3 вышел в середине 1944-го.
Лётчики в один голос говорили об одном: управляемость. На малых и средних высотах по манёвренности ему не было равных среди современников. Недостаток тоже был очевидным: небольшой запас топлива. Машина создавалась для боя на малом радиусе, не для дальних перелётов.
Опытный экземпляр с двигателем ВК-108 в конце 1944 года достиг 745 км/ч. Мировой рекорд скорости для поршневых самолётов, установленный в 1939 году на специальном гоночном Me 209 Мессершмитта, составлял 755 км/ч. Боевой серийный истребитель оказался в десяти километрах в час от гоночного рекорда. Это стоит оценить отдельно.
Сорок «яков» во Франции
Французский авиаполк «Нормандия - Неман» провёл последние десять месяцев войны на Як-3. По окончании боевых действий советское правительство оставило им машины. Сорок истребителей перелетели во Францию и служили в ВВС без единой катастрофы до 1956 года. Дольше, чем многие самолёты, принятые на вооружение уже после войны. Один из этих Як-3 стоит в Парижском музее авиации сейчас.
Ла-7 и смена инициативы
В то же время, что Як-3 пошёл на фронт, в авиачасти стал поступать Ла-7. Дальнейшее развитие Ла-5ФН: вес снизили, аэродинамику доработали, три синхронные пушки калибра 20 мм. На одну больше, чем у предшественника.
По скороподъёмности Ла-7 превосходил последние немецкие истребители. Это изменило тактику радикально. Раньше советские лётчики нередко уступали противнику позицию по высоте: немцы атаковали сверху и уходили. Теперь советский пилот на Ла-7 успевал занять позицию выше противника до атаки, на какой бы высоте тот ни находился. Инициатива переходила на советскую сторону. Новые машины первыми шли в гвардейские полки. На Ла-7 Кожедуб и сбил те самые 17 немецких машин.
Свободная охота над чужой территорией
К концу войны советская авиация держала господство в воздухе. Советские лётчики выходили на «свободную охоту»: искали противника сами и атаковали по собственной инициативе, без привязки к прикрытию колонн или позиций. Именно так работали немецкие асы с первых дней войны, охотились в свободном поиске, и именно этим обеспечивали результативность. Теперь та же тактика, те же принципы работали на другой стороне.
За годы войны советская авиапромышленность выпустила более 60 000 истребителей. За этой цифрой стоят эвакуированные заводы, станки на промёрзшей земле, женщины и подростки у токарных станков, хроническая нехватка металла и квалификации, и всё равно нарастающий выпуск.
Парад, который не состоялся в воздухе
На Параде Победы 24 июня 1945 года лётчики ждали в кабинах. Сигнал на взлёт не поступил: плотная облачность, нелётная погода. Воздушную часть парада отменили. Лётчики вышли из самолётов и прошли по брусчатке Красной площади в пешей колонне, под дождём. Дождь, судя по хронике, никто особенно не замечал.
Последние поршневые
Ла-9 показали публично на Тушинском авиапараде 1948 года. Цельнометаллический самолёт с крылом на ламинарных профилях: форма профиля снижает трение пограничного слоя и даёт прирост скорости без увеличения мощности двигателя, чистый аэродинамический выигрыш. Четыре двадцатитрёхмиллиметровые синхронные пушки. Впервые на отечественном серийном истребителе появилось полноценное радионавигационное оборудование: радиополукомпас и аппаратура опознавания «свой - чужой».
Ла-11, принятый на вооружение в 1947 году, нёс запас топлива на 2500 км и мог держаться в воздухе семь часов. Зачем истребителю семь часов, стало ясно быстро.
Кратчайший маршрут для ядерного удара
Во второй половине 1940-х Арктика стала зоной прямого военного расчёта. Кратчайший путь между советскими и американскими городами пролегал через Северный Ледовитый океан. Советские военные начали оборудовать ледовые аэродромы для тяжёлых бомбардировщиков. На тех же базах нужны были истребители: прикрывать аэродромы, перехватывать чужие разведчики. Ла-11 с его семичасовым ресурсом для этой задачи подходил.
8 мая 1948 года советские истребители впервые в мировой истории совершили посадку в районе Северного полюса. Машины выдержали. Люди тоже.
Где кончается поршневой двигатель
За годы войны максимальная скорость советских серийных истребителей выросла примерно на 100 км/ч. Хороший результат, и одновременно сигнал, что резерв исчерпывается. Пропеллер при определённой скорости вращения переходит в режим, близкий к звуковому барьеру, и теряет тягу. Ла-7, Як-3, Ла-9 вплотную подошли к этому пределу.
Реактивный двигатель таких ограничений не имел. Первые реактивные машины были ненадёжны, имели малый ресурс, требовали нормальных аэродромов, не ледовых площадок. Но они уже существовали, и их рабочий диапазон лежал выше того, где поршневой истребитель мог конкурировать.
Ла-9 и Ла-11 строились для задач, которые поршневая авиация ещё решала. В этом не было ничего постыдного: правильная машина для правильной задачи. Просто круг этих задач неуклонно сужался. Не потому что советские конструкторы стали работать хуже, а потому что физика двигателя не оставляла выбора.