Откровение.
После того вечера, когда на них смотрели со всех сторон, когда вспышки камер слепили глаза, а журналисты лезли с вопросами, Платон стал другим. Не с Агнией , с ней он оставался прежним, нежным и заботливым. Но внутри него опять зашевелилась тревога. Он понял: она должна знать всё. Всю правду. Какой бы горькою она ни была.
Они сидели в гостиной у камина. За окном кружил снег, январские морозы сковывали сосны. Агния пила чай с мятой, укутавшись в плед. Платон сидел напротив, в кресле, и смотрел на огонь. Молчал долго. Потом заговорил.
— Агния. Мне надо тебе рассказать. О себе. О том, что было раньше. О том, какой я на самом деле.
— Я знаю, какой ты, — тихо сказала она.
— Нет. Не знаешь, — он повернулся к ней, и глаза его были чёрными, глубокими, как колодцы. — Ты знаешь только то, что я тебе показал. Знаешь, что видишь .А есть ещё… то, что я прячу.
— Рассказывай, — она поставила чашку, села ровнее.
Платон откинулся на спинку кресла, прикрыл глаза.
— Отец начинал ещё в конце восьмидесятых. Бизнес — громко сказано. Небольшие пункты приёма металла. Полулегальные, конечно. Но жить на что-то надо было. Страна «перестраивалась», как тогда говорили. Всем стройматериалов не хватало. Люди сдавали всё, что могли. Арматуру, трубы, листы железные. Даже провода срезали . Предприятия закрывались Страна разваливалась, погружалась в хаос .Мы с отцом грузили это в старенький грузовик, возили на заводы. Я ещё пацаном был, лет четырнадцать, но помогал. Руки в мозолях, спина болит, но отец говорил: «Терпи, сын. Так надо». И я терпел. Работал. Помогал.
Агния слушала, не перебивая.
— Потом мы выкупили небольшую старую заправку. На трассе. Место хорошее, проходное. Привели ее в порядок. Открыли . Отец сделал меня своей правой рукой. Я налаживал связи с партнёрами, решал вопросы с крышей. Всякое было — стрелки, разборки. Время такое. Бизнес — это всегда грязно. Особенно в смутное время.
Он опять замолчал, провёл рукой по лицу.
— А потом отца взорвали. На его же заправке. Я приехал — одни обломки. Воронка от взрыва. И запах… гари и крови.
Агния подалась вперёд, но не коснулась его. Чувствовала — не надо. Он должен договорить.
— Я искал виновных. Бесполезно. Время смутное, всё запутано. Так и не нашёл. Но знаю — это заказ. Конкуренты. Или те, кому мы дорогу перешли.
— Платон… — прошептала она.
— Не перебивай, — он открыл глаза, посмотрел на неё. — Дальше хуже. Три года назад… я убил шестерых человек.
Агния замерла. Она знала эту историю из слухов, но слышать её от него совсем другое.
— Людьми их трудно назвать, — продолжал он. — К тому времени я уже хорошо поднялся. Бизнес расширил благодаря своей чуйке и умению вести честные дела с партнёрами. Завистников всегда было много, как и у всех. Но эти…
Он сжал подлокотники кресла, побелели костяшки.
— Мать и сестра отдыхали на даче. Я купил домик небольшой в деревне , мать захотела. Сама выбрала .Сестра к тому времени получила диплом московского вуза, вышла замуж и уехала жить за границу к мужу. В тот год она приехала погостить, соскучилась. И была беременна.
Агния ахнула, прижала ладонь ко рту.
— Я спешил к ним. Пятница, два выходных… — голос Платона дрогнул. — Я издалека увидел дым. Когда подъехал… горела трава у дома. Вокруг ходили шестеро отморозков. Дверь в дом закрыта на палку снаружи. В доме были мать и беременная сестра.
Он замолчал надолго. В камине трещали дрова, за окном шумел ветер.
— Вот и… я положил всех. Троих сразу. Трое скончались позже в больнице. Они первыми напали. Ножи, биты вилы...даже лом у обного... Спас мать и сестру из горящего дома. Вынес их на руках, одну за другой.
Агния плакала. Беззвучно, вытирая слёзы тыльной стороной ладони.
— Сестра потеряла ребёнка, — голос Платона стал чужим, безжизненным. — Она до сих пор со мной не общается. Не может простить. А я виню себя за всё. Зачем купил этот дом в глухой деревне? Почему пошёл на поводу у мамы? Почему оставил их без охраны?
— Но ты же не знал, — прошептала Агния.
— Должен был знать. Предвидеть. Я — Ветер. Я должен был думать о безопасности своих близких. Я не подумал. — Он резко поднялся, подошёл к камину, упёрся рукой в каминную полку. — Один из тех ублюдков перед смертью шепнул, что это заказ. Чтобы надавить на меня. Мстить некому , все мертвы. Вернее...заказчик хорошо спрятался. Имя я его не знаю точно, но предполагаю. Высоко сидит. Точнее его покровители. А страх остался. Навсегда.
Он повернулся к ней.
— Поэтому я боюсь за тебя, Агния. Боюсь, как никогда в жизни. Без Сергея не разрешаю выезжать с участка. Потому что если с тобой что-то случится , я не переживу. Я просто… не переживу. Понимаешь?
Агния встала, подошла к нему, обняла. Прижалась всем телом, чувствуя, как он дрожит . Этот огромный, сильный мужчина, который не боялся ни пуль, ни ножей. Сейчас он боялся. Боялся потерять её.
— Я буду осторожна, — сказала она твёрдо. — Обещаю. Буду ездить в город только с Сергеем. И с Зоей, когда она вернётся. Я не хочу, чтобы ты волновался.
— Не могу не волноваться, — он обнял её в ответ, уткнулся носом в макушку. — Ты — моё всё. Если с тобой что-то случится…
— Не случится, — перебила она. — Я сильная. И ты научил меня быть осторожной.
Они стояли так долго. Камин потрескивал, за окном мела позёмка. Агния гладила его по спине, чувствуя, как постепенно уходит напряжение.
— Спасибо, что рассказал, — прошептала она. — Я никому не скажу.
— Знаю, — ответил он. — Поэтому и сказал.
---
Зойка задерживалась в Осиновке до конца января. Приболела . То ли простудилась, то ли грипп подхватила. Агния звонила ей почти каждый день, узнавала о здоровье.
— Ты там не помри без меня, — хрипела Зойка в трубку. — Как вы там? Не поссорились?
— Нет, что ты, — улыбалась Агния, поглядывая на Платона, который работал в кабинете. — Мы привыкаем. Друг к другу.
— А он тебя всё так же таскает на руках?
— Не только на руках, — загадочно отвечала Агния и краснела.
Зойка понимающе хмыкала.
Платон предложил, когда Зойка поправится, продолжить пока работать в доме. Агнии будет веселее с подругой . А потом он подберёт ей место в городе , администратором в офис, поможет с жильём.
— Спасибо, Платон Сергеич, — сказала Зойка по телефону. — Я подумаю. Но сначала надо Агнию замуж выдать.
— Это мы уже решили, — ответил он. — Июнь. Ты будешь свидетельницей.
— Ой, — Зойка даже закашлялась. — Я согласна!
Агния хозяйничала в доме. Готовила, убирала, стирала , но теперь это не было работой. Это было заботой о нём. Она вставала рано, пекла свежие булочки к завтраку, его любимые оладьи , варила кофе. Платон спускался вниз, садился за стол, и первым делом целовал её — в щёку, в лоб, в губы. Потом ел и нахваливал.
— Ты с каждым днём готовишь всё вкуснее, — говорил он.- Я скоро стану толстым и неповоротливым.
— Это я для тебя стараюсь, — отвечала она.
Он работал много — созванивался с партнёрами, ездил в офис, подписывал бумаги. Но домой возвращался всегда к ужину. И всегда с улыбкой . Уставший, но счастливый.
— Еду к своей Веснушке, — говорил он Коляну, садясь в машину.
А она ждала. Выбегала на крыльцо, даже в мороз, даже в снегопад. Он выходил из джипа, обнимал, подхватывал на руки и нёс в дом греться.
У них был почти медовый месяц. Тихий, тёплый, без посторонних. Только они, камин, снег за окном и ёлка, которая ещё не надоела.
---
Однажды , в конце января, Агния решила: пора. Они с Платоном договорились подождать с детьми. Не сейчас , слишком много перемен, надо привыкнуть друг к другу, сыграть свадьбу. Да и не хотела она быть беременной в свадебном платье. Пусть всё будет красиво, по-человечески.
— Я хочу к врачу, — сказала она за завтраком. — Провериться. Чтобы потом, когда решим , всё было нормально.
Платон одобрил.
— Правильно. Здоровье — не шутка. Серёга отвезёт. Скажи, куда ехать. Я знаю одну хорошую клинику. Сам там регулярно прохожу осмотр.
— Я уже записалась. В хорошую клинику. В твою.- улыбнулась.
Она с Серёгем поехали в город. Клиника самая популярная в городе хоть и платная, с евроремонтом и вежливым персоналом, с новейшим оборудованием. Агния прошла всех врачей, сдала анализы — кровь, моча, мазки. УЗИ .Врачи хвалили: «Хорошее здоровье. Возраст подходящий. Единственное…»
— Что? — испугалась Агния.
— Надо немного подкорректировать гормональный фон и гемоглабин. Назначим препараты. Через пару месяцев будет идеально.
Через два дня — повторный приём у гинеколога. Та выписала рецепт, подробно объяснила, как принимать.
— Через три месяца можно планировать беременность, если захотите. Но не раньше.
Агния вышла из кабинета с рецептом в руках. Серёга ждал в машине. Она села, выдохнула.
— Всё нормально, — сказала она водителю. — Едем в аптеку , потом домой.
И давай заедем за продуктами.
Сергей кивнул.
По дороге она думала о том, как расскажет Платону. Он обрадуется, что у неё всё хорошо. А потом спросит: «Когда?» И она ответит: «После свадьбы».
А пока — блины, кофе, прогулки по лесу, его руки, его поцелуи, его голос по вечерам.
Она смотрела на кольцо на безымянном пальце — зелёный изумруд в обрамлении бриллиантов.
— Скоро ты станешь обручальным, — прошептала она. — А потом я стану Ветровой.
Она улыбнулась и убрала рецепт в сумочку. Впереди была целая жизнь.
--------
Если вам нравится моё творчество и вы хотите отблагодарить , можете сделать это с помощью донатов. Спасибо всем за дочитывания , лайки и комментарии.❤️