— Мам, привет. Срочно нужно. Тридцать тысяч, — голос Дениса в трубке был, как всегда, требовательным и не терпящим возражений.
Светлана отложила вилку, и аппетит пропал мгновенно. Она сидела в своей крохотной кухне, доедая вчерашнюю гречку.
— Деня, сынок, у меня зарплата только через неделю. Где я тебе возьму?
— Ну займи у соседки. Мне отдавать надо, проценты капают, — заныл он. — Ты же не хочешь, чтобы у меня были серьёзные неприятности? Из-за каких-то копеек!
Ей стало тяжело дышать от волнения. Конечно, не хотела. Последние три года она жила в режиме вечной экономии, штопая старые колготки и отказывая себе в самом необходимом. Всё ради Дениса. Чтобы он выкарабкался, встал на ноги, расплатился с этими ужасными долгами, в которые влез по молодости и глупости.
— Хорошо, — выдохнула она. — Я что-нибудь придумаю. Вечером переведу.
Она знала, что это «что-нибудь» означает. Она попросит аванс на работе, а оставшуюся неделю будет сидеть на одной картошке. Но это же для сына.
На следующий день, наготовив его любимых котлет, она решила завезти ему гостинец. Хоть порадуется мальчик домашней еде, а то на съёмной квартире с женой Кристиной вечно на бутербродах сидят. Она позвонила ему раз, другой — трубку никто не брал.
Поднявшись на нужный этаж в красивом новом доме, где Денис снимал «скромную двушку», она столкнулась с соседкой. Та как раз закрывала дверь своей квартиры.
— Ой, Светлана, здравствуйте! А я как раз собиралась вам звонить.
— Мне? — удивилась Светлана.
— Ну да. Денис с Кристиной буквально полчаса назад умчались в аэропорт, летят в отпуск на две недели. Сказали, что сильно опаздывают, поэтому завезти ключи вам не успевают. Попросили меня передать, чтобы вы за цветами присмотрели. Вот, держите.
Светлана растерянно взяла ключ. В отпуск? Он не сказал ни слова. Только вчера клянчил деньги на очередные платежи кредиторам.
Руки сами повернули ключ в замке. Она вошла, чтобы хотя бы поставить контейнер с котлетами в холодильник. И замерла на пороге.
Ее встретил не привычный уют бедной съемной квартиры, а блеск дорогого дизайнерского ремонта. Огромный телевизор на всю стену, белоснежный кожаный диван, кухня, сверкающая глянцем и хромом.
Её взгляд упал на стеклянный стол в центре комнаты. На нём стоял открытый ноутбук — видимо, в спешке забыли выключить. Светлана подошла ближе, просто чтобы закрыть крышку. На экране светилась страница интернет-банка. На счёте её «бедного, погрязшего в долгах» сына была сумма с шестью нулями — несколько миллионов рублей.
А рядом — окно мессенджера, небрежно брошенное поверх браузера. Сообщение от его жены, Кристины, отправленное вчера вечером:
«Дорогой, ну что, получилось? Когда эта старая клуша наконец-то освободит свою квартирку и перестанет носить нам свои жалкие копейки на «долги»? Так надоела эта комедия».
Ответ Дениса был ниже: «Получилось. Вытянул ещё тридцать тысяч на наш новый диван. Терпи, милая. Скоро её двушка тоже нашей будет, отправим её в деревню».
Светлана застыла, не отрывая взгляда от монитора. Все годы лишений, строгой экономии и материнских переживаний в один момент потеряли смысл. Дыхание перехватило, а мысли прояснились с пугающей четкостью.
В этот момент в замке провернулся ключ. Дверь распахнулась. На пороге, с загранпаспортами в руках, стояли Денис и Кристина. Очевидно, такси пришлось развернуть на полпути из-за забытых документов.
Они увидели её. Лица обоих мгновенно вытянулись от неожиданности и испуга.
— Мама? — выдавил Денис. — Ты… ты что тут делаешь?
Кристина сжала губы, процедив:
— Мы вас не ждали. Зачем вы сюда пришли?
Светлана не стала устраивать истерик. Она молча достала свой смартфон, навела камеру на экран ноутбука и сделала несколько четких снимков: банковский счет с миллионами и переписку с планами на ее жилье.
Она медленно подняла на них глаза. Взгляд её был твердым и решительным.
— Мать годами оплачивала выдуманные долги сына, пока случайно не зашла в его новую квартиру, — ровным тоном произнесла она.
Светлана убрала телефон в сумочку и направилась к выходу.
— Теперь с вашими теневыми доходами будет разбираться налоговая, сынок. Доказательства у меня есть. Посмотрим, сколько придется заплатить государству с настоящих миллионов.
Она переступила порог и закрыла за собой дверь, оставив их в полной растерянности. В квартире не прозвучало больше ни слова.
Прошло полгода. Светлана сидела в небольшом уютном кафе. Впервые за много лет она заказала себе не просто чай, а дорогой десерт и ароматный капучино. Она больше не экономила каждую копейку.
Телефон завибрировал. Звонил Денис. Она не ответила, просто смахнув уведомление. Он звонил уже сотый раз за эти месяцы. Жаловался на бесконечные проверки, заблокированные счета и то, что им с Кристиной выписали огромные штрафы за сокрытие доходов, требуя немедленно оплатить недоимки.
Светлана отложила аппарат и посмотрела в окно. На улице шёл тихий снег. Вечером ее ждала премьера в театре и новое платье, купленное без оглядки на ценник. Впервые за долгие годы она чувствовала не тяжесть на плечах, а невероятную лёгкость. Светлана вернула себе не просто деньги. Она вернула себе чувство собственного достоинства и настоящую жизнь. И это было действительно бесценно.