– Весь первый день здесь, в больнице, Костя, не переставая, рыдал , а потом вдруг замолчал. И не на что теперь не реагирует, словно замер, лежит и смотрит в потолок.
– Не беспокоитесь так о нем, когда мой отец погиб, я тоже словно заторможенный ходил, целых полгода, а потом как-то отпустило меня. Это случилось, когда осудили водителя, который его избил, будучи пьяным. Я все же потихоньку привык к мысли о том, что отца у меня уже никогда не будет. Но я тогда был уже взрослым, а Костя все-таки ребенок, маленький ребенок, – грустно сказал Тихон. Александр Андреевна написала мне и имя, и фамилию, и номер палаты, а потом еще и шоколадку для Костика передала.
– Еще раз спасибо вам, молодой человек, хорошо что остановились там, на трассе, а то бы… Ой не буду о плохом, верю, что все хорошо будет у Костика.
Дома Тихон рассказал маме и сестрам о происшествии в поездке и спросил их, что можно передать парню.
– Я хочу ему несколько игрушек купить. А что из продуктов ему можно купить представления не имею.
– Купи мальчику что-нибудь кисломолочное, можно сладкое, да и несладкое тоже можно. Выпечку какую-нибудь, яблоки и бананы, – посоветовала сыну Тамара Николаевна.
И вот накупив всякой всячины и небольшие машинки в количестве трех штук, он направился в детскую больницу, где сказал, что пришел к Константину Лавровскому. Он попросил и о том, чтобы его пустили в палату.
– А вы кто такой? – спросила медсестра, видно ей кто-то уже успел сказать, что отца у мальчишки нет. А тут вдруг какой-то дядя пришел.
Застеснявшись, Тихон, перебрав все варианты, ответил, выбрав лучший, как ему показалось:
– Я его дядя по материнской линии.
И тут, увидев торчащую из пакета машинку, медсестра смилостивилась и сказала:
– Ладно уж, проходите, только ненадолго.
И Тихон зашел в палату. Там было трое мальчишек, и он боялся не узнать мальчика, ведь там, у остановки, особенно он к нему и не приглядывался, некогда было. Но он, удивляясь самому себе, сразу его узнал, хотя все же спросил, подойдя к нему.
– Ты Костя?
– Да, – тихонько произнес тот, – а вы кто?
– Это я тебя в фельдшерский пункт привез.
– Спасибо вам дядя, а то мне все говорят, что меня чужой дядя спас, но вот только я ничего такого не помню.
И тогда Тихон рассказал ему о том, как он упал на остановке, потерял сознание, поэтому ничего и не помнит.
– Ну а потом уже появилась и Александра Андреевна, она и привела тебя в чувство. А вот теперь ты здесь. Уж тут-то тебя быстро вылечат. Да и тебе тут не скучно, сразу два друга в палате.
Тихон достал все три машинки:
– Вот, Костя, смотри, каждому как раз по машинке получилось, а потом домой их заберешь и устроишь для них гараж. Мы обычно в детстве под стулом гараж делали. А вот еще я тебе всяких вкусняшек принес, ешь сам и друзей угощай. Но, главное, выздоравливай, дружок. А я еще приду к тебе. И он обнял мальчика и похлопал по спине.
– Да слушайтесь, ребята, врача, он точно знает, как вас лечить надо. Сейчас для вас единственное правильное решение лечиться и жить дружно в палате. Игрушки вот у вас теперь есть, а просто так лежать на кровати и смотреть в потолок так себе занятие.
Он приходил к Косте часто, у Тихона хоть и были поездки в эти дни, но в пределах их области. И Костя его ждал, Тихон видел, как он улыбается ему, и был рад.
Но вот выписывать и его пока не собирались. Однажды Костя тихонько спросил у Тихона:
– Дядя Тихон, а вы не знаете, папка мой еще не приехал?
И Тихон слукавил, сказав:
– Я не знаю, малыш Он ведь приедет туда, в вашу Акулиновку. А я в городе живу.
Тихон видел, как сразу помрачнел Костя, и на глазах у него выступили слезы.
А в один из выходных день он встретился с мамой мальчика. Тихон уже знал, что ее зовут Вера Сергеевна, что она работает учительницей начальных классов. Женщина стояла в вестибюле в ожидании того, когда кто-то из медперсонала распорядится пустить их в отделение. Стояли они молча. Но, наконец, Тихон не выдержал и спросил:
– Вера Сергеевна, вы сказали Костику об отце?
– Нет, мне мама не разрешает.
– Я это уже слышал, но мама ваша не видит, как он его ждет, как волнуется, возможно, он уже думает о том, что отец вас с ним бросил. Вы представляете, что сейчас у него на душе? Да он не знает, что такое смерть. Поэтому, вероятно, фантазирует на свой лад. Но могу спорить, что он связывает его отсутствие с бабушкой. Скажите, у бабушки с вашим мужем были хорошие отношения?
– Извините, но это не ваше дело.
– Вера Сергеевна, извините, но ваш ответ красноречиво показал мне, что отношения между зятем и тещей были натянутые.
– Извините, – недовольно произнесла она, – но вас это не касается.
– Да, конечно, но действительно эти отношения уже не только меня, но и никого не касаются. Однако, я вижу, как разочарованно смотрит на меня Костя, и тогда у меня сердце кровью обливается. Ведь он ждет, до сих пор ждет отца. И я уверен, что как только его выпишут, он опять побежит на остановку. И неизвестно, что с ним может произойти в этот раз. Когда я захожу в палату, он ждет одного – что вдруг произойдет чудо, и я скажу ему, о том что папа приехал. А я молчу. Молчите и вы. И тогда мне кажется, что бабушка у него настоящая баба-яга.
– Да как вы смеете! – воскликнула Вера Сергеевна.
– Смею! Да смею, потому что я вижу в глазах Кости боль, взрослую боль, нестерпимую. Да к тому же непроходящую, а ведь он еще не совсем здоров, да и детская психика такая ранимая, уязвимая. А Костя уже столько времени испытывает стресс, ведь по-другому это страстное ожидание отца не назовешь, а стресс провоцирует появление массы заболеваний: здесь может пострадать и его психика, и сердечно-сосудистая система может дать сбой, и даже кожа может покрыться всякими болячками.
– Вот у меня соседка, молоденькая девушка, вся в прыщах. Она говорит, что это от стресса: ее родители постоянно ссорятся, каждый день выясняют отношения, а страдает она, потому что принимает все это близко к сердцу. Об этом мне моя сестренка рассказала, она учится на первом курсе медицинского колледжа, вот все это и узнала она для своей подружки в учебниках. А еще страдает у Кости и психика, и эндокринная система и обмен веществ. Это только то, что я запомнил, а там целый список, в ее учебнике. Вы подумаете над этим, но даже я замечаю, как он изменился за то время, что то находится в больнице.
– А что будет, когда Костя вернется домой? Вам, Вера, некогда, а бабушка, как я понял, ведет явно не ту политику, принося Косте только вред. Пусть я для вас стану плохим, но я все же проконсультируюсь с психологом, так как боюсь, что с такой бабушкой дело может дойти до психиатра. Неужели вы не видите с каким ожиданием он ждет от вас слов об отце. Это же надо быть совсем без сердечной, чтобы…
– Я уже нашла работу в городе, – торопливо сказала Вера Сергеевна, – осталось теперь квартиру снять, и я уеду от матери. Иначе она мне всю жизнь испортит, считая, что я должна делать то, что она прикажет. Меня Александра Андреевна давно уже гонит от нее, говорит, что мне в городе легче будет, что я почувствую там свободу и сама буду распоряжаться своей жизнью.
И она заплакала.
– Вот-вот, поплачьте и сразу легче станет, и нужные мысли в голове появятся, – с сочувствием сказал Тихон.
– Спасибо вам, Тихон, вы ангел-хранитель нашего Костика, – всхлипывая, проговорила Вера.
На следующий день он опять пришел к Косте. Тот стоял у окна, отвернувшись о ребят, и плакал, горько плакал. А потом, когда Тихон молча обнял его, Костя сказал:
– Мой папа, дядя Тихон долго болел, а потом умер, там, на Севере. А похоронили его на нашем кладбище. Когда меня выпишут мы с мамой пойдем на кладбище. Теперь я буду знать, что мой папка рядом, и я в любое время могу пойти на кладбище и поговорить с ним. Мне Александра Андреевна сказала, что он хоть и умер, но он видит меня и слышит меня, я ей верю, я только своей бабе Маше не верю, потому что она всегда меня обманывает.
Выписали Костю после майских праздников. А Тихон периодически созванивался с фельдшером из-за Акулиновки Александрой Андреевной и она сообщала ему новости про Костю.
– Лето они с мамой еще провели в селе, – говорила она Тихону, – а с сентября Вера переехала в город, и теперь работает в школе возле дома, где сняла квартиру. В эту же школу она определила и Костика. А “обиженная ими” баба Мария в одиночестве пожинает плоды своего “диктаторского режима”, который она и использовала для того, чтобы наслаждаться своей властью. У отца Веры на счету была довольно крупная сумма денег, они копили на квартиру в городе. Уж не знаю получится ли у Веры купить квартиру, ведь с матерью она поссорилась, и та вряд ли ей теперь поможет.
Мои уважаемые подписчики, благодарю вас за лайки и комментарии! Добра вам и счастья!
Предлагаю вам обратить внимание и на другие мои рассказы: