Сериал «Камелот» 2011 года от «Starz» считают одной из первых кинематографических «жертв» только что вышедшей в том же году «Игры престолов». Шоу Мартина продолжилось, а «Камелот», не выдержавший конкуренции, после первого сезона закрыли. И очень жаль, потому что лично я бы с огромным удовольствием посмотрела и дальше – хотя бы только из-за Евы Грин в роли идеально харизматичной, амбициозной и психологически сложной Морганы. А кроме нее, там еще много крутых актеров – Джозеф Файнс в роли Мерлина, Клайв Стэнден – сэр Гавейн, очень красивая Клэр Форлани («Знакомтесь, Джо Блэк») в роли Игрэйны и другие.
Как и фильм «Экскалибур», сериал основывается не на разрозненных легендах о короле Артуре и их более поздних викторианских интерпретациях, а именно на средневековом романе Томаса Мэлори. По крайней мере, так утверждали создатели, хотя по одному первому сезону у многих критиков в этом были сомнения. Визуальная концепция «Камелота» заметно отличается от эстетических канонов XV века, которые для «артурианы» задал именно Мэлори – например, мы не увидим тут тяжелых стальных лат, в которых сражался «последний король-рыцарь» Ричард III, остроконечных женских головных уборов популярной в годы Войны роз «бургундской моды», и, разумеется, средневековых нормандских замков. Нет тут и сказочного, фэнтезийного антуража того же «Экскалибура» - только суровый и довольно реалистичный V век с его темными камнями, деревом и кожей, только хардкор.
И при этом вся эта темнота и мрачность переданы необыкновенно красиво – для меня визуальное решение в этом сериале остается наиболее аутентичным, идеально соответствующим времени и духу древнего кельтского эпоса, и одновременно же самым эстетически привлекательным. Мне нравятся и костюмы, и интерьеры, и пейзажи, и то, как внешность актеров гармонично вливается в эту общую эстетику. Мы не очень много знаем о том времени, но если там действительно были короли, королевы, рыцари и маги, то пусть они выглядят примерно так.
Из-за общей темноватой эстетики некоторые рецензенты называют сериал мрачным. Но по мне, скорее, он не столько мрачен визуально, сколько тяжеловат психологически. Потому что создатели, помимо реалий V века, решили, очевидно, максимально передать и психологию людей того времени – а это как раз весьма соотносится с книгой Мэлори. Это не сказка, не легенда, не героический эпос – это дотошное исследование глубин души людей, облеченных властью, жаждущих ее, находящихся около нее, ставших жертвой ее произвола. Причем, в отличие от того же Мартина, это не просто абы какое средневековое психологическое исследование – это исследование строго в концепции «артуровского» мифа, с его основными сюжетными линиями и действующими персонажами.
Как и у Мэлори, все начинается с магии, но здесь она – не главная действующая сила и предмет упований, а всего лишь один из инструментов в общей системе политических интриг, борьбы за власть и влияние. Инструмент, прямо скажем, не всегда исчерпывающий и даже не всегда эффективный. С которым, вообще-то, для начала нужно уметь обращаться, а если не получается – лучше не прибегать к ней вовсе. Жестокость, беспринципность и прагматизм большинства персонажей здесь больше, чем у Мэлори, двигатели сюжетной линии – они практически фон, на котором и происходят все эти древние разборки. Любовь – тоже не романтика, а, скорее, бурлящие гормоны, которые способны подчинить себе даже самые светлые дружеские чувства и подростковый идеализм.
В «Смерти Артура», как и во всех других «артурианских» мифах, раннее христианство показано как «новая», «целительная» религия, идущая на смену «старой», «разрушительной» языческой магии. В сериале до Священного Грааля совсем еще далеко, а христианство пока лишь тоже инструмент для укрепления власти – формализующий и регламентирующий. И в то же время – это светлая сила, потенциально способная побеждать страхи перед «темным магией» и объединять людей под эгидой общего христианского государства, которое пытается строить Артур. Но и здесь мы еще в самом начале – магия пока сильна, а христианская концепция греха и его искупления еще неважно осмыслена и раздражает поддающихся своим слабостям людей.
Главная претензия критиков сериала обращена к выбору на роль Артура молодого Джейми Кэмпбелла Бауэра – внешне скорее толкиеновского эльфа, чем коренастого темноволосого кельта. Но мне этот выбор показался пусть и не идеальным, но довольно интересным. Юный король, только появившийся после смерти Утера его незаконнорожденный сын, как бы противопоставляется внешне остальным «темным» героям – к слову, и Гвиневра тут, в отличие от привычного канона, блондинка.
Артур-Джейми – совсем еще подросток, с характерным для его возраста бардаком в голове, нереалистичным и идеалистичным взглядом на мир и неважным пониманием того, что в своем королевстве должен делать король и какая на нем лежит ответственность. Настоящим, зрелым, мудрым королем ему еще только предстоит стать – и создатели сериала явно откладывали итог этой очень поступательной трансформации взросления на второй, а то и третий сезон. Здесь мы пока видим, как новые обстоятельства и вызовы только начинают лепить из мальчишки того самого, легендарного короля Артура, властителя Камелота и создателя Круглого стола.
А пока что все, что Артура окружает, так и иначе влияет на него и на то, каким именно он станет в будущем – и свою доли ответственности за это несут совершенно все действующие герои. Королями не рождаются – ими становятся через долгое и довольно мучительное взросление, в котором еще нужно исхитриться сохранить свои юношеские идеалы. Очень жаль, что результат этого процесса мы так и не увидели. Но зато благодаря сериалу «Очень странные дела» мы смогли увидеть Джейми Кэмпбелла Бауэра взрослым. Если бы под грузом травм и ответственности он стал не злобным Векной, а положительным, пусть и сложным персонажем, мы бы примерно понимали, какой король Артур нас ждал бы в последних сезонах «Камелота». Сильный, могущественный, властный, но бесконечно одинокий, обреченный единолично нести бремя великой силы и великого долга.