Два генерала
В этой части у нас появятся два главных действующих лица: генерал Петров, командующий Приморской армией, и генерал Манштейн, командующий 11-й армией вермахта, перед которой стоит задача захвата Крыма.
Огромную роль сыграют время и расстояние. Операции противостоящих сторон, силы которых состоят практически исключительно из пехотных подразделений, чем-то будут напоминать манёвры немецких и французских войск начального периода Первой мировой войны. Потеря темпа будет грозить разрушением замыслов. Для частей РККА это будет означать разгром, для Вермахта оперативное поражение.
Иван Ефремович Петров с 5 октября командующий Приморской армией, обороняющей Одессу. До этого он командовал 25-й Чапаевской дивизией, за плечами у генерала большой и успешный опыт боевых действий в Средней Азии против басмачей.
Его главный оппонент Эрих фон Манштейн в начале сентября назначен командующим 11 армии вермахта. Повышен с должности командующего корпусом. Автор удара немецкой армии через Арденны во Франции в 1940 году.
Контрнаступление
Итак Приморская армия оставила Одессу 16 октября. Несколько дней уходит на хаос разгрузки в Севастополе. Далее марш на север полуострова где оборону 51-й армии рвет Манштейн. Его необходимо не просто остановить, а отбросить назад, фронт стал слишком широким, велик риск его прорыва.
Первый ход делает командование Крымского фронта.
24 октября на Ишуньских позициях 95-я дивизия Приморской армии наносит удар на Воронцовку, для чего ей необходимо было пройти от Севастополя порядка 170 километров. Дефицит транспорта был огромным, так что пришлось прибегнуть к помощи тылов соседней 51-й армии. Контрнаступление идёт достаточно тяжело: противника не удаётся отбросить, тем не менее немцы тоже пребывают в неуверенности.
О ситуации 25 октября Манштейн пишет: "Казалось, что наступательный порыв войск совершенно иссяк. Командир одной из лучших дивизий уже дважды докладывал, что силы его полков на исходе. Это был час, который, пожалуй, всегда бывает в подобных сражениях, час когда решается судьба всей операции."
Но, дождавшись момента, когда контрнаступление РККА на Воронцовку окончательно выдохнется, 27 октября немцы наносят свой удар. Наши части начинают отступление, во многих случаях беспорядочное. Увидев открывшиеся перед ним возможности, Манштейн создаёт бригаду «Циглера». Это импровизация: со всей 11-й армии собирают все мобильные подразделения от частей тяжёлой зенитной артиллерии до механизированной румынской пехоты и роты полка «Бранденбург».
Манштейн делает "ход конем" парирует совместный удар Приморской и 51 армии, и сам переходит в контрнаступление, сокрушая советскую оборону, и выдвигая далеко вперед мобильную группу.
Манштейн пишет.
На правом фланге армии была брошена вперед моторизованная бригада "Циглера" с целью возможно скорее перерезать противнику путь отхода на Севастополь. Ей действительно удалось своевременно занять на этой дороге переправы через реки Альма и Кача. Разведывательный батальон 22 пд под командованием подполковника фон Боддина, входивший в состав этой бригады, прорвался через горы до южного берега в районе Ялты.
Здесь мы немного забегаем вперёд, но основной замысел понятен: отрезать отступающие части РККА от Севастополя. А Боддин окажется в Ялте... когда для немцев будет уже поздно.
Ответ Петрова
30 октября бригада "Циглера" движется в "пустом пространстве" , она занимает Саки и выходит к Бахчисараю.
Приморская армия откатывалась к Симферополю, ведя арьергардные бои.
От Воронцовки до Симферополя - 111 километров.
Тем временем пехотные дивизии по флангам, но с меньшей скоростью, идут на охват, пытаясь взять Приморскую армию в кольцо. Строго говоря, бригада "Циглера" упирается в "стену". Как подвижное подразделение она потеряла свою важность - ей больше негде было маневрировать. Более того как писал выше Манштейн группа Боддина начинает движение в сторону Южного берега Крыма по горным дорогам, где фактор ее подвижности уже не играет значительной роли.
Дальше исход битвы решает пехота, которая и у нас, и у немцев движется с примерно одинаковой скоростью, с той лишь разницей, что немецкие дивизии располагают полноценными тылами.
31 октября, находясь в 30 километрах к северу от Симферополя, в ныне исчезнувшем посёлке Экибаш (Велигино), проходит важнейший в нашей истории военный совет Приморской армии. Генерал Петров ставит главный вопрос: куда двигаться? Связь со штабом фронта в этот момент потеряна.
Первый вариант это пробиваться на Севастополь в ситуации, когда главная дорога через Бахчисарай уже фактически перерезана. Остаётся только один путь в обход - через Южный берег Крыма.
Есть у этого варианта и другие риски, от Бахчисарая (уже практически захваченного немцами) идёт горная, достаточно тяжёлая для прохождения дорога на Ялту. Противник, если ему удастся продвинуться, может рассечь отступающие части и заблокировать их на узкой прибрежной полосе (вспомним упомянутую выше в мемуарах Манштейна разведроту Боддина).
Второй вариант, в данной ситуации, реализовать проще — это отступление в сторону Керчи с последующим закреплением на Ак-Монайских позициях. Дороги пока ещё свободны.
Проблема выбора становится тем более очевидной, если взглянуть на судьбу Приморской армии, возглавляемой Петровым. Она покинула Одессу когда её оборона ещё не была сокрушена и город мог продолжать держаться, ради спасения Крыма. Отступление к Керчи по сути обесценивало бы эту жертву. Без частей Приморской армии Севастополь не мог удержаться, его сдача становилась неизбежной. Отдав Одессу, Петров мог отдать и Севастополь и весь Крым, причём практически без боя.
Выбор, по-видимому, был сделан ещё до совещания в пользу Севастополя. Движение началось той же ночью: нужно было обогнать немцев.
Петров, реагирует на риск охвата и принимает решение отступать по Южнобережному шоссе.
Дорога на Севастополь
1 ноября немцами был взят Бахчисарай, трасса Симферополь - Севастополь перерезана окончательно.
Изначально мне было достаточно сложно понять, как группа "Циглера" так легко прорвалась в Бахчисарай: раньше мне не доводилось бывать в этом городе, поскольку в Севастополь я обычно ездил через Южный берег Крыма. Так что я специально поехал через Симферополь - и вопрос о том, почему немцы так быстро продвинулись, отпал сам собой. Подъезд к Бахчисараю с севера представляет собой идеально ровную долину, где на движение почти не влияет даже качество дорог.
Тем временем армия Петрова - уже сутки, сразу после завершения совещания 31 октября, тянется к Южному берегу.
Он сделал свой ход: армия сковала пехотные дивизии противника, которые теперь увлекает за собой в направлении, противоположном от Севастополя. Манштейн распыляет свои силы.
И снова обращаю внимание на ландшафт. От Симферополя до Алушты и далее на Севастополь, вела единственная двухполосная дорога. Если до Перевального она представляет собой относительно пологий подъём, то дальше, до Алушты, солдаты шли по извилистому серпантину. По этой единственной дороге им необходимо было пройти через Байдарскую долину к Инкерману при том, что немцы на тот момент из Бахчисарая находились значительно ближе к этому "бутылочному горлышку".
Не ожидая, что Приморская армия пойдёт по обходному маршруту, Манштейн тем не менее реагирует быстро и бросает немецкие части на дороги между Бахчисараем и Алуштой. В своих мемуарах будущий маршал жалуется, что у него не было ни одного моторизованного подразделения, поэтому и пришлось формировать бригаду "Циглера". Однако в этот момент, думаю, он более всего сожалел о том, что у его армии изъяли горнострелковый корпус, который ушёл на Сталино.
Условной мобильностью в Приморской армии обладали лишь некоторые кавалерийские части. Именно они вместе с отдельными подразделениями морской пехоты и пограничных войск НКВД сковывают немцев на самом ответственном в тот момент участке фронта - дороге Бахчисарай - Ялта. Действуя зачастую разрозненно, без единого управления, они обеспечивают свободный проход Приморской армии, сдерживая продвижение немцев также и на пути к Байдарским воротам — долине, соединяющей Южный берег с Балаклавой. Если брать весь маршрут от Симферополя до Севастополя, то получалось примерно 150 километров.
2 ноября немцы уже заняли Симферополь и продолжают преследование Приморской армии.
До 9 ноября все силы Приморской армии дошли до Севастополя. После изнурительного марша они практически сразу выдвигались на оборонительные позиции вокруг города. Одновременно с ними подтягивались и преследователи. Бои за город начались практически сразу после потери Бахчисарая 1 ноября. Окончательно первый немецкий штурм Севастополя провалился 21 ноября.
Успели.
В истории с крымской одиссеей Приморской армии меня удивляет бездействие Черноморского флота. В Ялте, где был организован сборный пункт армии, имелся хороший глубоководный порт. Почему им не воспользовались для переброски сил в Севастополь? Вернее, воспользовались... Адмирал Октябрьский направил два эсминца для эвакуации подразделений морской пехоты. И всё...
А между тем директива Ставки от 7 ноября напрямую требует от командования Черноморского флота организовать и обеспечить перевозку в Севастополь и Керчь войск, отходящих к Алуште, Ялте и Судаку.
С 16 октября по 9 ноября солдаты и матросы основных сил Приморской армии пройдут примерно 431 километр и это не считая пути из Одессы.
Подчеркиваю отход столь крупного подразделения неизбежно носил хаотичный характер. Множество отрядов прорывались по многочисленным тропам и перевалам через Крымские горы, часто с боями.