Есть мнение, что стоит порассуждать о том, станут ли когда-нибудь грибы чем-то большим – с нервной системой, способностью передвигаться и охотиться. Данное мнение возникло не на пустом месте, – видения хищных растительных монстров регулярно посещают авторов произведений в жанрах фантастики и фэнтези. Достаточно вспомнить орков из вселенной Вархаммера, – они же «грибы», но с клыками и из пушек стреляют. Можно же память не напрягать, а ограничиться тем фактом, что и без всякой фантастики растения и грибы бывают хищными, и двигаться тоже, в принципе, способны. Не обязательно же двигаться с места на место. Поворот подсолнечником соцветия к солнцу – тоже движение.
...Только нервной системы у растений и грибов нет. И не будет. Потому что, конструкция тех и других в принципе не подразумевает наличия органов. Растения и грибы имеют только ткани или «части», что их возможности, даже потенциальные, ограничивает. Бегать по лесу и хватать добычу они никогда не станут, поскольку для этого именно нужны органы – мозг или хотя бы ганглий, как минимум…
Тем не менее, такой ответ никого не удовлетворит. Мало ли, органов нет сейчас. Может, потом появятся? И чем, кстати, ловушка росянки не «орган»? Чем, вообще, орган отличается от ткани или части? Кто-то потребует дать определения «органу», «ткани», «части», «растению», «дать», «грибу», «определению» и его придётся грубо посылать за всем перечисленным в поисковик Яндекса, ибо допускать сползание дискуссии в это болото категорически нельзя…
Кроме того, корректных, универсальных определений, позволяющих отличать органы от тканей, действительно не существует. Терминология в данной области больше определяется сложившейся традицией. Следовательно…
Следовательно, придётся начать сначала. С появления даже не многоклеточных, а эукариот. Ведь вопрос в комментарии изначально сформулирован неверно. Не в том он заключается, появится ли нервная система у грибов, а в том, почему она – уже – не появилась. Ведь растения, грибы и животные эволюционируют равное время – 1.7 миллиарда лет. Всё, что за это время успели животные, успели бы и растения. И раз они мозги себе не отрастили, значит, этому есть причина.
Статья об эволюции эукариот – и о новом делении живого мира на царства – уже публиковалась. Там, в принципе, получился разлапистый куст, – после анализа ДНК царств получилось много. Но рассмотрения трёх – животных, растений и грибов (в новой редакции, имеющей мало общего с прежней) – в данном контексте достаточно. Опять-таки, в данном контексте не имеет отношения к делу и раннее разделение эукариот на униконтов и биконтов, в силу которого животные и грибы – родственники, растения же сами по себе… Допустим, все – родственники.
...Итак: было у отца Асгардархея три сына. Все уже продвинутые, – с митохондриями, ядром, способностью кое-как двигаться и создавать выступы мембраны для захвата добычи. И, как водится, старший умный был детина, – ничего придумывать не стал (что там можно придумать без мозга). В поте лица ползал и жрал цианей вакуолями. Средний был и так, и сяк: ленивый. Вместо того, чтобы цианей искать и переваривать, стал их внутри себя разводить, пока они не превратились в хлоропласты… С младшим же всё предсказуемо. Решив, что «лучше быть первым в деревне, чем вторым в Риме», он отправился отжимать ниши у бактерий. Так появились животные, растения и грибы.
Чему учит эта древняя притча? Во-первых, – всё зло о того, что думать пытаются люди, к тому природой не предназначенные. Нет мозгов, – лучше и не пытайся… Во-вторых, тому, что различия между животными, растениями и грибами заложены ещё на уровне клетки, фундаментальны и заключаются в способе питания. Клетки, которым предстояло стать животными, практиковали внутреннее пищеварение, – в вакуолях. И, внезапно, до сих пор его практикуют в составе уже многоклеточных организмов. Только заглатывают не бактерий, а экзосомы.
Будущие растения – никакого пищеварения не практиковали. Усваивая из среды только свет, газы и мелкие неорганические молекулы, всё нужное они производили внутри себя. Для грибов же характерен тот же способ питания, что и для бактерий-редуцентов, – осмотрофный. Органические вещества они поглощают из раствора мембраной, частично уже переваренными, так как сами выделяют в среду разного рода химию… Картина живого мира сложнее, братьев там было десятка полтора, но прочие либо колебались, переходя от одного способа к другому (в частности, симбиоз с продуцентами с их последующей ассимиляцией в состав клетки происходил несколько раз независимо), либо совмещали, – и у всех, конечно, получалось хуже, чем у тех, кто сосредоточился на чём-то одном…
Как следствие, животные ищут пищу, для чего им требуется двигаться сквозь среду или двигать её мимо себя. Растения в движении заинтересованы мало, – для них оно не является принципиальной необходимостью. И они, на самом деле, не «хищничают», так как и клетки «хищных» растений всё равно способны усваивать только продукты конечного разложения органики, – углекислый газ, воду и минеральные вещества. Росянки лишь принимают меры, чтобы эти продукты бодрее образовывались.
Грибы же переваривают пищу снаружи клеток. Это не создаёт предпосылок для активного движения, которое лишь увеличит потери «пищеварительных соков». Да и вообще, – третий брат дурак был. Всё получилось, как он задумал. Грибы единственные многоклеточные организмы, занимающиеся редукцией, – конкурируют с ними только бактерии… Потому что эта ниша малоприбыльна и даром никому не нужна. Кто-то в природе должен этим заниматься, но характер деятельности таков, что усложнение сулит минимум преимуществ… даже в конкуренции с бактериями.
Если сформулировать проще, то за 1.7 миллиардов лет растения и грибы не обзавелись нервной системой, поскольку избрали способ питания, предъявляющий меньшие требования к сложности строения. Да и даже при самых безумных допущениях эволюционный путь в направлении развития подвижности, поиска пищи и охоты для них закрыт наглухо уже сотни миллионов лет. Ибо есть животные, справляющиеся с этим лучше.
Равным образом и животным закрыт путь в продуценты. Даже предку всех эукариот тут ничего не светило, – поезд ушёл, попытка изобретать велосипед и конкурировать с прошаренными цианеями имела бы результат предсказуемый, так что, эукариоты лишь вступали в симбиоз с организмами уже владеющими самими продвинутыми техниками фотосинтеза. Следуя данной логике и растения, решая проблему полового размножения и расселения (для этого двигаться нужно), предпочли вступить в симбиоз с животными, ноги и крылья уже имеющими.