Продолжение. С самого начала 1-ю главу смотрите ТУТ.
ГЛАВА 35. БЕЗОБИДНЫЕ ИЗДЕРЖКИ ПАРТПОЛИТРАБОТЫ, КОТОРЫЕ СПРОВОЦИРОВАЛИ ОЧЕРЕДНОЙ СКАНДАЛ.
ИТАК, ПРОДОЛЖАЕМ то, на чём остановились в главе 34. В 4-м отсеке на стенку присобачили нашу хулиганскую фотогазету (которую, кстати, замполит утвердил). Народ смотрел и ухохатывался. А потом подвалил старпом. Стоит, подёргивается от избытка чувств, рассматривает. А мы с Буховым следим за ним через открытый люк из центрального. Старпомовский интерес к фотогазете понятный: он там себя ищет, Бухов же его красиво "взял на мушку" в ночной кают-компании за тайной трапезой. Но зря ищет. Нет его там, к нашему сожалению. Замполит не разрешил вешать туда фото со старпомовским ночным перекусом.
Мы все: я, Бухов, Быстров и даже матрос Сёмкин сожалели, ведь то уникальное фото было как бы гвоздём программы. По большому счёту, из-за этих нелепых фотографий и сама газета задумана, как мы считали. Но не замполит. Товарищ замполит, увидев нашу грусть-печаль, сам пришёл на помощь:
- Выпустим, - говорит, - старпомовские фото отдельной "Молнией", и повесим её в нашей кают-компании.
Днём в подводном положении я отдыхаю в каюте механика. Проснулся, смотрю по часам - обед уже проспал. Ну да ладно, не беда. Хотел дальше спать, когда вдруг вахтенный стучит в дверь:
- Товарищ лейтенант, вас старпом в центральный вызывает.
Ага, понятно. Увидел старпом - нет его изображений в той скандальной газете. Сразу в себя поверил, крылья за спиной выросли. Решил пойти в наступление, потому что это лучший вид обороны. И первое - надо зачинщиков-активистов выдрать, как собак. С Бухова взятки гладки, он крепкий орешек, его голыми руками не возьмёшь. А вот с двух лейтенантов я шкуру сдеру - так, наверное считал наш продуманный старпом. И тогда для меня всё становится вполне предсказуемо: сейчас, наверное, начнётся промывание мозгов. Надо идти на "казнь".
В центральном - Быстров, он вахтенный офицер. Стоит, но почему? Прохожу дальше - ах, вот оно что. Перед ним восседает старпом, в труселях, голые ноги раскорячил, типа я барин, а вы мои крепостные крестьяне. Да, ну и психология у чувака... Усы топорщатся, как у кота. Сейчас будет с "мышами" играться.
- Станьте рядом с Быстровым, - тихо и умиротворённо говорит мне старпом.
Стал и стою, как пень. И вот старпом начинает вправлять нам мозги. Газету обсир...т, ругает по-всякому наш труд. Но как-то спокойно, цивилизованно, без стандартных диких криков. Нормальным человеческим голосом разговаривает, это уже плюс. Все обитатели центрального поста это тоже слышат, и им уже становится неинтересно. Всё потому, что как-то тихо, пресно, без матюков. Шоу сегодня точно не ожидается. Быстров тихо стоит, хвост поджал. А я так не могу - я же не бессловесный баран, мне надо как-то свою позицию обозначать. Быстров дёргает меня за рукав и тихо шепчет:
- Стой и молчи.
- На кого ваша компания работала? - с тихой, плохо замаскированной злобой возмущается Логвин. - Зэков налепили полную газету! Вот вы лично кто: комсомолец? Коммунист?
Логвин глядит на меня - значит, это мне вопрос. Хочу ответить на пустую бескислородную риторику, но Быстров меня всё треплет за рукав, как гусь траву на огороде - призывает к полному и беспрекословному бараньему молчанию. Но я же пока ещё не баран (только козёл отпущения). Несмотря на то, что старпом очень сильно хочет, чтобы я стал этим бараном. Старпом не ждёт ответ, он ему точно не нужен! Он просто тихо выносит нам мозги в форме тупого монолога. Я никак не могу согласиться с таким вот "бараньим" форматом и превращаю старпомовский монолог в двусторонний диалог:
- Во-первых, не зэков. Вы же читали общий подзаголовок с юморным подтекстом? Во-вторых, людям понравилось, их настроение улучшилось, боевой дух поднялся. Это что - хуже, чем было до? Вы же тоже очень юморной товарищ, даже мичман Бухов так считает, судя по сделанным им вашим фоткам в ночной кают-компании. И в-третьих: коммунист я или комсомолец - это не имеет вообще никакого значения.
- Это вы так считаете, что не имеет значения!! - при упоминании фамилии Бухова и после моего прозрачного намёка на ночную трапезу в кают-компании старпом начал повышать градус риторики. - Сразу видно, какой вы комсомолец! И я очень сожалею, что вы не коммунист! С каким удовольствием мы вкатили бы вам строгача по партийной линии! - Логвин аж глаза кверху закатил, представив этот партийно-политический кайф.
- "С каким наслажденьем жандармской кастой я был бы исхлёстан и рАспят"... - мне в этот момент вспомнились строчки Маяковского, и я их процитировал.
Это "Стихи о советском паспорте", которые мы когда-то учили в школе. Старпома эти строчки почему-то сразу взбесили. Здесь стало всё ясно, он, видимо, не учил в школе эти стихи на уроках литературы - потому что искренне и возмущённо закричал:
- И у вас ещё хватает совести меня с жандармом сравнивать! Вы совсем политический нюх потеряли, товарищ лейтенант! Сразу видно, какой вы комсомолец! У вас ничего не осталось от комсомольца, если вы такие газеты выпускаете и о жандармах вслух говорите! Знаете, где во время войны находились такие "комсомольцы", как вы?
- Я догадываюсь, что вы имеете в виду, товарищ капитан 3 ранга. А я вот думаю иначе. На том самом месте, которое вы мне приписываете, во время войны обычно кучкуются такие мужички, как вы. История это уже доказала.
- Лейтенант!!! Вы слишком много рассуждаете! - наконец, не выдержав этой глупой полемики, взорвался Логвин. Все в ЦП тут же оживились (как же, ожидаемый концерт всё же начался). - Ваше пребывание в комсомоле - большая ошибка! А про партию и думать забудьте! Пока я здесь - вам в партии не бывать! Там вам делать нечего!
- Это не вам решать, - сказал я как можно мягче, при этом ехидно улыбаясь. - Это я лично с Начальником Политотдела порешаю.
Сказал - и пожалел. В голову пришла глупость и сразу оказалась на моём языке. Какой ещё НачПо? Я его и в глаза не видел. Короче, я и сам малость прих...л от того, что ляпнул. На какой-то момент вдруг затих и мой грозный оппонент, он тоже переваривал услышанное. А переварив, выдал своё самое лучшее и коронное резюме, которым он всегда заканчивал скандалы:
- Идите к себе в отсек и наведите там порядок!
Я открыл рот, чтобы что-то сказать о порядке в моём отсеке по сравнению со старпомовской каютой (что вот только недавно слышал от великого Бухова), но механик, находившийся тут же на вахте, поморщился и махнул рукой:
- Ой, иди... иди... Спокойно посидеть не дадут.
Я повернулся, чтобы покинуть "поле битвы", но тут...
- А вы останьтесь! - крикнул Логвин.
Что это: "постой там - иди сюда"? Совсем чокнулся наш крикливый старпом? Но нет, с ним всё в порядке, это, оказывается, не мне. Это Быстрову.
- Так я же и так здесь на вахте, товарищ капитан 3 ранга, - растерянно и деликатно объясняется Быстров. - Мне еще 2 часа здесь оставаться.
Народ в ЦП слегка оживился: как же, старпом сам себя задрюкал, пытаясь "лечить" лейтенантов. За...б зашёл ему в голову, вот он и забыл, что Быстров вахтенный офицер. А я пошёл в 6-й отсек "наводить порядок", как завещал мне старпом.
А как его "навести" тут, в нашем отсеке? Электротехнический и жилой отсек, тут по нашим меркам и так порядок. Мичман Фёдоров - аккуратист, специалист 1 класса, отличник БП и ПП, к тому же непьющий. Я взглянул ещё раз - да порядок у нас тут образцовый, не считая изнуряющую жару, разъедающие глаза пары турбинного масла и запах горячей резины. Посмотрел температуру - 57 градусов - она немного упала после ночной зарядки. Работают бортовые моторы, мы хотим побыстрее удалиться из этого опасного района. Взял ПУАБ-64 и лёг в койку. Надо сначала "навести порядок" в своей голове, чем я и занялся.
Конечно, какое тут чтение ПУАБа - мысли совсем о другом. О партии. После старпомовской лекции вдруг очень чётко прорисовалась идея, что в партии мне делать абсолютно нечего. Хотя бы потому, чтобы не пересекаться там со злым товарищем по партии - нашим старпомом. Какая же глупость была в голове днями раньше: подать заявление о приёме в партию в самый трудный и ответственный момент, под водой. Как в войну перед боем наши бойцы это делали: "Считайте меня коммунистом!" Ага! Посчитал уже старпом.
Верно учил мудрый Бухов: "Ко всем взысканиям добавится партийное, самое тяжёлое... которое закроет тебе дальнейшую карьеру... будут драть тебя, как сидорову козу..." Предупреждал ведь, умная голова... Верно ведь: старпом и так дерёт почти каждый день в хвост и в гриву по дисциплинарной линии. Я его чисто по-человечески понимаю, просто он хочет приручить молодого лейтенанта, сделать мягким и податливым, как глина. И бессловесным, как тот же Быстров. Ведь "короля играет его окружение". А мне такая роль не нравится. Конечно, это немного меня забавляет, да ещё не даёт расслабляться в тяжёлой 2х-сменке, но только это единственный плюс.
А как с таким багажом идти в партию? Там меня старпом на раз сделает врагом народа. Нет, на этом - всё! Прощай, любимая партия! Ты всегда была для меня путеводной звездой. Пока не познакомился с Буховым - с одной стороны, и с Логвиным - с другой стороны. Каждый из них в отдельности, а по сути - они вместе удержали меня от скоропалительного решения.
Кстати, неисповедимы пути судьбы нашей - в партии я всё-таки оказался. Так же хотел подавать заявление "перед боем", а получилось... совсем наоборот, ну точно, далеко не "перед боем". А как это бывает в реальной жизни. Почитайте, ни дать, ни взять - это АНЕКДОТ.
... МЫ ОПЯТЬ НАВЕРХУ, и вот ещё одна ночь почти на исходе. Мы скоро будем погружаться. Этой ночью судьба подарила нам лучший подарок из всех возможных: "Орионов" близко не было замечено. Те, что летают немного севернее - они не в счёт. Наш разведчик слышит их радиопереговоры. Никого они пока не нашли. Значит, мы не зря мучаемся в этой непереносимой обычными людьми жаре. Не поймал нас "Орион", когда мы выполняли своё задание. Или ещё не выполнили? Этого я не знаю. Наверное, не знает и мичман Бухов. Штурмана я тоже об этом ещё не спрашивал.
А сам штурман говорит, что ещё недавно мы находились в очень благоприятном месте. Под водой мы останавливали двигатель экономхода и ложились на "жидкий грунт". Течение не просто тащило нашу лодку в нужном нам направлении. Оно одновременно удаляло нас от привычно набитых маршрутов противолодочных самолетов "Орион". Природа, везение и точный штурманский расчёт? Или что-то ещё?
Ещё в 4 утра, когда Быстров сменился с вахты, он извлёк из рубки торпедного электрика так называемую "Молнию", это скандальное приложение к фотогазете. Вот она, крутая и выразительная работа нашего товарища Бухова (Фото на заставке главы 29)! Общий заголовок: "Когда на лодке все спят...". И два сильных фото. На одной - испуганный человечек, вырванный из полной тьмы буховской фотовспышкой, с зажатым в ладони кусочком сыра. На другом фото - он же, но уже со злобным взглядом, размахивающий руками. И юморные подписи под этими нелепыми фигурками. Держи удар, злой старпом! Мы с Быстровым ночью зашли в кают-компанию и прилепили к переборке наше творение.
Утром на завтраке офицеры появлялись по одному (проблема со стаканами), но, увидев фото, задерживались - повторно как бы гоняли чаи, дожидаясь старпома, чтобы посмотреть его реакцию. Становилось весело. Но потом как-то слегка замялся замполит, видимо, предчувствуя неадекватную старпомовскую реакцию. А я просёк мятущееся сознание нашего политического Бога и быстро сказал:
- Мы на серьезном задании - и вот какой боевой настрой у наших офицеров! Сразу видно, что партполитработа на лодке на высоте! - и показал рукой в сторону старпомовских карикатур.
Замполит улыбнулся, но ничего не сказал. "Молния" осталась висеть на месте.
И тут в кают-компанию вошёл наш командир Юрий Иванович...
Следующая глава ЗДЕСЬ.
Начало смотрите ТУТ.
Подписаться можно ЗДЕСЬ.