* НАЧАЛО ПЕРВОЙ ЧАСТИ ЗДЕСЬ
* НАЧАЛО ВТОРОЙ ЧАСТИ ЗДЕСЬ
Глава 64.
Куприян упал на что-то мягкое и открыв глаза понял, что упал он на дерево, которое росло на скале, наклонившись над обрывом. Дерево чудом цеплялось за скалу мощными корнями, по его стволу вились те самые растения, которые увивали весь Кряж своими зелёными зарослями. Вот они-то и приняли Куприяна в свои зелёные объятия.
Куприян стал выбираться на скалу с этой мягкой подушки, углядев на скале большой выступ. Он прижимал к себе Дар, боясь выронить его из рук, потому что лёд таял от горячих Куприяновых ладоней. Оказавшись на выступе скалы, Куприян перевёл дух и уселся на камень.
Позади него, на скале под занавесью зелёных ветвей, виднелась небольшая пещера, и Куприян решил, как только уймётся в его руках дрожь и ноги перестанут быть ватными после этого падения, он осмотрит пещеру и скалу… как-то ведь нужно спуститься вниз!
Да, Ялеть обещала открыть путь, но…, наверное, у неё что-то не получилось, Путь не открылся, или сам Куприян… оказался уже не тем, для кого откроется Перекрёсток миров. Значит, нужно будет снова идти через Пустошь, чтобы вернуться тем же путём, которым они с Анютой пришли в этот мир.
То, что время уходит, и на путь через Пустошь времени нет, он не успеет… об этом Куприян старался не думать! Сейчас его беспокоили две вещи! Анюта… хорошо, что она осталась на Кряже, может быть Ялеть защитит её от того, что грядёт!
Но страшно было другое… в руках Куприяна таяло то, что он добыл на Иволгином Кряже! Он положил Дар на холодный камень и в отчаянии смотрел, как по серому камню бегут ручейки талой воды. Совсем скоро останется на камне только маленький жёлтый цветочек, который был заключён в ледяной плен… Нет у него, у Куприяна, оружия против Шестокрыла и против Ивара! И весь этот путь, тяжелый и длинный, отнявший у них всё время, оставшееся до того, как рухнет Обережница, вся эта дорога была для них с Анютой напрасной.
Куприян нахмурил брови и не стал дальше смотреть, как тает лёд. Сейчас он немного отдышится и снова отправится на Кряж! Отыщет ступени, дойдёт до арки и… снова добудет то, что должно остановить Шестокрыл!
А пока сидел Куприян, привалившись спиной к корням растущего на скале дерева, спасшего его от падения, на самой вершине Иволгина Кряжа в оцепенении стояли четверо.
- Ты погубила его! – закричала Лимия и взмахнув коротким клинком, кинулась к Ялети, - Ты с самого начала желала его смерти!
Карсай закрыл Ялеть собой, выбив из руки сестры клинок и оттолкнув Лимию в сторону. Та упала, но тут же вскочила на ноги, и теперь неистовая её злоба обернулась против Анны.
- Ты! А ты чего глаза вытаращила! Может никакая ты и не Светлоокая?! Почему не увидела того, что с ним случилось! Или… увидела?!
Ялеть молчала и смотрела на Анну, Карсай же теперь не знал, что делать, как укрыть от разъярённой сестры и Ялеть, и дорогую сердцу Анюту.
- Он… жив? – помертвевшими губами спросила Анюта у Ялети, на всё происходящее вокруг неё она и не смотрела.
- Я не знаю, - покачала головой Ялеть, - Мне не открылось… Идём обратно в дом, Анна, видать такая тебе судьба назначена, остаться здесь, на Иволгином Кряже. Прими долю свою без ропота, видать назначена ты Карсаю в жены, и мне в помощницы!
- Ты знала всё! Карсай, ты что смотришь! – страшно кричала Лимия, снова пытаясь добраться до родной тётки, - Они обе черны сердцами! А эта… она не Светлоокая, она подлая, из рода людского, вся черна изнутри!
- Идём со мной, - Карсай протянул Анне руку, при том не спуская глаз с сестры, - Я не дам тебя в обиду, и сам никогда не обижу! И… принуждать и неволить не стану! Постой… ты куда?!
Анна, казалось, не слушала никого, и ни на кого не глядела. Ни на бледную от бушующей злобы Лимию, ни Ялеть, которая и бровью не повела… видать уж в который раз она глядела на то, как летит с вершины Кряжа человек, подобно Иволге… да только не дано человеку вверх лететь, один у него путь, вниз, на камни, которые и не видать с вершины, укрытой облаками.
Не глядела она и на Карсая, который теперь протягивал ей руку и глядел с надеждой, пряча в глазах тайную радость от того, что нет у него теперь соперника. Видела Анна, словно бы все помыслы Карсая явились ей как на ладони… В этот миг раскрылся в ней великий Дар последней Ведуницы из Рода Светлооких.
- Нет нам с тобой судьбы, - сказала Анна, глядя Карсаю в глаза, - И как ты теперь думаешь, так у нас не сладится. Ни через год, ни через век я не позабуду Куприяна, тщетны такие твои помыслы. Ищи свою судьбу, а я свою уже нашла…
Анна глянула на Ялеть, потом на Карсая, едва заметно кивнула Лимии, и шагнула туда, к самому краю… хрустела под ногами заиндевелая трава, покачивали своими жёлтыми шапочками цветы мать-и-мачехи.
Раскинув руки, отпустила Анна из-под ног ту шаткую тропу, похожую на летящую иволгу, закрыла глаза, и плывущие под вершиной Кряжа облака скрыли её летящую вниз фигурку.
А тем временем на уступе скалы, где росло спасительное дерево, поднялся на ноги Куприян, только было шаг сделал, чтобы пойти и ступени наверх отыскать, с горечью посмотрел на камень, где растаял лёд, и остался там только увядший жёлтый цветочек.
Мягко приняло спасительное дерево и Анюту, вздрогнул Куприян, похолодела у него душа, когда понял он, кто барахтается теперь в густой кроне, нависшей над пропастью.
- Анюта! – закричал он и кинулся к девушке, - Как ты… почему ты тут?!
- Я… я… за тобой, - Анюта часто дышала и протянула руки к Куприяну, - Ты сам цел? Не поранился?
- Нет, нет, что ты! Как ты… зачем ты… Надо было оставаться у Ялети! Ох, как подумаю… что с тобой могло статься!
Оба не могли и слова вымолвить от того, что бередило душу. Обнялись молча, затихли в объятиях друг друга, понимая, может быть и не доведётся больше…
- Лёд растаял, - сказал Куприян, когда немного унялась дрожь, - И цветок завял… не далось нам то, зачем пришли… И Путь не открылся. Теперь один у нас путь – идти обратно через Пажитину Пустошь и уповать на то, что Ермил вместе с Белугиным и Ларионом смогут открыть нам обратный ход, если хватит у них на это сил. А дальше…
Где-то рядом затрещало, мягкий желтоватый свет, похожий на закатное солнце, протянулся по выступу на скале, его лучи подступили к самым ногам Куприяна и Анюты. Занавесь зелёных ветвей, закрывающая вход в пещеру, вдруг шевельнулась и отодвинулась, в проёме показалась Ялеть.
Она улыбалась мудрой своей улыбкой и поманила их к себе:
- Я не могу открывать такие Пути, они открываются сами, только тем, кто достоин. Ступайте, ваше время здесь истекло, а там, где вас ждут, всё только начинается. Ваша судьба сокрыта от меня, и потому я стану просить за вас ежедневно, пусть даруется вам лёгкая стезя… Ступайте домой, вас там ждут, и не забывайте то, что нашли вы здесь, на Иволгином Кряже. Вот, это мой вам Дар! Не встанет Пятый круг, выстоит Куприянова Обережница, и сгинет Шестокрыл. Это я видела, потому – вот, то, что не куёт кузнец, но оно крепко… хоть иногда и плачет. И оно хранит цветок, который люди мать-и-мачехой прозвали
Ялеть протянула маленький прозрачный шар, он был не больше девичьего кулачка, а внутри сиял он – маленький жёлтый цветок, похожий на солнышко. Куприян взял Дар, на ощупь шар был прохладным, но не таким, как тот, ледяной, который достался ему и после растаял на камне.
- В этом мой Дар, и мне самой он открывается лишь в третий раз за все времена, что я живу, - сказала Ялеть и тронула Куприяна за руку, - Береги её. Она – последняя из Великого Рода. Всё ступайте, теперь пора.
Свет стал белым и полностью затопил пещеру, кругом трещали камни, и у Куприяна согрелось сердце – так трещали углы Лавки, когда появлялся из своей обители Ермил… или когда приходил своим Путём Григорий Белугин, верный его товарищ!
- Спасибо тебе, Ялеть! Пусть Свет тебя не оставит! – крикнула Анюта, увлекаемая Куприяном туда, где сияло пуще всего.
Последнее, что увидела Анюта, прежде чем закрылся этот Путь, это была Лимия, вбегающая в пещеру. Она была в неистовстве, рука её сжимала короткий кинжал так, что лезвие поранило её же руку, кровь капала с клинка на пыльную землю. Черная дымка окутывала всю фигуру Лимии, она тоже выбрала свой путь.
Раздался щелчок, и путь на Иволгин Кряж закрылся. Пропала Ялеть, стоявшая у входа сложив руки на груди, и зелёная занавесь, укрывшая ход, и облака, лёгкими паутинками скользящие мимо Кряжа.
Куприян огляделся и понял – они с Анютой стоят на крыльце, под вывеской «Книжная Лавъка Куприяна Рукавишникова». Теперь вечереет, солнце садится в кроваво-красные облака на западе, а в витринное окно Лавки Куприян увидел подскочившего со скамьи Ермила. Он увидел их и теперь радостно кричал что-то Григорию, сидевшему у камина. Оба они кинулись отпирать дверь долгожданным путникам, вернувшимся домой.
Продолжение здесь.
Дорогие Друзья, рассказ публикуется по будним дням, в субботу и воскресенье главы не выходят.
Все текстовые материалы канала "Сказы старого мельника" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 2026