Виктор проснулся от шума в сенях. Словно там играли ребятишки, звуки негромкие, но в тишине ночи раздавались отчётливо. Почему-то не испугался, возможно, выпитое с вечера спиртное придавало ему храбрости. Встал с кровати и пошёл посмотреть на источник шума. В свете луны, проникавшей через небольшое окошко, промелькнули две тени, напоминающие ребятишек в длинных рубашонках. Виктор нашарил рукой выключатель, загорелась тусклая лампочка.
"Показалось,"- выдохнул он. Однако, из-под крышки большого сундука торчал уголок тряпицы.
"Наверное, когда разбирал вещи днём сложил всё неаккуратно. А, точно, я же руку поранил об этот сундук до крови,"- Виктор вспомнил, что кровью испачкал даже какие-то старые игрушки, которые начал перебирать, но так и не перебрал, сложил все обратно. Голова гудела, дома казалось душно, вышел на воздух. Опять померещились две детские фигурки, бегущие в сад. Личики, ладошки, рубашки у них тёмные, словно перемазанные в саже. Чумазики, так их сразу окрестил Виктор, скрылись за стволами двух старых яблонь, сросшихся между собой. Когда-то под ними стоял стол со скамейкой, там любили проводить время его бабушки сестры-близнецы Аня и Маня. Родной, маминой мамой, была Аня, но мужчина никогда не разделял родственниц. Две бабушки, и всё тут. После гибели сына из-за пожара в казарме баба Маня переехала к сестре, потерявшей незадолго до этого тяжело болевшую дочь, так и воспитывали внука вдвоём. Отец Вити завёл другую семью, ещё пока жена была жива и пыталась бороться с онкологией.
В голове прояснилось. Дышать стало легче, замёрз, тепло дома показалось заманчивым, да и чумазики вроде сбежали. Виктор вернулся и провалился в сон.
*
- Мама, мама, я яблоко в старом валенке нашёл, в сенях!- счастливый Ванятка вбежал в горницу, где мама причёсывала Алёнку.
- Вот так чудеса, почти до апреля сохранилось целёхонькое, - мама улыбнулась, - давай-ка поделись с сестрёнкой находкой.
- Мама, что это за червяки тут? - Алёнка скривилась и протянула свою половинку матери.
- Глупенькая, это не червяки, это семена проросли, давай вынем тихонечко, потом посадите с Ваняткой в саду, вырастут у вас свои яблони.
Чуть погодя в этот же день Ванятка пыхтел, пытаясь отколупать ямку в промерзшей земле. Алёнка капризничала:
- Я хочу вместе с тобой росточек положить.
- Алёнка, им же тесно будет расти, я тебе вон там, подальше выкопаю.
Сестрёнка упёрлась, и брат сдался. Притащил светлый камень, положил рядом с местом, где были прикопаны росточки.
- Не примутся, наверное, в мёрзлой земле-то, - это качал головой отец, подошедший посмотреть на затею детей.
*
Виктор снова очнулся, понимая что этот сон не совсем сон, это прошлое его семьи. Что-то бабушки рассказывали ему про те яблони, про тех малышей, которые приходились им братиком и сестрёнкой.
Наутро приехала жена Валентина. Помочь собрать поминальный обед по бабушке Мане на сорок дней. Отстранённо-деловитая, неприступная. Распоряжалась, командовала, организовывала, Виктор выполнял. На помощь пришли соседки. Как всегда, не стесняясь, «по-свойски», начали расспрашивать. И про то, почему детей до сих пор нет, и почему Виктор с похорон второй бабушки так и остался в деревне, почему не работает. Так и вытянули-вызнали, что забеременеть у Вали пока не получалось. И что предприятие, где работал Витя, развалилось, и он остался без работы, поэтому пока здесь, всё ждёт вакансию, обещанную одним приятелем. А у Вали, наоборот, хобби превратилось в прибыльный бизнес, у неё теперь свой косметический салон. Ещё и новенький автомобиль алого цвета. Соседки шушукались, одна, улучив момент, стыдила, поучала и стращала Виктора, что скоро ещё и без жены останется. Да что говорить, он и сам это понимал...
- Посуду мыть не буду, перчаток тут нет, - сказала Валентина, когда все соседи, друзья и знакомые бабушки разошлись по домам.
- Да, конечно, я сам помою. Но ты сегодня, надеюсь, в город не поедешь, тут переночуешь?
- Останусь, уговорили же твои соседки на свою рябиновую, теперь за руль мне нельзя, - хмыкнула Валентина.
Чуть позже Виктор нашёл Валю в сенях у старого сундука, часть игрушек была на полу. Жена плакала. Показала ему глубокую царапину на ладони.
- Ох, хотел же зашлифовать, не думал, что туда заглянешь, сейчас принесу что-нибудь из аптечки.
- Я кукол твоих бабушек заляпала кровью...
- Этих тёмненьких? - заулыбался Витя, - на них всё равно не видно. Я сам тоже на днях такую же рану заполучил.
Он показал заживающую полосу на своей руке.
Спать легли порознь, Валя отказалась вместе. Витя, сам не понимая зачем, перед сном вышел в сени и положил горсть конфет на сундук. Ночью Валя пришла к мужу в кровать:
- Вить, я боюсь, там кто-то шумит в сенях и шуршит, как будто дети играют и фантиками шуршат.
- Не бойся, это чумазики, они хорошие.
Виктор прижал к себе Валю крепко, и дальше они уже никого кроме друг друга не слышали. Потом крепко уснули.
*
Ранняя осень, бабье лето. Ванятка с Алёнкой носятся в догонялки вокруг новенькой скамейки со столом. Там сидят мать с отцом. Мама счастливо смеётся:
- Яблоньки-то от горшка два вершка, а ты уж под них целое сооружение построил!
- А вот не увидишь, как вымахают, будешь потом в тени отдыхать,- отвечал довольный отец
- Да разве ж мне есть время, когда отдыхать! - всплеснула руками мама.
*
На следующий день снова поругались. На вопрос, долго ли собирается отсиживаться в бабушкином доме и пить, о последнем соседки вчера донесли, Виктор мямлил, снова повторял, что ждёт, когда друг позвонит насчёт предложения о работе.
- Я подаю на развод. Пока, счастливо оставаться,- с этими словами Валентина уехала.
Пока ещё супруг, затопив печь перед сном, открыл бутылку: "Надо отметить будущий статус..." В сенях что-то громыхнуло, раздался громкий топот детских ножек.
- А ну тихо там! - зло прикрикнул мужчина. Громкие звуки стихли, слышался только шёпот.
Ночью Виктор пытался проснуться, кто-то больно щипал маленькими пальчиками за щёки, поднимал веки, тянул за руки, стаскивал одеяло. Никак не мог очнуться, голова словно свинцом налилась. Только отчаянный детский плач на чуток прояснил мысли: "Печь, задвижка..." С огромным трудом поднялся, не понимая, куда идти. Кто-то маленький потянул его к выходу. Слава богу, оказался на воздухе...
Виктора вырвало, стало полегче, но сил всё равно не было. Сидел на крыльце, дышал, пока совсем не замёрз. Потом вернулся в дом, оделся, открыл все окна и снова провалился в сон...
*
Ванятка как заполошный забежал в дом, не отдышавшись толком, закричал:
- Мама! Там! Папка! Совсем пьяный по улице идёт! Надо уходить скорее, где Алёнка?
Мама, придерживая большой живот одной рукой, второй закладывала дрова в печь.
- Ох, как всё не вовремя... Алёнка в сенях играет. Сейчас соберемся, у соседей пересидим.
Брат уже тащил плачущую сестру:
- Некогда мам, бежим так, он уже близко.
Алёнка запнулась о порог, упала, закричав от боли и обиды. Потом, когда спускались с крыльца, снова упала. Мама уже двумя руками хваталась за низ живота, не бежала, шла на полусогнутых. Ванятка, увидев отчаяние на лице матери, крикнул:
- Мама, беги одна, мы с Алёнкой под крыльцом спрячемся.
Мама уходила через огород, оглядывалась, видела как сын сначала протискивает через отодвинутую доску сбоку от крыльца сестрёнку, а потом прячется сам, задвигая щель за собой. Остановилась, спрятавшись за кустами, пережидая схватку, перед тем, как идти дальше. Отец уже ввалился в калитку, затем, протопав по крыльцу, вошёл в дом. Орал, громыхал, швырял и ругался. Но на поиски не вышёл, вскоре в доме стало тихо.
Дети выбрались из-под крыльца. Алёнка хныкала, она очень замёрзла. Решили идти в дом, раз отец утихомирился, значит, и мама вскоре должна была вернуться. Там было тепло, даже жарко, он храпел, раскинувшись на кровати. Алёнка и Ванятка улеглись рядом и, согреваясь, уснули...
*
Виктор очнулся, пронзила мысль: "Как же так, а их кто спасёт? Печь, угли... Задвижка... Эх, не спасли ведь..."
В доме проветрилось, он встал, закрыл окна, закутался, снова лёг.
***
***
Молодая женщина шила куклу, иногда покачивая большую колыбель с двумя младенцами, в которой уже лежала одна готовая куколка. Плакала горько, тихонько напевала:
Куклы тряпочные, берегинюшки светлые!
Для деток сшитые мамой любящей!
Вам даю свои наказы заветные
Защищать от зла и бед губящих.
Пусть дорожки деточек будут лёгкими,
А печали-невзгоды далёкими.
Берегите, защищайте
И в обиду не давайте
Дочку Анечку,
Дочку Манечку.
*
Утром Виктор вылил всё спиртное в раковину. Пошёл к соседу, который обещал устроить его на лесопилку подсобным рабочим.
Вечером отшлифовал края сундука. Перебрал игрушки. Достал двух кукол, которые сшила прабабушка. Вспомнилось, как баба Аня и он маленький стояли в приёмной больничного корпуса. Бабушка плакала и умоляла передать куклу дочери, чтоб та была с ней во время операции.
- Это ведь обережная кукла, мама моя шила, она поможет...
- Не положено! Придумали грязь всякую тащить. Заберите, а то там выкинут и не посмотрят!
Вспомнилось, и как плакала по сыну баба Маня, причитая и прижимая куклу к груди. "Эх, да разве ж он взял бы с собой в армию игрушку. А вдруг уберегла бы..."
Начал работать, время понеслось быстро. Из города по поводу вакансии пока так и не было ответа. Молчала и Валентина по поводу развода. Но однажды, когда Виктор в очередной раз позвонил ей, сообщила:
- Завтра приеду.
Ну, вот и всё... Сердце куда-то ухнуло. Виктор как следует прибрался в доме, накупил продуктов, готовился к встрече. Валентина, когда приехала, в дом сразу не пошла, потянула мужа в сад. Там и в самом деле было необычайно красиво: одновременно зацвели яблони, вишни и сливы. Большим белым гудящим облаком в центре сада стояли две обнявшиеся стволами яблони. Валя обернулась к Вите:
- Вон там поставишь скамейку со столиком. Сможешь?
- Да уж на это сгожусь, наверное, - растерялся от неожиданного вопроса муж.
- Да и не только на это,- Валя счастливо засмеялась и приложила его руку к своему животу. Тихо шепнула:
- Двойня...
Ночью Витя не мог уснуть, голова кружилась от волнения, счастья, гордости и новых тревог... Чумазики вели себя тихо, только шептались и шуршали фантиками в сенях. Мужчина вышел в сад, две полупрозрачные фигурки сегодня почему-то в ослепительно белых рубашечках бежали впереди. К яблоням.
Налетел ветер, закружились белые лепестки, спрятали малышей, и затерялись навсегда их белые рубашонки среди цветущих деревьев.
На написание истории снова сподвигла Серенький Волчок своими милыми сущностями
Автор: Пушистый Хвост
Источник: https://litclubbs.ru/articles/74501-chumaziki.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: