* НАЧАЛО ПЕРВОЙ ЧАСТИ ЗДЕСЬ
* НАЧАЛО ВТОРОЙ ЧАСТИ ЗДЕСЬ
Глава 63.
Проснулся Куприян ни свет, ни заря, солнце ещё даже не вызолотило самые верхушки деревьев, растущих на Иволгином Кряже. Голова его была светлой и лёгкой, усталости он не чувствовал, словно и не было этой долгой дороги, и всех испытаний на Пажитиной Пустоши.
Куприян собрался, одежда его была чистой и приятно пахла чем-то душистым, похожем на хвою и цветы. Ялеть подарила ему новую рубашку, вышитую по вороту тонким зелёным узором, похожим на те зелёные плети, увившие Кряж. Перевязь с клинками он привёл в должный вид сам, проверил лезвия, клинки оказались наточены чьей-то умелой рукой.
- Проснулся? – в двери показался Карсай, и к удивлению Куприяна, лицо его было сегодня иным… приветливым и добрым что ли, - А я… почти и не спал сегодня.
- А я спал так крепко, ничего не чуял. Карсай… послушай, ты на меня зла не держи. Может статься, сегодня мы с тобой расстанемся и не доведётся больше свидеться. Ежели чем тебя обидел – ты прости. Не все люди плохие, есть среди нас и хорошие, и не мало. Может и тебе ещё доведётся встретить хороших людей.
- И ты зла не помни, - Карсай хлопнул Куприяна по плечу, - Верно ты сказал, есть изъяны и у нас, Черногривых Кастов… только я про это позабыл. Послушай, я что хочу сказать…
Карсай обернулся, закрыл дверь, чтобы никто их разговор не услышал, потом снова подошёл к сидевшему на кровати Куприяну.
- Я вот что решил… как Ялеть откроет Путь, я пойду с вами. Нет, ты не думай, я не… это не из-за Анны. Я понял, она сделала выбор, и выбрала тебя. Что ж, видать так назначено! Но я… понимаешь, я тоже хочу с вами победить Шестокрыл! Хочу помочь изжить этого Ивара!
- Ялеть не дала тебе дозволения, - сказал Куприян тихо, - А она ведает Времена, и тебе нужно послушать её. Вдруг тебя там ждёт погибель?
- Ты пойми, - Карсай хоть и нахмурился, но старался быть терпеливым, - Всё, что я здесь делаю, это… этого мало! Я хочу помогать, сделать что-то такое, что поможет, а не просто ходить дозором по тропам Небесного леса! И даже если я погибну, пусть это будет так, в битве, а не поскользнувшись на камнях или замёрзнув на перевале через Белые Холмы!
- Если Ялеть сказала, значит ты нужен здесь. Нужен своему Роду, своему Миру. Вот и мы с Анютой пошли сюда вовсе не из праздности и желания поглядеть, что тут и как. Нужда заставила! Страшная беда пришла в наш Мир, хотя многие в нём пока и не знают о ней… только чувствуют, но не видят, как укрывает город чёрный Шестокрыл, и как приходят с ним беды, одна за одной. Думают – просто такие времена настали… может и времена, а вот только не сами по себе они приходят. Ты, Карсай, вот что… я тебе не указчик и не судья, и какое ты решение примешь – я тебе товарищем буду, что бы ты сам не решил.
Карсай задумчиво смотрел на Куприяна, и в его глазах можно было многое прочесть. И сомнение, он думал, может Куприян ему таковой ответ дал потому, что открылся Карсай про Анну… в том, что желает её больше жизни, и на всё готов ради этого. И дума, что всё же слова Куприяна справедливы… зло заглядывает во все миры, стоит только кому по злобе или недомыслию окошко приоткрыть. И если такая напасть случится в его мире, кто встанет на защиту, когда каждый меч может решающим стать…
Много чего разом передумал в ту минуту Карсай, глядя, как светлеет за окном, вот-вот прольются на Кряж и дом в лощине золотые солнечные лучи…
- Куприян, ты собрался? – в дверь заглянула Анюта, и увидев Карсая, чуть смутилась.
Она была одета и собрана в путь, за плечами висел мешок и арбалет, на поясе появился небольшой нож в шитых ножнах – подарок Ялети. Голубая рубашка, тоже подаренная хозяйкой этого удивительного дома, была Анюте так к лицу, что оба парня в миг забыли, о чём сейчас беседовали, и залюбовались девушкой.
- Да, я собрался, - кивнул Куприян, - Пора идти.
Они вышли на двор, Ялеть ждала их и тоже была одета в удобную для короткого похода одежду. Она смотрела на самую вершину Иволгиного Кряжа, пока ещё там не появилось золотой рассветной шапки, но нужно было спешить.
- Идёмте, задерживаться нельзя, - сказала она, - Как только солнце согреет вершину кряжа, то, что вы ищете, исчезнет.
- Я иду с ними, - сказал Карсай, не глядя на Ялеть, он был хмур, собран, и явно ждал, что Ялеть станет его останавливать, но та лишь едва приметно пожала плечами и улыбнулась.
Тропа на вершину Кряжа вела из самой лощины по скале, мимо источника, его холодные струи бежали вниз по камням, прохладная водяная пыль освежала идущих по скалистой тропе. Куприян подумал, а где же Лимия… может быть, отправилась обратно, в своё селение, или осталась в доме Ялети… не вышла попрощаться, видать сердита на них, хотя вроде бы и не за что ей обижаться. Ну, её дело, вздохнул Куприян, кто знает, что там у человека на душе, ему самому с этим жить, так и Лимии, самой справляться с тем, что в сердце хранит.
Чем выше они поднимались от лощины, тем становилось холоднее. Вершина кряжа не была покрыта снегом, как Белые Холмы, но их дыхание касалось и этих мест. Зелёная трава хрустела под ногами, на ветках кустарника белел иней, а от жаркого дыхания путников поднимался пар.
Куприяну было легко идти, он поспевал за скорыми шагами Ялети, та шла привычной тропой, зная тут каждый камешек. За ней шла Анюта, придерживая свой мешок, который теперь стал увесист, видать не только нож в красивых ножнах Ялеть девушке подарила.
А вот Карсаю, который шагал позади Куприяна, дорога снова давалась тяжело. Он хрипло дышал, то и дело останавливался, чтобы успокоить дыхание и часто бьющееся сердце. Но не отступал, шел, стараясь не отстать от Куприяна.
- Давай помогу, дай мне мешок и перевязь, - тихо сказал ему Куприян, когда Карсай снова остановился, и в этот раз даже опустился на колено, чтобы отдышаться.
- Нет! Я сам! – прохрипел было Карсай, потом… вроде бы что-то припомнил и кивнул, отдал Куприяну заплечный мешок, - Спасибо тебе, Куприян… спасибо… друг.
Куприян удивился. Не словам Карсая, а тому, что мешок его был вовсе лёгким… что же делало его дорогу такой трудной, подумал он, и подал руку Карсаю, помогая подняться. Думал, не примет Карсай помощи человека, но тот ухватился за руку и встал. Они заспешили, стараясь догнать ушедших вперёд Ялеть и Анюту.
- Спасибо тебе, - повторил Карсай, его лицо стало не таким бледным, и дышать ему было теперь легче, - Вроде бы ничего я лишнего в мешок не клал, а теперь не в пример легче мне идти…
Куприян подумал, вроде бы ему понятно, какую тяжесть нёс на своих плечах Карсай, о ней Ялеть говорила, да тот видать не услышал, или не принял. Теперь не без мешка ему идти легче, другую «ношу» он в себе переборол.
Небо светлело, розовой нитью занималась на востоке заря, и чем выше на Кряж поднимались путники, тем шире открывался перед ними сей мир. Куприян завороженно смотрел, как клубится зелёный туман там, над Пажитиной Пустошью, а дальше, за нею, белеют вершины Великих Белых Холмов, которые скрыли за собой Небесный Лес и поселения людей и Черногривых Кастов. Там, где белели Великие Холмы, над перевалом ещё висела странного цвета луна, совсем не такая, как дома…
Сердце дрогнуло, и Куприян прибавил ход, как там Ермил, и Григорий Белугин с семьёй своей, и Ларион, Белый Волк, умеющий даже через Перекрёстки отдавать свою силу, помогавшую Куприяну пройти Пустошь, когда отчаяние почти целиком затопило его душу. Нужно спешить! Все в опасности, живые, и дорогие ему Души, и Лавка…
- Ну, вот мы и пришли, - сказала Ялеть, и простёрла рукой.
Перед путниками открылась вершина Иволгина Кряжа, и теперь Куприян понял, почему он так называется. Самый край Кряжа нависал над остальным миром в виде птицы, раскинувшей крылья и парившей в набегающих на вершину облаках.
- А вон то, что ты ищешь, - Ялеть указала Куприяну на «голову птицы».
На самом краю Кряжа росли цветы мать-и-мачехи, маленькие жёлтые цветы, и сейчас, когда солнце ещё не согрело вершину Кряжа, каждый цветок был словно заключён в ледяной ларец. Только вот добыть его… тонкой нитью протянулась вперёд «голова» Иволгина Кряжа. Так тонка эта дорога, что ступит на неё только отчаянный, и… готовый не вернуться обратно.
- Не ходи туда! – раздался вдруг крик, Куприян обернулся и увидел Лимию, она вышла из зарослей невысокого кустарника, в руке у неё был тонкий клинок, им она указала на Ялеть, - Не тебя первого она туда отправляет, обещая открыть путь к желанному! И кости их внизу лежат, я сама видела! Не ходи, ты погибнешь!
- Путь к желанному не я открываю, не в моей это власти, - тихо сказала Ялеть, - Я лишь указать могу тропу а Путь… сам он откроет, только его душа ведает, что ему желаннее всего.
- Лимия… говорит правду? – спросила Анюта, вовсе глаза глядя на Ялеть, - И ты… погубила тех людей, кто к тебе приходил?!
- Ко мне за разной надобностью идут, - кивнула Ялеть и повела рукой, показывая, что растёт на вершине Иволгина Кряжа, - Кому красноцвет нужен, чтобы всё золото сквозь твердь земную узреть, кому гори-траву подавай, чтобы полюбил его тот, кому не суждено… Я веду сюда, как назначено - вон он, красноцвет, в силу входит, а гори-трава на скале завивается. А чему дальше быть – мне исправить не надо.
- Не ходи, Куприян! – крикнула Лимия, она была бледна, глаза её зло сверкали, - Они обе… и Ялеть, и Светлоокая, сами туда шагу не ступят, а ты… Не ходи!
Куприян стоял на самом краю, мимо вершины скользили белые облака, и казалось, что это они сами плывут в этом белом море, а корабль их – это каменная птица, простёршая крылья в полёте.
Он шагнул вперёд, не давая себе разувериться, шаг, ещё шаг, тонкая тропка под ним чуть шелестела… вот и цветок в ледяном ларце, только руку протяни… Взял его Куприян, протянул руку и ухватил холодный ларчик, а в нём желтый цветок, и тут же почуял, как хрустнуло что-то под ногами, исчезла тропа, и полетел он вниз, прямо через белые облака, прижимая к груди холодный ларчик, который кузнец не ковал, но он был крепок…
Продолжение здесь.
Дорогие Друзья, рассказ публикуется по будним дням, в субботу и воскресенье главы не выходят.
Все текстовые материалы канала "Сказы старого мельника" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 2026