А вот ещё был случай, но с начала начнём рассказ. На Кипре есть одно село, Эритра, недалеко от града Константии (который прежде Саламином звался) и был столичным городом и главным.
Вы читаете продолжение нового перевода Жития Святителя Спиридона Тримифунтского. Перевод выполнен по изданию: Ἅγιος Συμεὼν ὁ Μεταφραστής, Βίος τοῦ Ἁγίου Σπυρίδωνος τοῦ Τριμυθοῦντος, Patrologia Graeca, τ. 116, στ. 438, 1864. Готовится к изданию
Эритра эта от столицы отстояла на тридцать стадий (где-то в часе ходу). И вот Святитель Спиридон однажды пришел в Эритру по делам церковным. Придя туда, зашел он помолиться в храм сельский. Был там местный дьякон и попросил его Святой быстрее отслужить вечерню - не нараспев, а просто, обиходом. Не то чтоб не любил Святитель пенья протяжного и праздничного. Но было лето (тем, кто бывал на Кипре, объяснять не надо - там летом жарко, словно хлебу в печке), святитель долго шёл под кипрским солнцем и выбился из сил, да был не молод и чувствовал себя уже неважно. И праздника там не было в помине - обычный будний летний день, в зените солнце, а в деревне церковь, куда зашёл Святитель поклониться.
Однако дьякон очень был упрямый: он всё наоборот старался делать - излишне медленно, невыносимо громко. Пел самые тягучьи песнопенья, вытягивал все возгласы чрез меры, и, в общем, красовался каждым звуком, чтоб показать, какой он голосистый. Ох, как же выступал он!.. Словно пава. Труба - не человек!.. Казалось дьякону, он голосом добьется в глазах Святого похвалы и славы.
Тогда Святой - кротчайший по природе, взглянул со строгостью невиданной доселе на дьякона и повелел: “А ну-ка!.. Немедля замолчи!..” И вот дела: на полуслове дьякон, протяжно выводивший трубны звуки, осёкся, замолчал, как будто кляпом невидимым уста его закрылись и прервалась стихира на мгновенье, которую он пел. Но Спиридон Святой, без книг, на память, прекрасно зная всё богослуженье, смиренно, получтеньем-полупеньем с того же места завершил стихиру, которую не смог закончить дьякон.
Когда же завершилась Божья служба, тотчас тщеславный дьякон голосистый, лишившийся вдруг голоса, подходит к святому Спиридону со слезами, и жестами, с мольбою показывая пальцами на горло, вернуть способность извлеченья звуков святителя сердечно умоляет. Вот жизнь какая штука, право слово: лишь потщеславишься, что громче, благозвучней, талантливей других - как раз! - а вдруг и нету - ни голоса, ни звука, ни таланта. Куда девались, по какой причине? Бог весть Один.
Все бывшие на службе не на шутку испугались, что дьякон стал немым!.. Родных его немедля известили, те - в храм бегом и вскоре вся деревня вокруг Святого собралась в церковных стенах - одни проверить, правда ль онемел их дьякон, другие же, рыдая, умоляли Спиридона вернуть тщеславцу голос. Родня же дьякона всех громче голосила, чтобы простил Святой ему тщеславье и помолился б Богу, чтоб прощенье диакону немедля даровалось за самолюбие и чванное величье и развязался бы язык его как прежде.
И что б вы думали: что делает Святитель? Конечно, жаль ему тщеславца было и сердце не железное имея, сочувствовал его он наказанью. Однако, Дух Святый открыл Святому, что дьякона тщеславная наклонность не быстро исцелится и не сразу, но требуется время, чтобы немощь духовная его вернулась в здравье.
Поэтому златую середину избрал Святой. Вернув тщеславцу голос, он возвратил ему возможность изъясняться, читать, негромко петь смиренно - но не с гордынею, без чванства, без надрыва. Наш дьякон стал немного заикаться и разговаривал с какою-то задержкой, а трубный глас его исчез - как не был, не стало с тем причин и для тщеславья.
Так воспитал диакона Святитель и научил не возноситься звуком тщеславным, громогласным и певучим. Тщеславиться и зазнаваться голосами никак не подобает христианам.
Продолжение следует. Подписывайтесь, чтобы не пропустить.
Наши книги на Вайлдберриз
Наши книги на Озон
Электронные и аудио книги святого Паисия Святогорца на Литрес
