Матрена уехала, а я осталась одна на своём чердаке.
— Мама, что у вас происходит? — зашла ко мне Катя, неся поднос с чашками с чаем.
Я вздохнула, принимая поднос. Катя села напротив, глядя на меня внимательно, по-взрослому.
— Садись, — сказала я, ставя чашки на стол. — Разговор серьёзный будет.
Она села, сложила руки на коленях, как в детстве, когда ждала, что я начну рассказывать сказку. Только сейчас это была не сказка.
— Помнишь Лену? Ту девушку, которая у нас жила?
— Конечно. А что с ней?
— Ничего. С ней всё хорошо. Кроме продуктов, она ещё привезла коробку с книгами, старыми, ценными. И они привлекли внимание людей, которым такие книги нужны. В общем, и мы с Матреной им тоже зачем-то понадобились.
Катя нахмурилась.
— Опасные люди?
— Не знаю, опасные или нет, — честно ответила я. — Но они уже приходили. Один раз — к Матрене. Второй раз — сюда, под видом Матрены.
Катя с испугом на меня посмотрела.
— Это та, что была вчера? Та, которая пирожки приносила?
— Да. Это была не бабушка Матрена, а кто-то, кто умеет менять обличье. Они хотели забрать книги, — кивнула я.
— Но не забрали?
— Не забрали. Я почуяла неладное, хотя и поздно, после того как она уехала. Но книги остались здесь. Хотя лже-Матрена усиленно предлагала их ей отдать.
— Мне тоже показалось, что что-то было не так у бабушки, да и Коловерши не было, а обычно он ее никогда не оставляет. Да и к нам он привык и не стесняется, — задумчиво проговорила дочь.
— Вот и меня это насторожило, но только после того, как она уехала.
Катя помолчала, потом спросила:
— И что теперь? Они вернутся?
— Наверное. Поэтому мы с Матреной усилили защиту. Исмаил с Прошкой будут следить. Шелби — тоже. Но ты должна знать и быть осторожной.
— Я поняла, — сказала Катя. — Ты хотела, чтобы мы уехали?
— Хотела, но потом передумала. Вы здесь в безопасности. И я хочу, чтобы ты знала: если что-то пойдёт не так, ты зовёшь меня, или Исмаила, или Шелби, или Прошку. Только ради бога, никакой самодеятельности, а то вдруг разнесёшь мне полдома.
— Это было всего один раз, — хмыкнула Катя. — Теперь я научилась себя контролировать. А если они снова прикинутся кем-то из наших?
Я улыбнулась. Катя мыслила правильно.
— Теперь мы поставили защиту, которая таких обманщиков распознаёт, я на это надеюсь. Но если сомневаешься — спроси что-нибудь, чего чужой знать не может: про меня, про семью, про нашу жизнь.
Катя кивнула, потом спросила:
— А книги? Они правда такие ценные?
Я посмотрела на полку, где стояла коробка, запечатанная воском и косой.
— Не знаю, — честно ответила я. — Может быть, да. А может быть, в них то, что нужно только мне. Но отдавать их чужим я не собираюсь.
— Правильно, — согласилась Катя. — Нечего раздавать наше имущество.
Она допила чай, встала и, уже уходя, обернулась:
— Мама, ты только будь осторожна.
— Постараюсь, — пообещала я.
— И если помощь какая нужна, то я всегда готова. Можно разнести их осиное гнездо так, как мы в прошлый раз с некромантами сделали.
— Да, это было эпично, — усмехнулась я. — Ладно, разберёмся. Спасибо, Катюшка.
Она ушла, а я осталась сидеть, глядя на коробку. Моя дочь выросла. Она не испугалась, не запаниковала — просто приняла то, что я ей сказала, и сделала выводы. Это было и радостно, и немного страшно. Потому что теперь я знала — если что, она будет со мной.
Я встала, подошла к коробке, провела рукой по застывшему воску. Моя печать была на месте, и коса, и защита Шелби. Всё работало. Значит, пока мы в безопасности. Я взяла коробку и отнесла её в потайную комнату от чужих глаз подальше.
Только вышла из неё, как рядом возник Шелби. Как обычно, безупречно одет в шелковую чёрную пижаму и сеточку на голове.
— Выяснила, что это за крендели были? — поинтересовался он.
— Угу, да толку-то от этого, — вздохнула я. — Никто нам адрес не дал, списков тоже, так, общие сведения, ничего особенного. Как ты думаешь, их вообще найти можно? Например, с твоей помощью?
— Если бы я мог, то бы уже нашёл. Я же уже их искал, на них стоит защита, закрывает от всякого глаза, — покачал он головой.
— А если я попробую?
— Как? — Шелби с усмешкой на меня посмотрел. — Ты думаешь, тебе удастся через их защиту пробиться? Я не смог, а у тебя получится?
— Я попробую поискать их не как ведьма, а как жнец.
— Хочешь зайти в тени? — он нахмурился.
Я вздохнула.
— А что мне остаётся? Ждать, пока они снова явятся? В следующий раз могут быть не такими безобидными.
— Безобидными? — Шелби усмехнулся. — Они выкрали Матрену, обвели меня и Исмаила, проникли в твой дом под чужой личиной, чуть не забрали твои книги. Безобидными их не назовёшь.
— Но и не убили никого, — возразила я. — Значит, им нужно что-то другое, не кровь, не жертвы, а информация. Или эти книги. Или я. Не знаю. Но если я смогу их найти раньше, чем они решат действовать более жёстко, мы сможем перехватить инициативу.
Шелби задумался. Сеточка на его голове чуть сбилась, он поправил её, потом посмотрел на меня долгим взглядом.
— Тени — это не просто место, Агнета. Это пространство между мирами. Там нет времени, нет правил, как у живых. Там всё иначе. И если ты зайдёшь туда неготовой — можешь не вернуться.
— Не забывай, кто я, — напомнила я.
— Но ты ещё живая, — проговорил он.
— Но я жнец, — улыбнулась я. — И потом, у меня есть ты. Ты же не дашь мне пропасть?
Шелби покачал головой.
— Не дам, — сказал он. — Но сначала — подготовка. Просто так в тени не ныряют. Нужно время, нужны знаки, нужна защита.
— Сколько времени?
— До ночи. Сейчас солнце, тени слабые, границы плотные. А ночью — другое дело. Ты сможешь войти и выйти, если я буду рядом.
— А ты сможешь войти?
— Я могу быть твоей тенью. Идти следом, но не вмешиваться, пока не понадобится. Это рискованно, но другого способа нет.
— Но жнецы заходят в тени в любое время суток, им не важно, день или ночь. Люди умирают круглосуточно.
— Но ты человек, Агнета, хоть тебя и наделили полномочиями жнеца, не забывай этого, — Шелби явно был не рад моей идеи. — Так что придётся делать так, как я скажу.
Я кивнула. До ночи было ещё несколько часов.
— Тогда готовимся, — сказала я.
Шелби исчез, чтобы через минуту вернуться с пучком сухих трав и чёрной свечой.
— Это для начала. Почисти пространство, поставь защиту, — велел он и снова испарился.
Я зажгла свечу, рассыпала травы по углам, прошептала нужные слова. Пространство вокруг сгустилось, стало плотнее, будто кто-то невидимый закрыл нас от всего лишнего.
После этого занялась своими обычными домашними делами. Не заметила, как пролетело время. Дом погрузился в сон, а я направилась к себе на чердак. Через пару минут в кабинете появился Шелби.
— Ты готова? — спросил он.
— Я не знаю, что делать, — честно призналась я.
— Во-первых, тебе нужно стать жнецом, а во-вторых, настроиться на вход в тени, — сказал он.
— Ага, стать жнецом, — кивнула я.
Достала из кармана брелок и развернула косу. Она в моей руке привычно потяжелела, лезвие тускло блеснуло в свете свечи. Я провела пальцами по холодному металлу, чувствуя, как по руке разливается знакомая, чуть щиплющая энергия. И стала сама меняться. В одно мгновение я превратилась в жнеца — женщину с лицом-маской Санта Муэрте.
— Закрой глаза, — сказал Шелби.
Я послушалась.
— Вспомни тот момент, когда ты впервые почувствовала себя жнецом, той, кто провожает души, той, кто видит грань.
Вспомнила, как носилась с чужой косой по дому Мары и отбивалась от всякой нечисти.
— Чувствую, — сказала я.
— Теперь открой глаза, но не смотри на мир, как смотришь обычно. Смотри, как жнец.
Я выдохнула, расслабила плечи, отпустила мысли. Свеча на столе мерцала, отбрасывая тени на стены. В комнате пахло травами и воском.
— А теперь, — голос Шелби был уже рядом, — представь, что ты стоишь на пороге. Дверь приоткрыта. Ты не знаешь, что там, но тебе не страшно.
Я представила. Тёмный проём, за которым угадывается что-то большое, бесконечное. Ни страха, ни волнения — только спокойное любопытство.
— Входи, — сказал Шелби.
Я шагнула, и мир перевернулся. Я стояла посреди серой пустоты. Ни неба, ни земли — только туман, стелющийся под ногами, и тишина, такая полная, что звенело в ушах.
— Шелби? — позвала я.
— Я здесь, — ответил он, и его голос прозвучал сразу со всех сторон. — Не бойся, иди. Ты ищешь след.
Сделала шаг, другой. Под ногами не было ничего, но я шла, будто по плотной поверхности. Туман расступался передо мной, смыкаясь за спиной. В нём всё время происходило какое-то движение, кто-то сновал туда-сюда, шептался. Вдруг передо мной возникла огромная тёмная фигура.
— Здесь не место для живых! — прогрохотал он и с силой ударил меня в грудь.
Меня пронзила дикая боль, дыхание перехватило, а перед глазами всё почернело.
Автор Потапова Евгения
Глава, с которой появился в книге Шелби: