— Ошибаешься, — Алексей брезгливо отстранился от ее протянутых рук и невозмутимо посмотрел на нее сверху вниз. — Суд вынес окончательное решение. Я приехал сюда с одной-единственной целью. При переезде я забыл старинные часы моего отца. Верни их сейчас же, и мы больше никогда в жизни не увидимся.
Надежда в глазах женщины сменилась хитрым, маслянистым блеском. Она поняла свое шаткое положение, но не собиралась сдаваться без последнего боя.
— Они лежат в моей комнате, — Вероника перевела дыхание и указала на темные окна первого этажа. — На улице жуткий мороз, пойдем внутрь. Я отдам тебе эту вещь и с радостью предложу чашечку горячего чая.
Алексей нехотя пошевелил головой утвердительно и последовал за бывшей женой в темный, пропахший кошками подъезд. Вероника открыла хлипкую деревянную дверь своим ключом и щелкнула выключателем. Комната поражала своими крошечными размерами и глубокой убогостью. Желтые обои местами отходили от стен, с потолка свисала одинокая лампочка без плафона, а в воздухе висел стойкий запах старого жира и сырости. В углу сиротливо стоял продавленный диван, заваленный мятой одеждой. Контраст с ее прошлой роскошной жизнью резал глаза.
Вероника заперла замок изнутри, сбросила пальто и вдруг шагнула к Алексею вплотную. Она попыталась обнять его за шею и прижаться всем телом к его теплому пальто.
— Посмотри, в каких чудовищных условиях я теперь живу, — зашептала она плачущим, умоляющим голосом. — Меня окружают пьяницы и тараканы. Я сижу за кассой по двенадцать часов кряду! У меня немеет спина, и я постоянно выслушиваю оскорбления покупателей! Спаси меня, Леша! Забери меня отсюда! Я согласна жить с твоей матерью! Я буду мыть полы и стирать твое белье! Умоляю тебя, прости меня!
Мужчина не дрогнул. Он брезгливо оторвал ее руки от своей шеи и отодвинул молодую женщину в сторону. В его груди не шевельнулось ни капли жалости.
— Твои слезы фальшивы, Вероника. Ты жалеешь исключительно о потере моего кошелька, а не о разрушенной семье. Не трать мое время, давай часы.
Лицо бывшей жены мгновенно исказилось от дикой злобы. Унизительная мольба не сработала, и она перешла к откровенному шантажу.
— Часы твоего папаши? — Вероника пренебрежительно скривила тонкие губы и скрестила руки на груди. — А ты не думал, где я возьму деньги на ремонт той гнилой колымаги, которую ты благородно всучил мне сегодня в суде? Эта сломанная машина сожрет мои последние копейки на автосервисе! Я сдала твои драгоценные часики в ближайший ломбард еще на прошлой неделе! Мне не на что покупать еду! Ты сам загнал меня в этот угол своей жестокостью!
Алексей прекрасно изучил все повадки этой лживой натуры за двенадцать долгих лет. Мужчина спокойно достал из кармана мобильный телефон и открыл экран набора номера.
— Ты лжешь, — голос бывшего мужа прозвучал тихо, но удивительно серьезно. — Ты слишком труслива для кражи и продажи чужих фамильных ценностей без моего ведома. Ты хорошо понимаешь ответственность за присвоение чужого имущества. Если часы прямо сейчас не окажутся в моих руках, я моментально вызываю наряд полиции. Они с удовольствием перевернут эту конуру вверх дном. У тебя есть ровно десять секунд на размышление.
Вероника побледнела как полотно. Ее нижняя губа нервно задрожала. Бескомпромиссная угроза сработала безотказно. Женщина метнулась к старому советскому комоду, с силой выдвинула скрипучий ящик и достала небольшую картонную коробочку. Она молча протянула ее Алексею. Ее руки заметно тряслись от бессильной ярости.
Мужчина открыл крышку, проверил сохранность старинного циферблата и бережно опустил семейную реликвию во внутренний карман.
— Прощай, — коротко бросил он, повернулся спиной и щелкнул дверным замком.
— Ты сгниешь в одиночестве со своей безумной мамашей! — истерично закричала Вероника ему вслед. — Ты приползешь ко мне на коленях!
Алексей вышел на заснеженную улицу и полной грудью вдохнул ледяной воздух. Дверь обшарпанного подъезда с грохотом захлопнулась за его спиной. Крик бывшей жены навсегда остался в ее личном зловонном кошмаре. Огромный камень окончательно свалился с плеч тридцатилетнего мужчины.
Через час он повернул ключ в замке старой, уютной квартиры в центре города. Валентина Михайловна ждала сына на теплой кухне. На столе дымился свежий яблочный пирог с корицей, а в чашках из тонкого фарфора с кобальтовой сеткой остывал ароматный чай. Алексей снял пальто, подошел к матери и крепко обнял ее за плечи.
— Я забрал часы отца, мама, — тихо произнес он и опустился на деревянный стул. — Все закончилось. Мы полностью свободны от прошлого.
Старые каминные часы в гостиной мерно отсчитывали секунды нового времени. Впереди лежал чистый лист судьбы, и теперь Алексей уверенно держал штурвал от своей жизни в собственных руках.
Ранняя московская весна уверенно вступала в город вместо долгой снежной зимы. Мартовское солнце щедро заливало золотым светом оттаявшие улицы, а звонкая капель весело стучала по металлическим карнизам. Алексей вставил блестящий ключ в замочную скважину тяжелой стальной двери и с приятным усилием повернул его два раза. Механизм издал глухой щелчок. Тридцатилетний мужчина распахнул створку и торжественным жестом пригласил Валентину Михайловну пройти внутрь.
Просторная квартира встретила их гулким эхом и стойким запахом свежего цемента, строительной пыли и холодной штукатурки. Большие широкие окна пропускали море солнечного света. Яркие лучи ложились на серый бетонный пол и создавали причудливые узоры. В этих голых стенах полностью отсутствовал уют, однако для Алексея это помещение казалось самым прекрасным дворцом на свете. Он наконец-то приобрел собственную, независимую территорию.
За три месяца после драматического разрыва отношений жизнь молодого мужчины кардинально изменилась в лучшую сторону. Освобождение от ежедневных истерик Вероники и постоянного нервного напряжения принесло свои щедрые плоды. Алексей перестал тратить энергию на скандалы, полностью сосредоточился на карьере и быстро получил долгожданное повышение в должности. Значительная прибавка к жалованью позволила ему отложить приличную сумму. Он оформил ипотеку на свое имя и купил эту отличную квартиру в хорошем, зеленом районе столицы.
Валентина Михайловна неторопливо прошлась по серым комнатам. Ее шаги гулко отдавались под высоким потолком. Пожилая женщина остановилась посреди будущей гостиной, открыла свою кожаную сумку и достала знакомый пухлый белый конверт.
— Леша, сынок, — мать с нежностью посмотрела на высокого, уверенного в себе мужчину. — Ты совершил огромный шаг. Я невероятно горжусь тобой. Впереди предстоит долгий и дорогой ремонт. Сейчас на стройматериалы заоблачные цены. Возьми мои сбережения. Купи на них хороший ламинат, красивую плитку для ванной комнаты и новую сантехнику. Мне эти деньги совершенно без надобности, а тебе они сильно помогут на первом этапе.
Алексей подошел к матери, мягко обхватил ее ладони своими большими руками и решительно отодвинул конверт обратно к сумке. В его глазах читалась искренне глубокая признательность, смешанная с твердой мужской гордостью.
— Нет, мама. Я больше никогда не притронусь к твоим пенсионным накоплениям. Я зарабатываю достаточно средств для оплаты работы строителей и покупки любых материалов. Эти деньги принадлежат только тебе. Завтра же поезжай в туристическое агентство и купи себе путевку в хороший санаторий в Кисловодске. Тебе необходимо подлечить суставы, попить минеральную воду и подышать чистым горным воздухом. Ты заслужила полноценный отдых после всех наших семейных потрясений. А свой дом я построю полностью за свой счет.
Пожилая женщина не стала спорить. Она спрятала конверт на дно сумки и смахнула непрошеную слезу радости. Ее сын окончательно превратился в зрелого, самостоятельного главу семьи. Он готов брать на себя полную ответственность за свою жизнь и жизнь своих близких людей.
Алексей достал из кармана куртки металлическую строительную рулетку. Желтая лента с легким шелестом вытянулась на несколько метров. Мужчина принялся увлеченно измерять длину стен и планировать расстановку будущей мебели. Он с энтузиазмом чертил в воздухе невидимые границы, показывал место для большого кухонного гарнитура и огромного углового дивана. Затем он привел мать в самую светлую, угловую комнату с двумя большими окнами.
— А здесь мы обустроим детскую комнату, — голос Алексея зазвучал особенно тепло и проникновенно. — Я поставлю сюда кроватку, постелю на пол мягкий ковер и наклею светлые обои. Я обязательно встречу хорошую, добрую женщину. Мы создадим настоящую семью, и в этих стенах зазвучит звонкий детский смех. Я больше никогда не позволю эгоизму и пустоте разрушить мою жизнь.
Продолжение.
Глава 1. Глава 2. Глава 3. Глава 4. Глава 5. Глава 6. Глава 7. Глава 8. Глава 9.