Сценарий выглядит примерно так: новые отношения, ещё толком не начавшись, внезапно заканчиваются. Или мы сами ставим точку, сопровождая это внутренним монологом: «А, собственно, и не жалко, он\а сам\а не очень». Так работает наш мозг, который однажды выработал гениальную, но разрушительную для близости стратегию: лучше отвергнуть самому, чем быть отвергнутым.
С точки зрения нейробиологии, здесь замешана древняя система выживания. Когда-то для человека быть изгнанным из племени означало верную смерть. Мозг до сих пор помнит это.
В момент, когда мы чувствуем угрозу отвержения (партнер стал чуть холоднее, не ответил на сообщение), в амигдале — центре тревоги — срабатывает сигнал опасности. Активность в префронтальной коре (нашей разумной части, отвечающей за контроль и анализ) резко падает. Мы перестаем оценивать реальность адекватно. В кровь выбрасываются кортизол и адреналин.
И тут мозг предлагает спасительное решение. Чтобы прекратить это мучительное ожидание и невыносимый страх, нужно взять контроль в свои руки. Обесценить объект страха: «он мне сам не нравится», найти в нем изъян, разорвать связь первым.
Это действие приносит мгновенное облегчение. В момент, когда мы «бьем первыми», мозг получает дозу дофамина, связанную с восстановлением контроля и прекращением стрессовой ситуации. Это подкрепляет поведение. Формируется нейронная связь: «опасность близости = напади и обесцень = безопасность».
Проблема в том, что эта стратегия была выработана в прошлом. Возможно, она когда-то реально защищала психику ребенка от непереносимой боли отвержения значимым взрослым. Но сейчас, во взрослом возрасте, этот автоматический сценарий запускается там, где нет реальной угрозы. Мы превентивно уничтожаем отношения, которые могли бы стать важными.
Это похоже на ситуацию, когда человек приходит на вечеринку, встает в углу и думает: «Ну и компания здесь скучная, никто ко мне не подходит». Хотя на самом деле он просто никого не подпускает к себе на пушечный выстрел своим выражением лица. Стоит и требует от людей доказательств лояльности еще до того, как они узнали его имя.
Что же делать с этим механизмом, если он разрушает отношения?
В ориентированной на решение терапии мы не бьем себя по рукам за мысли об отвержении. Мы не говорим: «Фу, как нехорошо обесценивать». Мы говорим: «Ого, смотри, какая у тебя есть мощная стратегия защиты. А давай проверим, насколько она актуальна сегодня?».
1. Отделить прошлое от настоящего. Спросите себя: «Человек, который сейчас передо мной, действительно похож на того, кто меня однажды отверг? Или я просто смотрю на него сквозь старые очки?».
2. Замедлиться между импульсом и действием. Вы почувствовали холодок, желание написать язвительное сообщение или вычеркнуть контакт. Стоп. Это сработал защитник. Дайте себе минуту. Признайте свой страх: «Я боюсь, что меня отвергнут. Мне страшно».
3. Переписать сценарий. Вместо «Он мне не нравится», попробуйте подумать: «Мне страшно, что я могу ему не понравиться. Но я смогу это пережить». Это требует смелости. Оставаться уязвимым, когда страшно — самый большой риск, но и самый большой шанс на настоящую близость.
Да, это похоже на прыжок без страховки. Но, помним: если вы не облажались хотя бы раз в жизни, значит, вы ничего не пробовали. Ну, или вы — Рианна, но скорее всего, вы не Рианна. Так и в отношениях: если вы ни разу не рискнули быть отвергнутым, значит, вы ни разу не пробовали быть по-настоящему близким.
Дайте себе шанс на этот риск. Возможно, именно сегодня ваша привычка спасать себя бегством встретится с вашим взрослым желанием быть счастливым. И кто знает, кто победит.
