— Ты хоть понимаешь, что наделала? — Спросил он тихо, но от этого тихого голоса по спине побежали мурашки. — Михаил Ветров — мой главный конкурент. Он не помогает твоему отцу из добрых побуждений. Он просто хочет ослабить меня, чтобы потом самому забрать заводы. Ты работаешь на человека, который уничтожит твоего отца быстрее, чем я!
— Это неправда, — Лера покачала головой. — Он обещал…
— Что он тебе обещал? — Перебил Антон. — Помочь? А ты спросила, какова цена помощи? Ты видела договоры, которые он готовит? Я — видел. У меня тоже есть информаторы. Ветров планирует через полгода войти в долю твоего отца, а через год — забрать контрольный пакет. Твой отец просто сменит хозяина. С меня на Михаила. И что ты выиграешь?
Лера смотрела на него и не верила. Неужели правда? Неужели Михаил тоже играет в свою игру?
— Ты врёшь, — сказала она, но в голосе не было уверенности.
— Хочешь доказательства? — Антон достал телефон, покопался в галерее, протянул ей. — Читай.
На экране был скан какого-то документа. Лера вчиталась и побледнела. Это был проект соглашения между Ветровым и одним из кредиторов отца. В документе чёрным по белому было написано: в обмен на помощь в реструктуризации долгов кредитор обязуется передать Ветрову право требования по закладным на заводское оборудование. Фактически — отдать завод в залог.
— Это подделка, — прошептала она.
— Это реальность, Лера. — Антон забрал телефон. — Твой отец стар, болен и не видит, кто друг, а кто враг. Я — друг? Нет, я враг. Но я хотя бы честный враг. Я говорю прямо: я хочу твоего отца разорить. А Ветров говорит красивые слова, а сам то же самое делает, только под соусом благотворительности.
Лера сидела, сжавшись в комок. Мир рушился второй раз за полгода. Сначала Антон разрушил её жизнь, теперь Михаил оказался лжецом. Кому верить? Можно ли вообще кому-то верить?
— Что теперь? — Спросила она тихо. — Ты меня убьёшь? Выгонишь?
— Убью? — Антон усмехнулся. — Зачем? Ты — моя жена. Я тебя не отпущу. Никогда. Это я уже говорил.
— Но я предала тебя. Работала против тебя.
— Да. — Он встал, подошёл к окну. — И знаешь, что самое смешное? Я восхищён. Правда. Ты не сломалась. Ты нашла способ бороться. Ты рисковала. За отца. За свои принципы. Это… редкость. Таких людей почти не осталось.
Лера смотрела на его спину и не понимала. Он серьёзно? Восхищается? После всего?
— Но если ты ещё раз попробуешь что-то подобное, — Антон повернулся, и взгляд его был жёстким, стальным, — я запру тебя в доме. Безвылазно. Без телефона, без интернета, без общения. Будешь сидеть в четырёх стенах и думать о своём поведении. Это понятно?
— Понятно, — кивнула Лера.
— И ещё, — он подошёл ближе. — С этого момента ты ничего не делаешь без моего ведома. Хочешь в туалет — спрашиваешь. Шучу, конечно. Но любое твоё перемещение за пределы дома — только с моим разрешения и в сопровождении охраны. Ты потеряла право на доверие.
— У меня его никогда не было, — горько заметила Лера.
— Было. — Антон присел на корточки перед ней, заглянул в глаза. — Больше, чем ты думаешь. Я мог бы взять любую женщину. Красивую, покладистую, которая бы восхищалась мной и говорила, какой я замечательный. Но я выбрал тебя. Почему?
— Чтобы отомстить отцу, — ответила Лера.
— Не только. — Он помолчал. — Ты живая. Ты настоящая. Ты не гнёшься. Я устал от людей, которые прогибаются. С тобой я хотя бы чувствую, что живу.
Он встал и вышел, оставив Леру в полном смятении.
Что это было? Признание? Манипуляция? Очередная игра?
Она не знала. И уже не была уверена, что хочет знать.
***
После того разговора жизнь изменилась. Лера больше не ездила в город одна. За ней действительно закрепили охрану — молчаливого мужчину по имени Виктор, который сидел в машине у ворот и провожал её взглядом, если она выходила в сад.
В офисе она больше не работала — Антон сказал, что её присутствие там «нецелесообразно». Диплом она дописывала дома, консультируясь с научным руководителем по видеосвязи. В теплицу ходить разрешили, но тоже под присмотром — Иван Петрович получил указание докладывать, если Лера будет слишком долго говорить по телефону или встречаться с подозрительными лицами.
Вика звонила каждый день, но Лера отвечала односложно, боясь, что разговоры прослушивают. Подруга, кажется, обижалась, но Лера не могла рисковать.
— Ты как там? — Спрашивала Вика в очередной раз.
— Нормально.
— А почему голос такой?
— Устала. Диплом.
— Лер, если что, я приеду. Только скажи.
— Не надо. Всё хорошо.
— Ты врёшь.
— Прости. Пока.
Она отключалась и смотрела в потолок. Хорошо. Интересно, что вообще значит это слово? Когда последний раз ей было хорошо? Наверное, в прошлой жизни, когда папа был рядом, когда не было Антона, когда мир был простым и понятным.
Елена Сергеевна, кажется, что-то подозревала. Она стала чаще появляться в доме, чаще заходить к Лере в комнату, задавать вопросы.
— Как вы себя чувствуете, Валерия?
— Спасибо, хорошо.
— А почему Вы такая бледная? Антон обижает?
— Нет, что Вы. Просто диплом, много работаю.
— Работаете, — свекровь скептически оглядывала комнату. — А чем именно? В интернете сидите?
— Да, материалы ищу.
— Материалы, — Елена Сергеевна качала головой. — В моё время жёны занимались домом, а не материалами.
— Время меняется, — улыбалась Лера.
— Время не меняется, — отрезала свекровь. — Меняются люди. И не всегда в лучшую сторону.
Эти разговоры выматывали не меньше, чем допросы Антона. Лера чувствовала себя под колпаком, в аквариуме, за стеклом которого постоянно кто-то наблюдает.
Однажды вечером, когда Антон был в отъезде, Лера не выдержала и вышла в сад. Ночь была тёплой, сентябрь только начинался, звёзды висели низко, почти касаясь верхушек деревьев. Она села на скамейку у пруда, закрыла глаза и попыталась представить, что она далеко отсюда. Что она свободна.
— Не спится? — Раздался голос.
Лера вздрогнула. Рядом стоял Виктор, охранник. Она даже не слышала, как он подошёл.
— Не спится, — ответила она. — Вы следите за мной?
— Слежу, — спокойно подтвердил он. — Работа такая.
— И что, обязательно стоять над душой? Я же никуда не денусь. Забор высокий, ворота закрыты.
— Инструкция, — пожал плечами Виктор. — Антон Сергеевич велел не оставлять Вас одну надолго. Особенно ночью.
— Думает, что я утоплюсь в пруду?
— Всякое бывает.
Лера посмотрела на него внимательнее. Мужчина лет сорока, крепкий, с лицом, которое ничего не выражает. Типичный наёмник.
— Вы давно на него работаете? — спросила она.
— Давно.
— И как он Вам? Хороший хозяин?
Виктор помолчал, потом сказал:
— Справедливый. Платит вовремя. Семьям помогает, если что. Не подставляет.
— А если бы он приказал Вам меня убить? Убили бы?
Виктор посмотрел на неё долгим взглядом.
— Не задавайте таких вопросов, Валерия Олеговна. Не услышите ответа, который хотите.
— А какой я хочу услышать?
— Не знаю. Но точно не тот, который я скажу.
Он отошёл на несколько шагов и замер, вглядываясь в темноту. Лера поняла: разговор окончен.
Она посидела ещё немного, потом вернулась в дом. В комнате было душно, но открывать окно не хотелось — казалось, что даже воздух здесь пропитан чужим присутствием.
Заснула она только под утро.
***
Через неделю Антон вернулся. Зашёл к ней в комнату без стука, как обычно.
— Собирайся, — сказал он. — Едем в город.
— Зачем? — Удивилась Лера.
— Навестим твоего отца.
Она замерла с расчёской в руке:
— Что?
— Навестим отца, — повторил Антон. — Хватит Вам жить в ссоре. Пора мириться.
— Ты с ума сошёл? — Лера вскочила. — Он тебя ненавидит! Он думает, что я тебя выбрала! Он даже говорить со мной не хочет!
— Захочет, — спокойно ответил Антон. — Потому что я скажу ему правду.
Лера смотрела на него, не веря своим ушам:
— Какую правду?
— Что ты вышла за меня не по любви. Что я тебя заставил. Что ты спасла ему жизнь ценой своей свободы. Всё расскажу.
— Зачем? — Лера чувствовала, что сходит с ума. — Зачем тебе это?
— Затем, что я устал от твоих страданий. — Он подошёл ближе. — Я понимаю, ты меня не простишь. Но хотя бы перестанешь ненавидеть себя за то, что предала отца. Ты не предавала. Ты спасала. Он должен это знать.
— Ты… — Лера не находила слов. — Ты правда это сделаешь?
— Правда. Одевайся. Через час выезжаем.
Он вышел, а Лера стояла посреди комнаты, прижимая руки к груди, и чувствовала, как сердце колотится где-то в горле. Она не понимала, что происходит. Почему Антон вдруг решил помочь ей? Это ловушка? Очередная игра? Или… неужели он действительно хочет, чтобы ей стало легче?
Она оделась быстро, накинула лёгкое пальто — сентябрь выдался тёплым, но к вечеру уже холодало. Спустилась вниз. Антон ждал у машины, чёрного внедорожника с тонированными стёклами.
— Садись, — он открыл дверь.
Они поехали молча. Лера смотрела в окно на город, который не видела почти два месяца. Обычные люди ходили по улицам, спешили по делам, сидели в кафе — жили обычной жизнью. А она чувствовала себя пришельцем из другого мира, где всё иначе.
— Не бойся, — вдруг сказал Антон. — Всё будет хорошо.
— Откуда ты знаешь? — спросила Лера.
— Не знаю. Просто верю.
Она посмотрела на него. В профиль он был красив — чёткая линия челюсти, прямой нос, тёмные волосы с лёгкой сединой на висках. Интересно, сколько ему? Тридцать пять? Тридцать шесть? В самый раз для неё, двадцатидвухлетней. Если бы не обстоятельства, если бы не война с отцом, если бы они встретились по-другому…
Она оборвала эту мысль. Нельзя. Он враг. Всегда будет врагом.
Машина остановилась у знакомого дома. Старая трёхэтажка в центре, где Лера провела всё детство. Здесь каждая ступенька пахла детством, каждый угол хранил воспоминания. Она вышла из машины и на секунду зажмурилась, вбирая в себя родной воздух.
— Идём, — Антон взял её за руку. — Я с тобой.
Они поднялись на третий этаж. Лера нажала кнопку звонка — и сердце ушло в пятки. Сейчас. Сейчас всё решится.
Дверь открыл Виктор Михайлович. Увидев Леру, он побледнел, а увидев Антона — посерел.
— Валерия Олеговна, — выдохнул он. — Вы зачем? Олег Петрович запретил…
— Я знаю, — перебила Лера. — Но мне нужно его увидеть. Пожалуйста.
— А это… — Виктор Михайлович кивнул на Антона.
— Это мой муж. Он со мной. Пустите нас, Виктор Михайлович. Умоляю.
Помощник колебался. Потом тяжело вздохнул и отступил:
— Проходите. Только я предупреждал.
Они вошли в прихожую. Квартира пахла так же, как всегда — немного пылью, немного отцовским одеколоном, немного уютом. Лера чуть не расплакалась от этих запахов.
— Папа! — крикнула она. — Папа, это я!
Из гостиной донёсся шум, потом шаги. В дверях появился Олег Петрович.
Он постарел. Сильно постарел за эти полгода. Седых волос стало больше, лицо осунулось, под глазами залегли тени. Но глаза — глаза горели прежним огнём. И когда он увидел дочь, в них мелькнуло что-то тёплое — и тут же погасло, сменившись холодом.
— Ты зачем пришла? — Спросил он глухо. — Я просил не приходить.
— Папа, послушай…
— Нечего слушать. — Он перевёл взгляд на Антона, и в глазах вспыхнула ненависть. — И этого ты притащила? В мой дом? Ты совсем совесть потеряла?
— Папа, дай мне сказать! — Лера шагнула к нему, но он отступил.
— Не подходи. Не хочу.
Антон кашлянул:
— Олег Петрович, я понимаю Ваши чувства. Но Вы должны выслушать нас. Это важно.
— Ты мне должен? — Старик усмехнулся. — Ты мне ничего не должен. Ты у меня дочь украл. Ты заводы мои хочешь отжать. Ты…
— Я хочу сказать правду, — перебил Антон. — Ваша дочь не предавала вас. Она вышла за меня, потому что я угрожал Вас убить.
В комнате повисла тишина. Олег Петрович замер, глядя на Антона так, будто у того выросла вторая голова.
— Что ты сказал? — Переспросил он.
— Я сказал, что заставил её. Шантажом. Сказал, что мои люди убьют Вас, если она не выйдет за меня. Она согласилась, чтобы спасти Вам жизнь. Она никого не предавала. Она Вас спасла.
Олег Петрович медленно перевёл взгляд на Леру:
— Это правда?
Лера кивнула, слёзы текли по щекам:
— Правда, папа. Прости, что не сказала тогда. Я боялась. Он сказал, что если я кому-то расскажу, тебя убьют. Я молчала. Всё это время молчала. Я не могла иначе.
Отец сделал шаг к ней. Потом ещё один. Потом обнял её так крепко, что у неё перехватило дыхание.
— Дурочка моя, — прошептал он. — Глупая моя девочка. Зачем? Зачем ты пошла на это? Я бы справился. Я бы…
— Не справились бы, Олег Петрович, — тихо сказал Антон. — У меня серьёзные люди. Реальные. Я бы Вас убрал. Без вариантов.
Отец отстранился, посмотрел на Антона. Взгляд был странным — смесь ненависти, уважения и… благодарности?
— Ты сейчас зачем пришёл? — Спросил он. — Совесть замучила?
— Наверное, — Антон пожал плечами. — Я не знаю. Просто понял, что больше не могу смотреть, как она мучается. Она хороший человек. Лучше, чем я. И она заслуживает, чтобы Вы знали правду.
— А ты? — Отец прищурился. — Чего ты заслуживаешь?
— Я заслуживаю пулю в лоб, — спокойно ответил Антон. — Но это не Вам решать.
Олег Петрович смотрел на него долго. Потом вдруг усмехнулся:
— А ты не трус. Хотя бы не трус. Это я ценю.
— Мне ваша оценка не нужна, — отрезал Антон. — Я привёл её, чтобы Вы помирились. А сам пойду. Подожду в машине.
Он развернулся и вышел, оставив отца и дочь одних.
Они стояли в прихожей, глядя друг на друга. Лера плакала, отец вытирал глаза рукавом.
— Идём на кухню, — сказал он наконец. — Чай будем пить. Рассказывай всё.
Продолжение здесь:
Нравится рассказ? Тогда порадуйте автора! Поблагодарите ДОНАТОМ за труд! Для этого нажмите на черный баннер ниже:
Начало здесь:
Пожалуйста, оставьте пару слов нашему автору в комментариях и нажмите обязательно ЛАЙК, ПОДПИСКА, чтобы ничего не пропустить и дальше. Виктория будет вне себя от счастья и внимания!
Можете скинуть ДОНАТ, нажав на кнопку ПОДДЕРЖАТЬ - это ей для вдохновения. Благодарим, желаем приятного дня или вечера, крепкого здоровья и счастья, наши друзья!)