Мы стояли у палатки. Мороз пробивал насквозь даже сквозь толстые слои одежды, дыхание вырывалось густыми облаками, а снег под ногами хрустел так громко, что казалось: он выдаёт каждое наше движение. Луна скользила сквозь облака, лишь слегка освещая заснеженные деревья, а темнота вокруг казалась живой.
— Вы слышите? — тихо спросил Данила, сжимая фонарь, так что ладони побелели от напряжения.
— Слышу… но это слишком ритмично для ветра, — ответил Андрей. Его голос дрожал, хоть он и старался этого не показывать.
Мы замерли. Тайга вокруг была густой, темной, почти непроницаемой. Деревья словно наклонялись к нам, прислушиваясь, оценивая, кто мы и зачем пришли сюда в этот момент. Каждое движение, каждый звук — и ты уже понимаешь, что не один.
— Держим строй, — сказал Петрович. — Ни шага вперёд без команды.
Сергей шёл рядом, плечо к плечу, словно цепляясь за уверенность, которую давала вся группа. Он всё ещё дрожал после того, как шаги ночью у старой вышки прорезали тишину. Я видел, как его пальцы сжали рукоятку фонаря, как глаза метались по темным очертаниям деревьев.
— Стойте, — шепнул я. — Там… что-то странное.
Петрович медленно повернул голову, прислушиваясь. — Спокойно. Держим равномерный шаг.
Мы шли медленно по свежему снегу, который скрипел под ногами. Следы вели вдоль оврага. Они были аккуратные, слишком аккуратные для случайных людей, и это создавало странное ощущение: будто кто-то специально оставлял путь для нас, но каждый шаг был проверкой.
— Иногда кажется, что деревья сами наклоняются, чтобы наблюдать, — тихо сказал Сергей.
— Не придумывай страшное, — ответил Данила. — Но… что-то здесь есть.
Мы шли молча, прислушиваясь к каждому шороху. Вдруг впереди появился слабый свет — маленький огонёк, едва заметный среди густых деревьев.
— Вот сюда ведут следы, — сказал Андрей. — Все они сходятся здесь.
Мы подошли ближе и увидели старую палатку. Она почти полностью была занесена снегом, но вокруг неё не было свежего, нетронутого снега, что сразу выдавало недавнее присутствие.
— Осторожно, — предупредил Петрович. — Мы не знаем, кто это оставил.
Мы заглянули внутрь. Маленький огонь почти погас. Рюкзаки, инструменты, рабочие куртки — всё аккуратно разложено. Пахло керосином, углём и снегом, что пронесся снаружи. Никакого мусора, ни следов еды — словно кто-то уходил быстро, но сознательно оставил вещи нетронутыми.
Сергей наклонился к листу бумаги на полу. — Это карта, — сказал он, с трудом сдерживая дрожь в голосе. — И кто-то её использовал недавно.
Петрович подошёл ближе, луч фонаря освещал бумагу. На карте были отмечены наша база, старая вышка, замёрзшая река и несколько точек, обведённых красным.
— Пять точек, — сказал он, считая кружки. — Одна здесь, рядом с палаткой.
Сергей побледнел. — Это место… я его видел раньше.
Андрей осветил другую сторону палатки. На стене висела рабочая куртка со светоотражающими полосами. На рукаве едва различалось имя.
— «Сергей»… — прошептал он.
Мы одновременно посмотрели на Сергея. Он сжал края куртки, будто держал не вещь, а воспоминание, которое возвращало его к страху прошлых дней.
Внезапно снаружи послышался звук. Снег хрустнул — шаг. Медленный, осторожный, почти незаметный, но мы его услышали.
— Никто не двигается, — сказал Петрович. — Мы тоже.
Шаги приближались, как будто кто-то проверял, как мы реагируем на каждый звук.
— Их несколько, — заметил Игорь. — Достаточно, чтобы нервировать любого.
Мы прижались к стенам палатки. Фонари светили внутрь, чтобы не выдавать наше присутствие наружу. Следы прошли вдоль палатки, слегка осыпая снег.
— Они хотели, чтобы мы это нашли, — тихо сказал Петрович. — Но это не подарок. Это предупреждение.
Сергей сжал мою руку. — Что будем делать?
— Ждём, — ответил Петрович. — Сначала слушаем, потом действуем.
Шаги постепенно удалялись. Следов больше не было. Но лес вокруг стал ещё гуще, тьма плотнее.
— Пока ушли, — сказал Петрович. — Но это не значит, что они пропали.
Мы развели небольшой огонь, чтобы согреться, и тихо обсуждали план на утро: проверить все точки на карте и понять, кто оставил палатки и куртки и чего они ждут от нас.
Каждый взгляд к окну был напряжённым. Лес шептал наши имена, снег скрипел под ветром, и мы понимали: это ещё не конец испытания тайги.
Подпишись и поддержи автора, чтобы не потерять. Ваша подписка очень важна для меня.
Предыдущая серия:
Следующая серия: