Черный внедорожник летел по разбитой деревенской дороге, подбрасывая на ухабах. Вера сидела на заднем сиденье, прижимая к груди горсть черники, завернутую в носовой платок, и смотрела в окно. Лес мелькал за стеклом — сосны, березы, редкие поляны. Тот самый лес, где она чуть не погибла.
— Рассказывайте, — сказала она, не оборачиваясь. — Всё с самого начала.
Сергей Михайлович откашлялся. Он сидел рядом, прямой, как палка, положив руки на колени. От него пахло дорогим одеколоном и кожей сиденья — привычными запахами её мира, от которых Вера уже успела отвыкнуть за эти сутки.
— Вчера в девять утра я позвонил Вам на мобильный, — начал Сергей. — Вы не ответили. Я подумал — спите. Перезвонил в десять — то же самое. В одиннадцать я начал беспокоиться.
— Правильно, — кивнула Вера.
— В двенадцать я позвонил Игорю Вадимовичу. Он сказал, что вы вчера вечером уехали за город, в ваш загородный дом, и хотите отдохнуть пару дней одна. Просили не беспокоить.
Вера усмехнулась. Как ловко. Как просто.
— Вы поверили?
— Я не имел права не верить, — Сергей повернулся к ней. Лицо у него было усталое, под глазами темные круги. — Игорь Вадимович — ваш заместитель. Ваш ближайший партнер. Если он говорит, что Вы отдыхаете, значит, вы отдыхаете. Моя работа — охранять Вас, когда Вы в городе. За городом Вы сами решаете, нужна Вам охрана или нет.
— Я понимаю, — Вера коснулась его руки. — Я не виню Вас, Сергей Михайлович. Я виню себя. И Игоря.
— В двенадцать ночи я все-таки съездил в загородный дом, — продолжил Сергей. — Вашей машины там не было. Охрана на КПП сказала, что Вы не приезжали. Я позвонил Игорю снова. Он сказал, что, возможно, Вы передумали и остались в городе, у подруги. Сказал не волноваться.
— И Вы поверили?
— Я начал проверять, — Сергей покачал головой. — Обзвонил всех ваших подруг. Никто Вас не видел. Поднял записи с камер в ресторане. Увидел, как Вы уходите с Игорем, садитесь в машину. У машины Вы сами, своими ногами. Без принуждения.
— Я ничего не помню, — Вера закрыла глаза, пытаясь вспомнить хоть что-то. — Последнее — бокал вина. А дальше провал.
— Я знаю, — Сергей достал из кармана телефон, показал видео. — Смотрите.
Вера взяла телефон. На экране — запись с камеры наблюдения. Ресторан «Терраса», вечер. Она и Игорь выходят из зала. Она улыбается, опирается на его руку. Идет сама, но как-то странно — ноги заплетаются, голова клонится набок. Игорь поддерживает её за талию, что-то шепчет на ухо. Они выходят на улицу, садятся в машину. Всё.
— Я похожа на пьяную? — спросила Вера.
— Очень, — кивнул Сергей. — Но Вы не пьете столько. Я знаю Вашу норму. Вы выпили два бокала вина. Этого недостаточно, чтобы так ходить.
— Меня могли подсыпать что-то?
— Скорее всего. Я уже отправил людей в ресторан, но официант, который Вас обслуживал, вчера уволился. Уехал, говорят, к родственникам в другой город.
— Удобно, — Вера вернула телефон. — Что еще?
— Сегодня утром Игорь Вадимович собрал совет директоров, — Сергей говорил тихо, но каждое слово падало тяжело. — Предъявил доверенность на управление компанией на время Вашего отсутствия. С Вашей подписью.
— Подпись?
— Да. Нотариально заверенную.
Вера замерла. Нотариально заверенную. Это значит, что Игорь подделал не только её подпись, но и нотариуса. Или нашел нотариуса, который согласился на подделку. В любом случае — это уровень.
— Кто был на совете?
— Все ключевые. Финансовый директор, юрист, начальники отделов. Петров, Сидорчук, Власова.
— И что они?
— Молчали. Доверенность выглядит убедительно. У них нет оснований не верить.
— А Вы?
— Я сказал, что Вы не выходите на связь, что это странно. Игорь Вадимович предложил мне не мешать работе совета и заниматься своими прямыми обязанностями.
— Он Вас выгнал?
— Он попытался. Я не ушел. Сказал, что буду ждать вас здесь, в приемной, пока Вы не объявитесь. Тогда он вызвал охрану.
— Охрану? — Вера приподняла бровь. — Начальника службы безопасности?
— Да, — Сергей усмехнулся. — Вашу личную охрану, Вера Андреевна. Он вызвал моих же людей, чтобы они вывели меня из офиса.
— И что? Вывели?
— Нет, — Сергей покачал головой. — Мои люди знают, кому присягали. Они отказались выполнять приказ Игоря Вадимовича. Тогда он сказал, что уволит их всех, как только вступит в полномочия.
— Вступит в полномочия, — повторила Вера. — Красиво говорит.
— Он уверен, что Вы не вернетесь, Вера Андреевна, — Сергей посмотрел ей в глаза. — Очень уверен.
— Он ошибся.
Машина выехала на трассу. Дорога стала ровнее, скорость выше. Вера смотрела на мелькающие столбы и думала. Мысли скакали, перепрыгивали с одного на другое. Игорь, подделка, совет директоров, доверенность. Игорь, который семь лет был рядом. Игорь, который говорил, что любит. Игорь, который привязал её к дереву и оставил умирать.
— Зачем? — спросила она вслух. — Зачем ему это? У него и так всё было. Деньги, власть, я. Зачем убивать?
— Не знаю, — ответил Сергей. — Но когда мы приедем, я задам ему этот вопрос лично.
— Нет, — Вера покачала головой. — Никаких вопросов. Сначала нужно попасть в офис. Показаться людям. Отменить доверенность. А потом уже разбираться.
— Вы думаете, он вас пустит?
— Я владелица компании, Сергей Михайлович. Он не имеет права меня не пустить.
Сергей хмыкнул, но ничего не сказал. Вера поняла — он сомневается. И правильно. Игорь зашел слишком далеко, чтобы останавливаться перед дверью.
— У вас есть оружие? — спросила Вера.
— Всегда, — Сергей похлопал себя по боку.
— Хорошо. Но без стрельбы. Я хочу видеть его лицо, когда он поймет, что я жива.
Остаток пути прошёл в молчании. Вера смотрела в окно, но ничего не видела. Перед глазами стояло другое — Игорь, наклоняющийся к ней в машине. Игорь, затягивающий веревки. Игорь, уходящий в лес, оставляя её умирать.
— Сволочь, — прошептала она. — Какая же ты сволочь.
— Что? — Переспросил Сергей.
— Ничего. Просто мысли.
Они въехали в город. Знакомые улицы, знакомые дома, знакомая жизнь. Вера смотрела на прохожих — они шли по своим делам, пили кофе, разговаривали по телефону. Никто не знал, что она только что вернулась с того света.
— Нам сначала домой? — спросил Сергей.
— В офис, — ответила Вера. — Сразу в офис.
— Вы в этом платье? — Сергей окинул взглядом её наряд. Действительно, платье после стирки выглядело прилично, но всё равно было вечерним, не для рабочей встречи.
— В этом, — Вера усмехнулась. — Пусть видят, в чем я была, когда меня спасли. Пусть знают, через что я прошла.
Машина остановилась у высотного здания из стекла и бетона. На фасаде — огромная буква «С» — логотип «Соболь-Девелопмент». Вера смотрела на это здание, которое строила пятнадцать лет, и чувствовала, как внутри поднимается холодная ярость.
— Я готова, — сказала она. — Пошли.
Они вышли из машины. Охранники — двое, что ехали спереди — встали по бокам. Вера в своих туфлях на каблуках (она все-таки надела их, несмотря на грязь) пошла ко входу. Сергей — чуть сзади, справа.
В холле охрана. Знакомые лица, свои ребята. Увидели Веру — вытянулись.
— Вера Андреевна! — Старший, седой ветеран по имени Михаил, вскочил. — Живы! Господи, слава богу!
— Жива, Миша, — улыбнулась Вера. — Игорь Вадимович на месте?
— На месте. У себя. Совет директоров еще идет.
— Отлично, — Вера направилась к лифту. — Я сама.
Она вошла в лифт одна. Сергей и охрана остались внизу — так она сказала. Это был её разговор. Её триумф. Её месть.
Лифт поднимался медленно. Вера смотрела на свое отражение в зеркальных стенах. Платье, туфли, растрепанные волосы, синяки на запястьях. Она выглядела как жертва насилия. Что ж, так оно и было.
Двери открылись. Девятый этаж, приемная. Секретарша Леночка — молодая, красивая, всегда идеально одетая — увидела Веру и побледнела так, что стало ясно: она в курсе. Или даже больше, чем в курсе.
— Вера... Вера Андреевна... — залепетала она. — Вы... вы...
— Жива, Лена, как видишь, — Вера прошла мимо неё, даже не взглянув. — Совет в переговорной?
— Да, но... туда нельзя... Игорь Вадимович сказал...
— Игорь Вадимович мне больше ничего не говорит, — Вера толкнула дверь переговорной.
***
Дверь распахнулась с глухим стуком. Вера вошла и остановилась на пороге, давая себя рассмотреть.
За длинным столом сидели все. Петров, финансовый директор — толстый, лысеющий, всегда потеющий. Сидорчук, начальник юридического отдела — сухой, очкастый, педантичный. Власова, директор по персоналу — высокая, стервозная брюнетка. И другие. Человек десять ключевых сотрудников компании.
Во главе стола сидел Игорь.
Он был красив. Всегда был красив. Сорок лет, спортивная фигура, дорогой костюм, легкая небритость, умные глаза. Семь лет она смотрела в эти глаза и верила. А теперь она смотрела и видела только предателя.
— Игорь, — сказала Вера спокойно. — Я вернулась.
Эффект был как от взрыва. Петров поперхнулся кофе. Сидорчук снял очки и протер их дрожащей рукой. Власова прижала ладонь к груди. Остальные замерли, переводя взгляды с Веры на Игоря и обратно.
Игорь побледнел. На секунду — всего на секунду — в его глазах мелькнул настоящий ужас. Но он быстро взял себя в руки. Встал, улыбнулся своей обычной обаятельной улыбкой.
— Вера! Дорогая! — Он двинулся к ней с распростертыми объятиями. — Где ты была? Мы все с ума сходили!
— Не подходи, — Вера подняла руку. — Не приближайся ко мне.
Игорь замер. Улыбка сползла с его лица.
— Вера, что случилось? Ты в каком-то странном виде... Где ты была?
— Ты знаешь, где я была, — Вера смотрела ему прямо в глаза. — Ты сам меня туда отвез.
— Что? — Игорь изобразил искреннее недоумение. — Ты в своем уме? Мы вчера расстались у ресторана. Ты сказала, что хочешь побыть одна. Я поехал домой.
— Врешь, — спокойно сказала Вера. — Всю дорогу врешь. Но мы сейчас не об этом.
Она обвела взглядом собравшихся.
— Господа, прошу прощения за мой вид. Меня похитили вчера вечером. Вывезли в лес, привязали к дереву и оставили умирать. Я чудом осталась жива. Меня спасли случайные люди.
По комнате пронесся вздох. Петров побелел. Власова закрыла лицо руками.
— Боже мой, Вера Андреевна... — прошептала она.
— Да, — кивнула Вера. — Вот такие дела. А пока я была привязана к дереву, Игорь Вадимович собрал Вас здесь и предъявил доверенность на управление компанией. С моей подписью.
— Это законная доверенность, — быстро сказал Игорь. — Ты подписала её месяц назад. Ты хотела, чтобы я мог представлять компанию в твое отсутствие.
— Я ничего не подписывала, — Вера покачала головой. — Ни месяц назад, ни вчера. Это подделка.
— Вера, это бред, — Игорь повысил голос. — Ты устала, ты пережила стресс, тебе нужно отдохнуть. А мы тут работаем. Компания не должна останавливаться из-за твоих... галлюцинаций.
— Галлюцинаций? — Вера шагнула к нему. — Ты называешь галлюцинациями то, что я провела ночь в лесу, привязанная веревками? Смотри.
Она протянула руки. Запястья были стерты до крови, синяки, ссадины — всё на виду.
— Это веревки, Игорь. Настоящие веревки. Которые ты затягивал.
— Я? — Игорь отшатнулся. — Ты совсем с ума сошла? Зачем мне это?
— Не знаю, — Вера пожала плечами. — Может, чтобы захватить компанию? Чтобы получить всё, что я строила пятнадцать лет? Чтобы стать единственным хозяином?
— Чушь! — Игорь ударил кулаком по столу. — У меня и так всё есть! Я твой партнер! У меня доля!
— Двадцать процентов, — кивнула Вера. — А хочешь сто. Я права?
— Это абсурд, — Игорь обвел взглядом собравшихся. — Вы слышите? Она обвиняет меня в покушении на убийство! Меня! Который семь лет рядом!
— Я ничего не слышу, — вдруг подал голос Сидорчук. — Я вижу Веру Андреевну, которая еле стоит на ногах, с окровавленными руками. И я вижу доверенность, которую вы принесли сегодня утром. Я хочу провести экспертизу подписи.
— Какую экспертизу?! — взвился Игорь. — Ты мне не веришь?
— Я юрист, Игорь Вадимович, — спокойно ответил Сидорчук. — Я обязан проверить.
— А я хочу знать, — встала Власова, — где вы были сегодня ночью, Игорь Вадимович? Можете подтвердить?
Игорь побелел. Он переводил взгляд с одного на другого и понимал, что теряет контроль. Те, кто еще час назад кивали на каждом его слове, теперь смотрели на него с подозрением.
— Я был дома, — выдавил он. — Один. Подтвердить некому.
— Как удобно, — усмехнулась Вера.
— А ты?! — Игорь повернулся к ней. — Где ты была, Вера? В каком лесу? Кто тебя спас? Почему ты не позвонила в полицию? Почему сразу приехала сюда с охраной, как на войну?
— Я позвоню в полицию, — пообещала Вера. — Обязательно позвоню. И они зададут тебе те же вопросы. Только в другом месте.
Игорь сжал кулаки. На скулах заходили желваки.
— Ты не понимаешь, Вера, — сказал он тихо, почти ласково. — Если ты начнешь эту войну, я уничтожу тебя. У меня есть компромат. На тебя, на компанию. Я всё расскажу налоговикам, прокуратуре, прессе. Твоя репутация рухнет в один день.
Вера смотрела на него и чувствовала только холод. Раньше бы испугалась. Раньше бы пошла на попятную. Но лес что-то сломал в ней. Или, наоборот, собрал заново.
— Угрожаешь? — спросила она. — Это хорошо. Это значит, что у тебя нет других аргументов.
Она подошла к столу, села во главе — на своё место. Посмотрела на собравшихся.
— Господа, совет директоров объявляю закрытым. Все вопросы решаем в рабочем порядке. Петров, через час жду отчет по финансовым потокам за последнюю неделю. Сидорчук, готовьте документы для полиции. Власова, проследите, чтобы Игорь Вадимович покинул здание. Его пропуск заблокировать.
— Вы не имеете права! — Заорал Игорь. — Я акционер! Я член совета!
— Акционер, — согласилась Вера. — Двадцать процентов. Но не гендиректор. Не заместитель. Не сотрудник компании — с этой минуты. Вопросы будут — через адвокатов. А сейчас — вон.
Она сказала это так спокойно и так весомо, что Игорь отшатнулся. В глазах его мелькнуло что-то похожее на уважение. Или ненависть. Какая разница.
— Ты пожалеешь, Вера, — сказал он, направляясь к двери. — Ты очень пожалеешь.
— Возможно, — кивнула она. — Но сегодня я жива. А ты — всего лишь бывший.
Дверь за ним захлопнулась. Тишина в комнате стояла такая, что слышно было, как тикают часы на стене.
— Вера Андреевна, — первой нарушила молчание Власова. — Вам в больницу надо. Руки...
— Потом, — отмахнулась Вера. — Сначала дело. Петров, отчет через час. Все свободны.
Люди зашевелились, зашуршали бумагами, начали выходить. Вера сидела, глядя в одну точку, и чувствовала, как дрожат руки. Адреналин уходил, оставляя после себя пустоту и слабость.
— Вера Андреевна, — Сидорчук задержался в дверях. — А с полицией? Когда?
— Завтра, — ответила Вера. — Сегодня мне нужно прийти в себя. И кое-что проверить.
— Что именно?
— Откуда у него доверенность. Какой нотариус. Кто подделывал подпись. Это же не он сам, у него почерк другой.
— Я займусь, — пообещал Сидорчук.
— Займитесь. И ещё... найдите официанта из ресторана. Того, что уволился.
— Найдем.
Сидорчук вышел. Вера осталась одна. Она сидела в пустой переговорной, смотрела на свои руки и думала о том, что всё только начинается. Игорь не отступится. Игорь будет мстить. И у него действительно есть компромат. Семь лет рядом — он знает слишком много.
— Господи, — прошептала она. — Дай мне сил.
В дверь постучали.
— Да.
Вошел Сергей Михайлович.
— Я видел, как он уходил, — сказал он. — Белый как мел. Вы молодец.
— Я не молодец, — Вера покачала головой. — Я дура, которая семь лет не замечала змею под боком.
— Не корите себя, — Сергей сел напротив. — Такое случается с самыми умными. Люди умеют притворяться.
— Умеют, — согласилась Вера. — Особенно близкие.
Она помолчала, потом спросила:
— Как думаете, он действительно попытается меня уничтожить?
— Обязательно, — кивнул Сергей. — Такой человек не прощает унижений. Он будет бить по самому больному. По бизнесу, по репутации, по личному.
— По личному — это по кому? У меня никого нет.
— Значит, придумает что-то другое. Он же семь лет рядом. Знает все рычаги.
Вера вздохнула.
— Ладно, будем разбираться. А сейчас... отвезите меня домой. Я хочу в душ и спать. Спать сутки.
— А в больницу?
— Потом. Сама заживет.
Сергей покачал головой, но спорить не стал.
— Поехали.
Они вышли из офиса. В холле охрана провожала Веру взглядами, полными уважения. Она прошла мимо, не замечая. Слишком устала.
В машине она откинулась на сиденье и закрыла глаза. Перед внутренним взором стояло лицо Игоря — его ужас, когда она вошла, его злость, когда понял, что проиграл. И его последние слова: «Ты пожалеешь».
— Пожалею? — прошептала Вера. — Посмотрим.
Машина ехала по вечернему городу. Зажигались огни, люди спешили домой. Обычная жизнь. А у Веры внутри была война.
Она открыла глаза и достала из кармана платок с черникой. Ягоды немного подавились, пустили сок, но пахли всё так же — лесом, свободой, Колей.
— Завтра, — пообещала она себе. — Завтра позвоню. Узнаю, как они.
И снова закрыла глаза.
***
Дома Вера простояла под душем час. Горячая вода смывала грязь, усталость, страх. Она смотрела, как розовая вода уходит в слив, и думала о том, что это, наверное, её кровь. Или просто грязь.
Она вышла, закуталась в халат, села на диван в гостиной. Квартира — сто пятьдесят метров в центре, дизайнерский ремонт, панорамные окна — казалась чужой. Слишком чистой, слишком стерильной. Хотелось в тот дом, с печкой и запахом трав.
Телефон зазвонил. Вера посмотрела на экран — незнакомый номер.
— Слушаю.
— Вера Андреевна? — Голос молодой, взволнованный. — Это Сидорчук. Я нашел официанта.
— Что? — Вера села прямо. — Уже?
— Да. Он не уезжал никуда. Сидит дома, пьет. Я его по адресу пробил, съездил, поговорил. Он сознался.
— В чем сознался?
— Ему заплатили. Пятьдесят тысяч рублей. Чтобы он налил вам в вино какую-то дрянь. Таблетку растворил.
Вера замерла. Вот оно. Подтверждение.
— Кто заплатил?
— Не знает. Мужик какой-то, в куртке, в кепке. Встретились на улице, дал деньги и пузырек с жидкостью. Сказал — подсыплешь, и всё. Он подсыпал.
— Он описание дал?
— Примерное. Рост, вес, походка. Подходит под Игоря Вадимовича. Но точно не он — официант сказал, что мужик был старше, с бородой. Может, нанятый человек.
— Хорошо, — Вера выдохнула. — Что с ним теперь?
— Я его оставил. Сказал, чтобы сидел и не рыпался. Завтра приедет полиция, даст показания.
— Вы молодец, Сидорчук. Спасибо.
— Работаю, Вера Андреевна. Отдыхайте.
Она положила трубку. Значит, Игорь нанял кого-то. Не сам, конечно, не дурак. Умно. Но ниточка тянется к нему. Главное — доказать.
Вера легла на диван, укрылась пледом и провалилась в сон. Без сновидений, глубокий, как пропасть.
***
Разбудил её звонок в дверь. Настойчивый, долгий. Вера посмотрела на часы — десять утра. Она проспала почти двенадцать часов.
— Иду! — крикнула она, натягивая халат.
Открыла дверь. На пороге стоял Сергей Михайлович. Лицо напряженное.
— Вера Андреевна, у нас проблема.
— Какая?
— Игорь Вадимович подал в суд. Требует признать доверенность действительной и восстановить его в должности. Утверждает, что Вы недееспособны.
— Что?
— Он заявил, что вы страдаете психическим расстройством. Что у Вас мания преследования, галлюцинации. И что он действовал в интересах компании, чтобы спасти её от развала.
Вера прислонилась к косяку. Голова закружилась.
— Он с ума сошел?
— Он умен, — покачал головой Сергей. — Очень умен. Он знает, что прямых доказательств его вины у нас нет. Официант видел не его. Подпись на доверенности — экспертиза еще не готова. А он нападает первым.
— И что мне делать?
— Одеваться. Едем к адвокату. И к психиатру. Нам нужно заключение, что Вы здоровы.
— Я здорова, — Вера усмехнулась. — Разве что после леса немного...
— Вот именно. «После леса» — это аргумент для его защиты. Скажут — стресс, помутнение, она сама не понимает, что говорит. Нам нужно опередить.
Вера кивнула и пошла одеваться.
Через полчаса они уже сидели в кабинете адвоката — пожилого, опытного, с глазами-рентгенами. Он выслушал, покивал, постучал пальцами по столу.
— Ситуация хреновая, — сказал он честно. — Не смертельная, но хреновая. У него есть компромат на компанию?
— Есть, — признала Вера. — Семь лет рядом, знает все схемы.
— Значит, будет шантажировать. Предложит сделку: он молчит, Вы не преследуете.
— Я не соглашусь.
— Согласитесь, — адвокат посмотрел на неё поверх очков. — Если он сдаст компанию налоговикам, Вы сядете. Вы, не он. Он — свидетель. А Вы — подсудимая.
Вера замерла.
— Но я ничего не делала.
— Вы уверены? — адвокат приподнял бровь. — За пятнадцать лет бизнеса — ни одного спорного момента? Ни одной серой схемы? В нашей стране?
Вера промолчала. Конечно, были. У всех были. Оптимизация налогов, серые зарплаты, откаты. Без этого в строительстве никак.
— Вот видите, — адвокат развел руками. — Он это знает. И использует.
— И что делать?
— Играть. Делать вид, что Вы готовы к переговорам. Параллельно собирать доказательства его вины в покушении на убийство. Если мы докажем, что он пытался Вас убить, его слова ничего не будут стоить. Убийцам не верят.
— А если не докажем?
— Тогда будете договариваться. Делить компанию. Откупаться.
Вера сжала кулаки. Пальцы заболели — стертые запястья напомнили о себе.
— Я не буду договариваться с человеком, который меня убивал.
— Вера Андреевна, — адвокат вздохнул. — В Вашем положении не до амбиций. Сначала выжить, потом мстить.
Она вышла из кабинета с тяжелой головой. Сергей ждал в коридоре.
— Ну что?
— Хреново, — повторила Вера его же слово. — Очень хреново.
Они спустились вниз, сели в машину. Вера смотрела в окно и думала. Выхода не было. Или почти не было.
Телефон зазвонил. Номер — деревенский, тети Нюры.
— Слушаю, — Вера ответила быстро.
— Вера Андреевна? — Голос бабушки Веры. Старческой, дрожащий. — Это я, баба Вера. Извиняйте, что беспокою, но тут такое...
— Что случилось? — Сердце Веры упало.
— К Кольке вчера приходили, — голос бабушки дрожал. — Мужики какие-то. Спрашивали про вас. Кто такая, откуда, где сейчас. Колька сказал — не знаю. Они ушли, но... страшно нам, Вера Андреевна. Очень страшно.
Вера замерла. Холод пополз по спине.
— Они что-то сделали? Коле?
— Нет, не тронули. Только спрашивали. Но Колька напугался, всю ночь не спал. Матвей с ружьем на крыльце сидел. Мы думаем, может, Вы забрали бы его? На время? Пока тут тихо?
— Забрать? — Вера растерялась. — В город?
— А куда ж еще? Тут у нас глушь, если придут — никто не поможет. А у Вас охрана, город. Спрячете?
Вера смотрела на Сергея. Тот напрягся, слушая разговор.
— Баб Вера, дайте мне подумать. Я перезвоню.
— Думай, милая. Только быстро. Очень быстро.
Она отключилась и повернулась к Сергею.
— Игорь нашел спасителей. Тех, кто меня вытащил из леса.
— Что?
— Люди приходили в деревню. Расспрашивали про меня. Про Колю.
Сергей выругался сквозь зубы.
— Он ищет свидетелей. Если найдет — уберет. И мальчика уберет, чтоб не болтал.
— Я знаю, — Вера почувствовала, как сердце сжимается. — Надо их забирать. Срочно.
— Куда?
— К себе. В квартиру. Или на дачу. Куда-то, где охрана.
— Вера Андреевна, — Сергей покачал головой. — Вы понимаете, что это опасно? Если Игорь узнает, что они у Вас...
— Он уже знает, что они есть. Им там нельзя оставаться. Поехали.
— Сейчас?
— Сейчас.
Машина развернулась и понеслась за город.
***
Дорога назад показалась Вере бесконечной. Те же пейзажи, тот же лес, только теперь она смотрела на него другими глазами. Там, в этих деревьях, скрывалась деревня, где жили люди, рискнувшие жизнью ради неё. И теперь они в опасности из-за неё.
— Быстрее, — сказала она водителю.
— Стараюсь, Вера Андреевна, — ответил тот, не оборачиваясь.
Сергей сидел рядом, молчал, но Вера чувствовала — он тоже напряжен. Два часа дороги. Два часа неизвестности.
— С ними мои люди, — сказал он, словно угадав мысли. — Я отправил двоих, как только вы сказали. Они уже там.
— Спасибо, — выдохнула Вера.
— Не за что. Это моя работа.
Наконец показался поворот на проселок. Машина запрыгала по ухабам, поднимая пыль. Вера вцепилась в поручень и смотрела вперед, пытаясь разглядеть знакомые крыши.
Вот и деревня. Вот дом тети Нюры. Вот их дом — крайний, с покосившимся забором.
У калитки стояла знакомая черная машина — люди Сергея уже были здесь.
Вера выскочила, не дожидаясь, пока водитель остановится. Подбежала к калитке и замерла.
На крыльце сидел Коля. Бледный, с красными глазами, прижимал к себе какую-то игрушку — старого плюшевого зайца. Увидел Веру, вскочил и бросился к ней.
— Тётя Вера! — Закричал он, врезаясь в неё и обнимая за ноги. — Тётя Вера, приехали! А я боялся, что не приедете!
Вера присела, обняла его, прижала к себе.
— Я же обещала, Коля. Я всегда выполняю обещания.
Из дома вышли бабушка Вера и Матвей. За ними — двое охранников Сергея.
— Слава богу, — бабушка перекрестилась. — Успели.
— Что случилось? — Спросила Вера, поднимаясь.
— Вчера вечером, — начал Матвей, прикуривая дрожащими руками. — Сидели ужинали. Стук в дверь. Колька открыл — думал, сосед. А там двое. Не местные, городские. В куртках, бейсболках.
— Что спрашивали?
— Про тебя. Кто такая, откуда взялась, где сейчас, надолго ли уехала. Колька сказал — не знаю, тетя уехала. Они ещё спросили — куда? Он сказал — в город, обратно. Они переглянулись и ушли.
— Угрожали?
— Нет. Но смотрели так... нехорошо. Я ружье взял, сел на крыльце. Всю ночь просидел. Бабка с Колькой в доме, дверь на засов.
Вера посмотрела на Сергея. Тот кивнул:
— Мои люди проверили окрестности. Никого. Но могли вернуться.
— Собирайтесь, — сказала Вера. — Поедете с нами.
— Куда? — спросила бабушка.
— В город. Ко мне. Поживете, пока всё не уляжется.
— В город? — Матвей покачал головой. — Мы деревенские, Вера Андреевна. Мы в городе пропадем.
— Не пропадете. У меня квартира большая. Охрана. Продукты. Всё будет.
— Дед, поехали! — Коля подпрыгнул. — В город! Я город не видел никогда!
Матвей посмотрел на бабушку. Та вздохнула, перекрестилась.
— Видно, судьба, Матвей. Раз Господь свёл, не отказываться.
Матвей помолчал, потом махнул рукой:
— Собирайся, бабка. Коля, бери вещи.
Через полчаса они сидели в машине. Коля прилип к окну, разглядывая мелькающие деревья. Бабушка Вера сжимала в руках узелок с какими-то травами. Матвей молчал, глядя прямо перед собой.
— Не бойтесь, — сказала Вера. — Всё будет хорошо.
— А мы не боимся, — ответил Матвей. — Мы старые, нам бояться нечего. За Кольку боимся.
— За Кольку я отвечаю, — пообещала Вера. — Никто его не тронет.
Машина въехала в город. Коля ахал, глядя на высотки, на рекламные щиты, на мосты.
— Тётя Вера, а это что? А это? А тут люди живут? А высоко как!
Вера улыбалась, отвечала, но мысли были далеко. Игорь. Его люди. Что дальше?
Они подъехали к её дому. Элитная высотка, охрана на входе, шлагбаум, подземный паркинг.
— Ого, — сказал Коля, выходя из машины. — Как в кино.
В доме было чисто, пахло кофе и цветами. Консьержка поклонилась, с любопытством разглядывая деревенских гостей.
Лифт поднял их на пятнадцатый этаж. Вера открыла дверь и пропустила гостей вперед.
— Заходите. Располагайтесь.
Бабушка Вера ахнула, переступив порог. Матвей крякнул. Коля замер с открытым ртом.
Квартира Веры была огромной. Дизайнерский ремонт, панорамные окна, мягкая мебель, картины на стенах. Пол из светлого дерева, на кухне — мрамор, в гостиной — камин.
— Господи, — прошептала бабушка. — Это ж сколько метров?
— Сто пятьдесят, — ответила Вера. — Но вы не смотрите на метры. Проходите, садитесь. Я чай поставлю.
Коля уже носился по комнатам, разглядывая всё подряд.
— Тётя Вера, а это что? А это? А тут телевизор большой? А можно включить?
— Всё можно, Коля. Только обувь сними.
Матвей сел на край дивана, как на лавку в избе — прямо, неудобно. Бабушка примостилась рядом, оглядываясь.
— Не думали, что в таких хоромах окажемся, — сказала она. — Спасибо, Вера Андреевна.
— Это Вам спасибо, — Вера принесла чай, поставила на столик. — Вы мне жизнь спасли. Я теперь перед вами в долгу.
— Никакого долгу нет, — махнул рукой Матвей. — Человек человеку — брат. Так и надо.
Вера села напротив, посмотрела на них. Обычные деревенские старики. Уставшие, мудрые, добрые. И Коля — светлый лучик в её темной жизни.
— Вы поживите пока здесь, — сказала она. — Еды полно, в холодильнике всё есть. Если что надо — скажете Сергею Михайловичу, он привезет.
— А долго нам тут? — спросил Матвей.
— Не знаю. Пока не поймают тех, кто меня... кто в лесу оставил.
— Это тот, Игорь, что ли? — прищурился старик.
— Похоже на то, — вздохнула Вера. — Но доказательств мало. Он хитрый.
— Хитрый, — согласился Матвей. — А мы хитрее. Ничего, Вера Андреевна. Прорвемся.
Коля подбежал, уселся на пол у ног Веры.
— Тётя Вера, а можно я тут останусь? Насовсем? Тут красиво.
Вера погладила его по голове.
— Посмотрим, Коля. Посмотрим.
***
Ночью Вера не спала. Сидела на кухне, пила чай и смотрела в окно на огни города. Мысли крутились вокруг одного: как победить Игоря?
Он был умен. Очень умен. Семь лет рядом — он знал все её слабости, все тайны, все схемы. Он знал, что она не пойдет в полицию без железных доказательств — слишком много теневых пятен в бизнесе. Он знал, что она не сможет его остановить.
Или сможет?
Телефон зазвонил. Ночной звонок — всегда плохой знак.
— Слушаю.
— Вера Андреевна, — голос Сидорчука, взволнованный. — У нас проблема. Экспертиза подписи на доверенности показала — подпись Ваша.
— Что? — Вера села прямо. — Не может быть.
— Может. Эксперты говорят — девяносто пять процентов совпадения. Ваша подпись.
— Но я не подписывала!
— Значит, подделали очень качественно. У него был доступ к Вашим документам? К образцам подписи?
— Был. Конечно, был. Семь лет.
— Вот. Он мог тренироваться. Или нанять кого-то, кто умеет подделывать.
— И что теперь?
— Суд примет доверенность как действительную. Если не докажем, что она поддельная.
— Как доказать?
— Искать нотариуса. Того, кто заверял. Если он скажет, что Вы лично не приходили — это аргумент.
— Найти нотариуса — это Ваша работа.
— Ищу. Но пока глухо.
Вера отключилась и уставилась в темноту. Подпись. Её собственная подпись, которую Игорь научился подделывать. Семь лет учился. Семь лет готовил предательство.
В дверь тихонько постучали.
— Да.
Вошел Коля в длинной ночной рубашке, босой, с зайцем под мышкой.
— Тёть Вер, я не сплю. Страшно.
— Иди сюда, — Вера похлопала по дивану рядом.
Коля забрался, прижался к ней.
— Чего боишься?
— Тех дядек, что приходили. Вдруг они сюда придут?
— Не придут. Тут охрана. И дед Серёжа с ружьем.
— У деда Серёжи нет ружья, — возразил Коля. — У него пистолет. Я видел.
— Тем более. Спи.
Коля помолчал, потом спросил:
— Тёть Вер, а Вы их поймаете? Тех, кто Вас привязал?
— Поймаю.
— А они в тюрьме сидеть будут?
— Будут.
— Хорошо, — Коля вздохнул и закрыл глаза. — А Вы мне завтра город покажете?
— Покажу.
— Честно?
— Честно.
Коля засопел, засыпая. Вера смотрела на него и чувствовала, как внутри разливается тепло. Маленький человек, который стал ей родным за какие-то два дня.
— Спи, малыш, — прошептала она. — Я никому тебя не отдам.
Утро началось со звонка адвоката.
— Вера Андреевна, есть новости. Плохие.
— Какие?
— Игорь Вадимович подал заявление в прокуратуру. О финансовых махинациях в вашей компании.
— Что?!
— Он сдал схемы. Серые зарплаты, откаты, уход от налогов. Всё, что знал.
Вера замерла. Вот оно. Началось.
— И что теперь?
— Прокуратура начала проверку. Вызывают Вас на допрос. Завтра в десять.
— Я поняла.
— Вера Андреевна, готовьтесь. Это серьезно.
— Я знаю.
Она отключилась и долго сидела, глядя в одну точку. Игорь играл по-крупному. Он не просто хотел отомстить — он хотел уничтожить. Посадить. Стереть с лица земли.
— Не выйдет, — сказала она вслух. — Не на ту напал.
Она встала, оделась и пошла будить гостей.
— Подъем, — сказала она. — Сегодня едем смотреть город.
Коля вскочил мгновенно. Бабушка засуетилась. Матвей хмуро посмотрел на Веру.
— А тебе не до того сейчас, Вера Андреевна. У тебя война.
— Война войной, а обед по расписанию, — улыбнулась Вера. — И детям нужно внимание. Поехали.
Они провели день в городе. Коля ахал в метро, разглядывал витрины, ел мороженое на набережной. Бабушка крестилась на церкви. Матвей молчал, но Вера видела — ему нравится.
К вечеру они вернулись домой уставшие, но счастливые. Коля уснул на руках у Веры, пока она несла его из машины.
— Спасибо, — сказала бабушка, когда Вера уложила Колю. — Ты добрая, Вера. Несмотря на всё.
— Я не добрая, — покачала головой Вера. — Я просто... живая. Благодаря Вам.
Они сидели на кухне, пили чай. Матвей молча курил в форточку.
— Завтра у меня допрос, — сказала Вера. — Игорь настучал в прокуратуру. Могут завести дело.
— А ты что? — спросил Матвей.
— Буду защищаться. У меня хороший адвокат.
— А если не поможет?
Вера посмотрела на него.
— Тогда сяду.
— Надолго?
— Могут дать лет пять. А могут и десять.
Бабушка охнула. Матвей покачал головой.
— Не сядешь, — сказал он твердо. — Мы не дадим.
— Вы? — удивилась Вера. — А что Вы можете?
— А вот увидишь, — Матвей загасил окурок. — Мы, Вера, хоть и деревенские, а кое-что умеем. Ты нам жизнь Кольке спасла — мы теперь за тебя горой.
Вера улыбнулась сквозь слезы.
— Спасибо, Матвей.
— Не за что. Давай спать. Завтра трудный день.
Она легла, но долго не могла уснуть. Смотрела в потолок и думала: как же всё переплелось. Лес, веревки, мальчик, старики, Игорь, прокуратура. Жизнь — как американские горки. Только остановиться нельзя.
— Я справлюсь, — прошептала она. — Я справлюсь.
И провалилась в сон.
Продолжение здесь:
Нравится рассказ? Тогда порадуйте автора! Поблагодарите ДОНАТОМ за труд! Для этого нажмите на черный баннер ниже:
Начало здесь:
Пожалуйста, оставьте пару слов нашему автору в комментариях и нажмите обязательно ЛАЙК, ПОДПИСКА, чтобы ничего не пропустить и дальше. Виктория будет вне себя от счастья и внимания!
Можете скинуть ДОНАТ, нажав на кнопку ПОДДЕРЖАТЬ - это ей для вдохновения. Благодарим, желаем приятного дня или вечера, крепкого здоровья и счастья, наши друзья!)