Начало, первая глава *** Двадцать первая глава
Во рту пересохло настолько, что язык словно прилип к нёбу. Лиза потянулась к стакану с водой на тумбочке, но едва сделав глоток, поморщилась — тёплая, отдающая лекарственной горечью жидкость не приносила облегчения, только усиливала жажду. Придётся спуститься вниз, выпить нормальной, прохладной воды.
Она выскользнула из комнаты и замерла в полумраке коридора. Взгляд сам собой приклеился к двери спальни Марата, и сердце вдруг зашлось в груди — часто, тревожно, сладко.
Он уже лёг?
Нет, глупая. Он же сказал — будет ужинать позже.
Значит, они встретятся на кухне.
От этой мысли по коже пробежала волнительная дрожь, рассыпалась мурашками по плечам, по спине, заставила задержать дыхание.
Лиза приблизилась к лестнице и вдруг услышала снизу испуганный, сбивчивый голос мамы. Та явно оправдывалась, в чём-то убеждала — и перед кем? Перед Маратом. Сердце ухнуло вниз. Что случилось? Что мама могла сделать не так?
Она сбежала по ступенькам, не чувствуя ног, и застыла на пороге гостиной. Марат стоял посреди комнаты — и это был не тот мужчина, с которым она говорила час назад. Перед ней стояло настоящее Чудовище: хищный, напряжённый, с горящим взглядом, готовый разорвать любого, кто посмеет угрожать его семье.
— Что здесь происходит? — Голос Лизы прозвучал хрипло, она переводила испуганный взгляд с Марата на маму и обратно.
— Всё хорошо, Лиза... — начала мама, но Марат перебил:
— Действительно? — В его голосе звенел лёд. — Быть может, вы расскажете своей дочери, с кем только что говорили по телефону?
Лизе показалось, что воздух закончился в комнате. Она попыталась вдохнуть — и не смогла. Грудную клетку сдавило стальным обручем, перед глазами поплыли тёмные пятна. Сейчас она рухнет в обморок. Как беременная, честное слово!
Мысль ударила током, заставив похолодеть. Беременная? От Евгения? Но у них ничего не было несколько недель... Нет, это невозможно. Она отогнала наваждение и сосредоточилась на маме.
Та стояла с гордо поднятым подбородком, но Лиза видела, как дрожит её нижняя губа.
— Я говорила со своей постоянной заказчицей, — голос мамы звучал твёрдо, но в глазах плескалась обида. — Которой шью вечерние платья в свободное время.
И Лиза поняла.
— Марат, пожалуйста, не руби сгоряча! — Она шагнула к нему, умоляюще глядя в глаза. — Это не та Алла Викторовна! Совсем не та! Мама шьёт одежду для директора школы, в которой я училась. — Она почти выхватила телефон из маминых рук, открыла журнал звонков и сунула экран прямо в лицо мужчине. — Боже, посмотри хотя бы на номер! Хочешь, позвони со своего телефона прямо сейчас и убедись, что это не та женщина?!
Марат смотрел на неё, и в его глазах всё ещё плескалось недоверие. Лиза видела это, чувствовала каждой клеточкой, и от этого становилось физически больно. Обидно до слёз, когда ты не сделал ничего плохого, а тебе не верят. А как же тогда маме? Каково ей?
— Пожалуйста, перезвони! — настаивала Лиза, вкладывая в слова всю отчаянную мольбу.
Марат достал свой телефон, покрутил его в руках, набрал номер... И вдруг убрал.
— Нет. — Он мотнул головой и посмотрел на маму Лизы. — Я не буду перезванивать. Простите, Таисия Павловна. — Голос его звучал глухо, с надрывом. — За то, что обидел вас. Всё слишком сложно. Когда на кону безопасность ребёнка, приходится быть чересчур осторожным. Мне, правда, очень жаль.
— Всё в порядке, — ответила мама, но Лиза видела — не в порядке. Поведение мужчины ударило её под дых, оставило там болезненный синяк.
— Да нет, не в порядке. — Марат провёл рукой по лицу, словно пытаясь стереть с него напряжение. — Мне нужно учиться доверять людям. — Он посмотрел на маму с такой искренней виной, что Лиза на мгновение поверила в его раскаяние. — Как я могу искупить вину?
— Научитесь доверять людям, — тихо ответила мама и, бросив на Лизу быстрый взгляд, полный многозначительности, удалилась.
Этот взгляд говорил яснее всяких слов: «Мы поговорим сегодня наедине».
Лиза осталась с Маратом в гостиной, и тишина между ними звенела, натягиваясь до предела. Ото сна не осталось и следа. Она смотрела на мужчину, который ещё недавно казался ей Чудовищем, и чувствовала, как душу раздирают противоречия. С одной стороны — неудержимое притяжение, магнетическая тяга к нему. С другой — обида, что он во всех видит угрозу.
— Извини... — Марат первым нарушил молчание. — Мне не стоило срываться. Когда я услышал это имя, в голове что-то перемкнуло.
— Тебе не нужно извиняться передо мной. — Лиза покачала головой.
Марат взял поднос, который оставил на тумбе.
— А ты почему встала? Ты же хотела спать.
— Захотелось прохладной воды.
— Тогда идём на кухню. — Он кивнул в сторону коридора.
С Алисой они не пересеклись — и это было к лучшему. Лиза не чувствовала в себе сил выдавливать фальшивые улыбки, особенно перед девочкой, которая была так искренна с ней.
Они вошли на кухню в полном молчании. Марат поставил поднос в мойку, включил воду. Лиза на мгновение замерла — неужели он собрался мыть посуду вручную? Но мужчина просто сполоснул руки и обернулся к ней. Она поспешно налила себе воды из кулера, лишь бы не встречаться с этим пронзительным взглядом.
— Я не знаю, как защитить дочь, Лиза. — Голос Марата звучал устало, обречённо. — Наверное, я превращаюсь в параноика. Везде вижу угрозу.
— Понимаю. — Она кивнула, делая глоток.
Марат подошёл к столу, тяжело опустился на стул и обхватил голову руками. Пальцы массировали виски, словно пытаясь унять невидимую боль. Телефон он положил на столешницу, и экран светился — мужчина забыл его заблокировать.
Лиза хотела сказать об этом, но слова застряли в горле. Она сделала ещё несколько глотков и вдруг поняла, что напилась. Пора уходить. Но ноги не слушались.
— Ты веришь, что мы не причиним Алисе зла? — спросила она, надеясь услышать что-то, что успокоит её израненную душу.
— Да. — Марат поднял на неё глаза. — Конечно, да. Прости ещё раз.
Он встал, подошёл к кофеварке, принялся заправлять её. Лиза приблизилась к столу — и взгляд её невольно упал на экран телефона.
«Олег, пробей, пожалуйста, кому принадлежит этот номер».
Сердце оборвалось и рухнуло куда-то в бездну.
Он не просто так крутил телефон в руках, когда она предлагала позвонить директору школы. Он проверял. Не доверял. И это недоверие было сейчас написано чёрным по белому на светящемся экране.
Лизе стало обидно. До слёз, до дрожи, до желания провалиться сквозь землю. Она молча пожёвывала губу, допила воду, поставила стакан на место.
— Спокойной ночи. — Голос предательски дрогнул. — Теперь я действительно пойду спать.
Она выбежала из кухни, не дожидаясь ответа. На глаза наворачивались слёзы, и она не хотела, чтобы он их видел.
***
Мама пришла в её комнату довольно быстро. По мрачному, осунувшемуся лицу Лиза поняла — Марат не произвёл на неё впечатления.
— Мама, только не говори, что я должна бросить всё... — выдохнула она, опережая возможные слова. — Алиса верит мне. Не знаю, что насчёт Марата, но девочка ни в чём не виновата.
— Я и не собиралась этого говорить. — Мама покачала головой, прошла к кровати, присела на край. — С одной стороны, мужика понять можно. У него паранойя. А с другой... — Она вздохнула. — Ну разве это мужик, если так эмоционально реагирует на всё?
Лиза прикусила губу, отвела взгляд. Оправдывать Марата не хотелось, но она прекрасно его понимала. Обида внутри ещё плескалась, саднила, но сама она, окажись на его месте, поступила бы точно так же. Боролась бы за безопасность своего ребёнка, маниакально проверяла каждого, кто приближается.
— Я увидела всё, что должна была. — Мама вдруг хитро улыбнулась. — Ты влюбилась в него.
— С чего ты взяла? — Лиза нахмурилась, чувствуя, как щёки заливает румянцем.
— По взгляду твоему бегающему видно. — Мама покачала головой. — А он сам знает? Как он к тебе относится? Учитывая его недоверие, я боюсь, что твоё сердце разобьют.
Лиза рассказала о предложении Марата — о фиктивном браке, о деньгах, о защите. Мама слушала молча, только кивала, давая выговориться.
— Может, оно и правильно, — задумчиво произнесла она, когда Лиза закончила. — Когда выходишь замуж по расчёту, не ждёшь большой любви. Там начинаешь строить семью, и только от тебя зависит, во что она перерастёт.
Лиза поджала губы.
— Но это не ваш случай, Лизонька. — Мама посмотрела на неё с материнской теплотой. — Потому что ты уже влюбилась. Вам нужно поговорить, объясниться. — Она помолчала. — Я пока помогу с Алисой, если Ксюша не выдернет. Утром только в больницу съезжу, отца проведаю, а потом вернусь и займусь девочкой.
— Мам, ты сильно рано не выезжай. — Лиза поймала её руку. — Я поговорю с Маратом, он даст тебе охранника. Беркута, с которым ты вчера приехала.
— Беркут... Орёл... — Мама усмехнулась. — Совсем у людей фантазии нет, раз клички себе такие придумывают. — Она вздохнула. — Не уверена, что хочу, чтобы за мной следили, но если твоему Марату это поможет научиться доверять — я согласна.
Она поднялась, улыбнулась уголками губ. Лиза видела — мама устала, а ещё это обвинение выбило её из колеи. До сих пор было немного не по себе, хоть она и старалась не подавать виду. Но мама отходчивая. Завтра забудет. А пока ей нужно отдохнуть.
— Пойду я. — Мама погладила Лизу по голове. — Ты спи. Тебе восстанавливаться надо быстрее.
Лиза кивнула, пожелала спокойной ночи и осталась одна.
Обида, которую удалось было заглушить, снова подняла голову, заскребла когтями по сердцу. Она достала телефон, чтобы поставить будильник, и замерла.
Несколько пропущенных. От Евгения.
Ей уже начало казаться, что он исчез из её жизни навсегда. А он вдруг появился снова.
Она открыла сообщение и едва не выронила телефон от неожиданности. Фотография. Евгений набил татуировку с её именем. Зачем? Что за безумная одержимость?
Телефон завибрировал — он увидел, что она в сети, и строчил новые сообщения. Лиза боролась с желанием занести его в чёрный список, но что-то останавливало. Жалость? Воспоминания о том хорошем, что между ними было когда-то?
Евгений: «Привет! Не спится?»
Она промолчала.
Евгений: «Я понимаю, что ты не хочешь верить мне, но всё это было ради нашего будущего».
Ради их будущего? Измена с начальницей? Чтобы та дала Лизе повышение? Звучало как бред сумасшедшего. Если он действительно думал, что им будет лучше от его измены, то сильно ошибался. Евгений даже не подозревал, что стал простой пешкой в игре искусной Аллы Викторовны. Или он куда умнее, чем кажется, и знал всё с самого начала?
Мысли пульсировали в голове раскалёнными иглами. Лиза хотела спросить его напрямую, но бывший опередил:
Евгений: «Ты же понимаешь, что не просто так оказалась в доме этого Чудовища? Это был план, в котором я участвовал... Но я передумал! Я схожу с ума от мысли, что он может прикасаться к тебе. Я сам обеспечу нашу семью! Только прости меня и вернись ко мне, Лиза!».
Пальцы дрожали, когда она набирала ответ. Осторожно, но твёрдо:
Лиза: «Жень, между нами всё кончено. Пожалуйста, услышь меня и прими это».
Она убрала телефон, выключила звук и закрыла глаза. Волнение захлёстывало с головой, не давая успокоиться. Дурное предчувствие расползалось внутри, оставляя ядовитые следы.
***
Она провалилась в сон быстро, как в чёрную бездну, а проснулась оттого, что в комнату кто-то заглянул. Распахнула глаза — на пороге стоял Марат.
Сердце подпрыгнуло к горлу. Лиза смущённо натянула одеяло до подбородка, а мужчина тут же засуетился, принялся извиняться:
— Я беспокоился, уже много времени, а ты всё спишь... Прости, что открыл дверь без стука. Твоя мама ещё в больнице, я попросил бы её посмотреть, в порядке ли ты, но не знал, когда она вернётся...
— Доброе утро! — Голос охрип со сна. — Ничего страшного.
Она вспомнила, что вчера выключила звук, и мысленно обругала себя. Будильник не прозвенел. Она глянула на часы и ахнула — полдень! Вот это она поспала!
Тяжело вздохнув, Лиза потянулась к телефону и случайно открыла переписку с Евгением. Взгляд приклеился к последнему сообщению:
Евгений: «Скоро у Чудовища не останется ничего. Нужен ли он будет тебе без денег?».
Ледяная волна прокатилась по позвоночнику. Лиза подняла взгляд на Марата, стоящего в дверях, и изо всех сил постаралась скрыть охватившую её панику. Неужели тёща решила, что у неё получится разорить его? И что тогда будет со всеми ними?