Я в двух шагах от дома! И я прибавил шагу, решив срезать путь: пройти дворами, а потом через сквер. Но во дворах проходы были расчищены, хотя и снова засыпаны снегом, а в сквере оказалась нетронутая снежная пустыня с единственной цепочкой следов. Я пошел по следам – очень уж не хотелось возвращаться и обходить. Следы были маленькие, и я подумал, что пробежал ребенок. Но это оказалась девушка в голубой куртке с белой опушкой – действительно маленького росточка: она сидела на скамейке и плакала. Я не сразу ее заметил, потому что смотрел на следы и буквально наткнулся на скамейку. Увидев меня, девушка перестала плакать и принялась утирать глаза бумажным платочком. Я растерянно на нее таращился, не зная, что делать. Потом сказал:
– Разве Снегурочкам положено плакать?
– Я не Снегурочка. Я просто девушка.
– Это прекрасно, что ты просто девушка! А то – что бы мы делали весной?
– Весной?
– Снегурочки весной тают. А ты не растаешь. Разве это не счастье?
– Тоже верно.
– Я могу тебе чем-нибудь помочь?
– Да нет, наверно. Я варежку потеряла. Я понимаю, это смешно: сидит взрослая дурында и рыдает из-за варежки! Но их мама связала, понимаешь? А мама… В общем, ее больше нет. А я мамину варежку потеряла, дура такая!
И девушка снова заплакала.
– Очень тебе сочувствую! И понимаю. Полгода назад умерла моя любимая бабушка, так что…
– А я всего три месяца без мамы. Мы всегда вдвоем были. Конечно, я не из-за варежки плачу. Просто это было последней каплей.
– Я понимаю. Слушай, как странно: ты потеряла, а я нашел варежку! Сейчас…
Я полез в карман и вынул варежку. Но это была голубая варежка с белой снежинкой, а я четко помнил, что на ярмарке поднял красную!
– Ой! – воскликнула девушка. – Это же моя! Ты нашел мою варежку! Ура! Наверно, ты шел по моим следам!
– Наверно… – растерянно сказал я и снова полез в карман, словно надеясь найти там еще и красную варежку. Но вместо нее обнаружил брелок с ключами. Мой брелок с моими ключами! Раньше их точно не было. Значит… Значит я могу попасть домой!
– Спасибо тебе! – тем временем тараторила девушка. – Слушай, а может, ты меня проводишь до вокзала? Раз варежка нашлась, я, пожалуй, поеду домой. Конечно, встречать Новый год в поезде как-то странно, но еще хуже – одной в номере гостиницы. Я приехала сюда к папе, а они с женой, оказывается, уехали на праздники…
–Так, – решительно сказал я, сжимая в руке ключи. – Подожди. Сейчас мы с тобой познакомимся. Меня зовут Матвей Иванов. Мне 28 лет, не женат, временно безработный. Некоторое время я… Ну, в общем, находился на распутье, скажем так. Но теперь знаю, как жить. Вот. А ты?
– Я Луша…
– Луша?! Какое милое имя! Это Лукерья?
– Нет, Гликерия! Лукерья – простонародный вариант, но мне нравится. Гликерия Стасевич.
– Красиво!
– Я работаю в детском саду. И мечтаю много путешествовать!
– Здорово. Годится. Ну вот, теперь мы с тобой знакомы, значит, я могу пригласить тебя в гости. Давай вместе встречать Новый год? Если ты опасаешься, я могу оставить тебя и уйти к родителям, это недалеко. Все лучше, чем в поезде!
– Лучше, конечно! А я никакие твои планы не нарушу?
– Да нет у меня никаких планов. Я вообще в последнее время несколько выпал из реальности. В компьютере зависал. В одной игре. Вот, даже про Новый год только сегодня узнал.
– А во что ты играешь? Я тоже люблю, особенно всякие бродилки. Только я не очень опытный игрок.
– Я тебе потом расскажу. Ну что, пошли? А то холодно. А по дороге ты мне расскажешь, что с тобой случилось, ладно? У меня, правда, вряд ли есть дома хоть какая-нибудь еда, но зато магазин на первом этаже. Накупим всякого разного. Шампанского хорошо бы. А то какой Новый год без шампанского?
– А у меня пироги с собой! Я напекла, хотела папу порадовать, но не вышло. Их можно в микроволновке разогреть. У тебя есть микроволновка?
– Есть.
– Только мне сначала надо сову повесить.
– Какую сову?! Зачем ее вешать?
– Ёлочную! Мама собирала ёлочных сов. А когда ее не стало… Я вдруг поняла, что совы хотят на волю, понимаешь? Ну, я и развесила их по городу. Гуляла и пристраивала на деревья, а потом представляла, как кто-то удивляется, найдя сову. Правда, здорово?
– Супер! Слушай, ты… ты просто необыкновенная!
– Скажешь тоже. Ну вот, а это последняя осталась. Я хотела ее папе отдать. На память. Не вышло – и ладно, тут пристроим. Ты повесишь куда-нибудь на ветку? А то я не достану.
Луша достала из кармана ёлочную сову, и я ахнул: это была точная копия Белой Совы из игры! У меня задрожали руки:
– А можно… Можно мне ее взять? Для меня это очень важно!
– Конечно! Я вообще-то сразу думала подарить тебе сову. Но засомневалась. А раз важно, то забирай. Я рада!
– Спасибо! – сказал я с чувством и осторожно убрал сову в карман. Некоторое время мы с Лушей смотрели друг на друга и улыбались.
– Пойдем? Где твои пироги?
Я протянул Луше руку, помогая подняться. Подхватил пакет с пирогами, и мы двинулись по сугробам. Шел медленный торжественный снег. Рук мы так и не разняли, и ощущение маленькой Лушиной ручки в моей ладони оказалось таким ярким чувственным переживанием, что никакой предыдущий опыт не шел в сравнение. Впрочем, я ни с кем никогда и не ходил, взявшись за руки…
– Я, конечно, сама виновата! – говорила тем временем Луша. – Меня все зазывали в гости: мои друзья, мамины, и даже папа. А я… Друзьям сказала, что поеду к папе, а папе – что буду у друзей. Мне хотелось встретить Новый год только с мамой! Понимаешь?
– Понимаю.
– А потом я передумала. Проснулась сегодня рано утром и поняла, что… В общем, решила рвануть к папе. Он меня несколько раз приглашал, а мне не очень хотелось: его новая жена всего на два года меня старше, представляешь? Ну, и зачем я ей в Новый год? Ты не думай, папа… Он хороший! Они с мамой развелись, когда мне восемь лет было, но он всегда помогал: алименты платил, дорогие подарки делал, на зимние каникулы меня забирал – водил на ёлки. А летом к морю возил. Потом, правда, перестал, да и я выросла. Ну вот. Приехала с пирогами – я их еще вчера напекла, а никого дома нет. Консьержка сказала, что они на все праздники заграницу умотали. А я даже не догадалась позвонить папе. Дай, думаю, сюрприз сделаю.
– Да уж, сюрприз удался. Но зато мы с тобой встретились! А то, как бы еще познакомились?
– Ну да, верно… А вот ты сказал, что теперь знаешь, как жить! И как?
– Ох… Ну, это я немного самоуверенно заявил, признаюсь. На самом деле я знаю, как не хочу жить – так, как раньше, когда моей жизнью управляли родители, начальники… Да все, кому не лень! Только бабушка всегда говорила, чтобы я слушал себя, жил своим умом и не боялся перемен. В общем, чтобы не брал с нее пример! Потому что она вышла за деда по указке родителей, а сама его никогда не любила, но всю жизнь с ним прожила. Она была мягкая, уступчивая, а дед решительный, упёртый. Все всегда лучше всех знал. И моя мама, его дочь, такая же. А папа под ее дудку пляшет. Бабушка признавалась, что думала уйти от деда, но… Тогда не принято было так поступать: семья – это святое. Нет, дед ее не обижал! Просто не принимал в расчет ее чувства, желания и мечты. Бабушка не хотела мне такой судьбы. А я плыл по течению. Теперь не хочу! Знаешь, о чем я мечтал? Только не смейся!
– Ты что, не буду!
– Однажды я наткнулся в интернете на объявление – требовался смотритель необитаемого острова!
– Это как?!
– Я понял, что остров – что-то типа заповедника. Нужно там жить, наблюдать за погодой, животными и птицами и вести видео-блог. А еще нужно изучать подводный мир. Вот тут я и сломался: английский у меня хороший, природу я люблю, а вести блог мне бы понравилось: я сразу представил, как буду рассказывать бабушке о своих приключениях на острове, но вот дайвинг… Ни разу так не нырял. Но в принципе, наверно, ничего сложного, можно научиться. Я долго мучился сомнениями, хотя и резюме составил. Но не послал. А потом они кого-то нашли. Но я до сих пор жалею.
– Надо же, какие занятия бывают, я и не знала! Только раз мне попалась вакансия «обнимателя котиков». В каком-то приюте котики скучали, нужно было приходить и играть с ними.
– Классная вакансия!
– Но это не у нас, где-то в Европе. Или в Канаде? Забыла.
Луша помолчала, а потом очень серьезно произнесла:
– Я бы поехала с тобой на необитаемый остров.
– Правда?! Я был бы счастлив!
За разговорами мы не заметили, как дошли до магазина: накупили всего подряд, урвали и шампанское. Еще в лифте Луша сказала:
– Давай мы прямо сейчас пироги разогреем? Я ужасно есть хочу!
– Я тоже! Проводим старый год, чтобы не обижался.
Когда Луша сняла куртку, оказалось, что она совсем миниатюрная, но очень ладная. На ней были джинсы и смешной голубой свитер с белыми оленями – явно мама вязала. Светлые волосы Луша заплела в короткую косичку. Глаза голубые, ямочки на щеках – глядя на ее лицо все время хотелось улыбаться.
– Чего ты? – спросила Луша, поднося ладони к щекам. – Я смешная? Наверно, все лицо красное от мороза!
– Ты милая. И не вовсе не красная, а розовенькая.
Оглядевшись в квартире, где не оказалось, как я опасался, никакого особенного бардака, Луша сказала:
– Ты все оставил, как было при бабушке, да? Очень уютно! Мне нравится. Похоже на наш с мамой дом. Я глаза закрываю, и мне кажется, что меня укутывают теплой шалью…
– Я думаю, ты очень понравилась бы бабушке!
– А ёлки у тебя нет?
– Есть! И гирлянда, и игрушки! Давай, ты пока займешься едой, а я ёлку достану, хорошо?
– Ладно.
Потом мы накинулись на Лушины пироги и закупленные вкусности, даже по бокалу шампанского выпили, после чего Луша моментально начала засыпать, ныряя носом в тарелку.
– Пойдем, чудушко! – сказал я, поднимая ее со стула. – Тебе надо поспать. Разморило с мороза.
– Только ты меня обязательно разбуди, когда придет Новый год! – пробормотала Луша, укладываясь на кровать.
– Обязательно! За пять минут разбужу.
Я укрыл Лушу пледом, и она тут же сонно засопела. А я стоял и любовался. Комната, озаренная разноцветными огоньками ёлочной гирлянды, казалась волшебной пещерой, в которой спит Принцесса. Принцесса Гликерия! Мое новогоднее чудо. Я глубоко вздохнул, поклонился и прошептал: «Спасибо!» Никогда в жизни я не испытывал такого острого ощущения счастья. В результате мы и вправду чуть было не проспали Новый год. Я прибрался на кухне и прикорнул, сидя на стуле. Опомнился, когда у соседей сверху громко заиграл гимн и послышались радостные вопли. Я подскочил, схватил бутылку шампанского, наполнил два фужера и поспешил к Луше. Она спала. Я поставил фужеры на стол, сел на кровать и тихонько погладил ее по голове:
– Лушенька! Пора вставать!
Она повернулась на спину и сонно заморгала. Я щелкнул пультом, включая телевизор, откуда тут же зазвучала все та же торжественная мелодия. Луша приподнялась, обняла меня за шею и потянула к себе. Мы целовались под государственный гимн, потом под бой курантов, потом под Людмилу Гурченко:
– Новый год настает! С Новым годом! С новым счастьем! Время мчит нас вперед - старый год уже не властен! Пусть кругом все поет, и цветут в улыбках лица, ведь на то и Новый год, чтобы петь и веселиться…
Но мы не стали петь и веселиться – у нас было более важное занятие.
Говорят, как начнешь новый год, так его и проведешь.
А что – мы не против!
***
Про Игру я вспомнил только в феврале. Все это время мы жили у Луши, но несколько раз приезжали в мой дом, чтобы забрать нужные вещи и подготовить квартиру к приему квартирантов. В родном городе Луши нашлась для меня работа – не совсем то, чем я занимался раньше, но мне нравилось. И вот однажды субботним вечером я вспомнил, что так и не рассказ Луше об Игре, которая привела меня к ней. Не без внутреннего трепета нажал я на значок Игры на рабочем столе. Открылся начальный экран, но вместо привычных кнопок «Продолжить», «Начать» и «Настройки» появилась надпись: «Поздравляем! Вы добрались до финала Игры и получили Перерождение. Удачи на новых путях!» Потом надпись съежилась, сжалась в одну слепящую точку, которая превратилась в Белую Сову. Сова приблизила свое «лицо» к монитору и некоторое время внимательно смотрела на меня желтыми глазами, а затем развернулась и, оглянувшись напоследок, величаво улетела вглубь экрана. Значок Игры исчез с рабочего стола. Я полез на диск, но и там, в программных файлах, Игры не было. Не осталось ни моих видео, ни скринов, ничего. Я открыл вкладки браузера, которые делал, осваивая игру – никаких вкладок! Тогда я набрал название Игры в поисковике и покивал головой, поскольку этого и ожидал: «На ваш запрос не найдено ни одного результата». Я рассмеялся и посмотрел на ёлочную сову, висевшую на стене над компьютерным столом: «Это все твои штучки?»
Но сова ничего не ответила.
