Ольга проснулась от ощущения, что земля под домом пульсировала.
Она подошла к сундуку. Открыла. Три камня лежали на ткани — Агаши, Авдотьи, Лукерьи. Сверху лежал дневник.
Ольга взяла его. Открыла на следующей странице.
«25 сентября 1960 года.
Камни-шептуны. Так старики в деревне называли то место. Разлом.
Мать рассказывала, что женщины нашего села ходили туда поколениями. Особенно в определённые дни: на Ивана Купалу, на Покров, на Рождество.
Выбирали камень. Тот, который сам в руку ложится. Не искали, а ждали. Камень сам должен был выбрать.
Приносили домой. Хранили в тайне. Шептали ему свои беды. Просили помощи. При ворожбе использовали. При приворотах.
Старики говорили, что камни всё помнят. И если приложить ухо, то можно услышать голоса тех, кто до тебя шептал».
Ольга закрыла дневник.
— Разлом, — прошептала она.
Вспомнила слова Тихона. Геологи работают у разлома. Земля гудит.
Она оделась. Взяла фонарь. Вышла из дома.
Тропа к разлому была едва заметна. Крапива по пояс, ветки цеплялись за одежду. Но Ольга шла уверенно. Будто кто-то вёл её.
Через двадцать минут она вышла к поляне.
Разлом зиял в земле — трещина метра три шириной, длиной метров двадцать. Края неровные, будто кто-то гигантский ударил ножом и провернул.
У края разлома стояли палатки. Геологи.
Ольга замерла за деревьями. Наблюдала.
Мужчина лет тридцати пяти стоял у прибора. Смотрел на экран. Хмурился.
— Опять то же самое, — сказал он другому. — Излучение есть. Но не радиация. Что-то другое.
— Память, говорят старики — усмехнулся второй. — Земля помнит, что здесь было.
— Не смейся. Приборы не врут. Здесь аномалия.
Ольга сделала шаг вперёд. Ветвь хрустнула под ногой.
Мужчина обернулся.
— Кто здесь?
Ольга вышла из-за деревьев.
— Я из дома Любаши. Внучка.
Мужчина подошёл ближе. Протянул руку.
— Максим. Руководитель экспедиции.
Ольга пожала руку.
— Ольга.
Максим посмотрел на неё внимательно.
— Вы знаете, что здесь происходит?
— Нет. А вы?
— Мы ищем источник. — Он показал на прибор. — Земля гудит. Камни... они как будто живые. Приборы фиксируют излучение. Но не радиация. Что-то другое.
Ольга почувствовала, как сердце забилось чаще.
— Не знаю, как ещё объяснить. — Максим пожал плечами. — Мы здесь неделю. Первые три дня был шум постоянный. Потом тише. Сегодня почти тихо. Будто кто-то выключил.
Он посмотрел на неё.
— Вы к разлому идёте?
— Да.
— Осторожнее. Край неустойчивый.
— Спасибо.
Ольга прошла мимо палаток. К самому краю разлома.
Встала. Смотрела вниз.
Камни лежали в трещине. Много камней. Разные. Серые, чёрные, красные, зелёные.
Ольга закрыла глаза. Прислушалась.
Тишина. Но внутри зов. От одного камня.
Она спустилась в разлом. Осторожно. Ноги скользили по осыпи.
Камни лежали повсюду. Она прошла мимо одного — молчит. Мимо другого — тишина.
И вдруг почувствовала.
У стены разлома лежал белый камень. Полупрозрачный. Будто светится изнутри.
Ольга подошла. Протянула руку.
Камень был холодным. Не ледяным. А живым.
Она взяла его. И в тот же миг — почувствовала, как что-то изменилось.
За спиной тишина. Абсолютная.
Ольга обернулась. Посмотрела на палатки геологов.
Максим стоял у прибора. Смотрел на экран. Потом на неё.
— Что вы сделали? — его голос дрогнул.
— Что?
— Шум... он исчез. Полностью. Будто кто-то выключил.
Ольга посмотрела на камень в руке. Горный хрусталь.
— Я нашла свой камень, — сказала она.
Максим подошёл ближе.
— Можно посмотреть?
Ольга протянула камень.
Максим взял. Подержал.
— Ничего особенного. Обычный кварц.
— Для вас обычный, — сказала Ольга. — Для меня — нет.
Она забрала камень.
— Вы долго здесь будете?
— Неделю ещё. Потом поедем в город.
— Если что-то изменится... скажите мне. Я в доме Любаши.
— Скажу, — Максим посмотрел на неё. — Ольга, вы верите в... странное?
— А вы?
— Я учёный. Не должен верить. — Он помолчал. — Но здесь... здесь что-то есть.
Ольга кивнула.
— Увидимся.
Пошла обратно к дому.
Дошла. Вошла. Закрыла дверь.
Села у сундука. Положила камень на ткань. Рядом с другими камнями.
Взяла дневник.
«30 сентября 1960 года.
Старики шептались. Говорили — у Лукерьи был перстень. Рубиновый. И этот перстень управлял камнями.
Когда она надевала его камни начинали гудеть. Говорить. Шептать.
Когда снимала замолкали.
Но говорили, что есть еще один камень, который не подчиняется.
Старики говорили — правда не подчиняется силе. Правда сама по себе.
Этот камень никто не находил. Он ждал свою Избранницу».
Ольга закрыла дневник.
Взяла горный хрусталь в руку. Приложила к уху.
И услышала Шёпот.
Множество голосов. Женских.
Одни плакали. Другие молились. Третьи шептали имена.
Ольга прижала камень крепче.
— Кто? — прошептала она.
Камень молчал. Пока молчал.
Но она знала, что он заговорит когда придёт время.
Ольга положила камень на грудь. Лёгла на диван. Закрыла глаза.
В темноте опять поплыли лица. Лукерья. Дуняша. Любаша. Вера.
И где-то среди них Максим.
Учёный. Который не должен верить. Но верит.
Ольга уснула с камнем на груди.
📖 Навигация по книге «Четвертая в роду»:
Глава 1: Коробка с эклерами Начать книгу с первой главы 📌