Леня, стоя рядом с Меланьей, взял её руки в свои ладони и тихо произнес:
- Мама Меланья, вы не стойте на морозе-то, простынете.
Она вздрогнула и смахнула слезу с щеки. Так трогательно у него всё вышло... Мама... Он так произнес это слово, словно они всю жизнь были мамой и сыном.
- Возьми вот, - Меланья протянула ему узелок. - Тут вишенка сушеная, сухари. И носочки шерстяные, сама связала.
Лёня принял узелок и у него защипало в носу. Надо же... Всю жизнь он жил с сознанием того, что не суждено ему назвать кого-то мамой, а эта добрая женщина из госпиталя словно родной ему стала за эти дни. Он и правда, будто с близким человеком прощался.
- Я вернусь. И писать буду. Я вернусь и обещаю, что стану для вас самым настоящим сыном, что всегда буду любить вас и почитать!
- Дай Бог, - перекрестила Лёньку Меланья. - Храни тебя Господь, сынок.
Лёня поцеловал её в щёку неловко и прыгнул в кузов. Машина тронулась, а Меланья стояла и смотрела вслед, пока они не скрылись за поворотом. А потом пошла в госпиталь топить печь, стирать бинты, помогать Аглае готовить ужин для остальных. Работа ждала, еще полно ребят ждут тепла её рук. И плакать ей некогда, хоть душа и обливалась слезами.
***
Первое письмо пришло через месяц.
- Васильевна, тебе письмецо! - позвала её почтальонка. - Это ж кто тебе пишет-то?
- Сынок пишет, Зинаида. Названный сынок. В госпитале у нас лежал, Лёня Ветров.
- А, этот шебутной парнишка, который мою племяшку Лизку обхаживал?
- Так она и сама была не прочь обхваживаться, - Меланья улыбнулась и, зайдя в дом, стала читать письмо.
"Здравствуйте, мама Меланья! Шлю я вам свой красноармейский привет. Жив-здоров, чего и вам желаю. Добрались мы до своей части, всё хорошо. Я теперь в разведке, работа мне предстоит ответственная. Но вы за меня не беспокойтесь, я осторожный. Курево тут есть, но, как и обещал, я это дело бросаю. Я ребятам про вас рассказал, они и говорят: "повезло тебе, Ветров, и правду говорят - чужих мам не бывает." А я жду не дождусь, когда вновь увижу ваши глаза и вашу улыбку, почувствую тепло ваших материнских рук."
Меланья перечитала письмо три раза. Потом села на стул и заплакала. Слезами радости, что живой, что помнит, что пишет.
С этого дня она ждала почтальонку с нетерпением.
Второе письмо пришло весной. Лёнька писал, что их часть перебросили на запад, что идут тяжёлые бои, но он цел, что благодаря её молитвам жизнь его в сохранности. В апреле 1944 года написал, что медаль "За отвагу получил".
***
День Победы Меланья встретила в поле. Вот уже год, как госпиталь расформировали. Новых перестали привозить в январе 1944 года, а как остальных повыписывали, так и Павел Иванович со своим "отрядом" медсестер и санитарок уехал. Вновь здание школы стало использоваться по назначению, Меланья в колхозе работала, а по вечерам, вернувшись домой, садилась шить рубахи, вязать носки, и пересматривать вещи Петра, авось, что-то да подойдет Лёньке. Что приедет он к ней - она не сомневалась.
Когда в мае 1945 года объявили о Победе и люди ликовали в поле, обнимаясь друг с другом, Меланья почувствовала и радость, и горечь одновременно. Радость, что всё это закончилось, что Лёнька вернется к ней живым. А горечь оттого, что войне этой проклятой она двух своих детей отдала - сына родненького и дочь. Забрав двоих детей, она ей вернула одного...
***
Лёня приехал в октябре 1945 года.
Меланья уже и не чаяла дождаться, все глаза проглядела. Соседки стали поговаривать, что нашел парнишка или мамку другую, или девчонку заводную, но сердце Меланьи чувствовало, что приедет он, обязательно приедет, обещал ведь!
В тот вечер, когда она только вернулась с поля и собралась было ополоснуться из ведра, она услышала стук калитки. Выйдя на крыльцо, чтобы посмотреть, кого принесло, женщина замерла - во дворе стоял Ленька.,
В шинели, с вещмешком за плечами, и с медалями на груди.
- Мама, я вернулся, - сказал он тихо.
А дальше она ничего не помнила. Помнила только, что бежала к нему, а он ловил её, обнимал, и они оба плакали, а соседи смотрели и улыбались.
Дома она накормила его, напоила и уложила спать. А сама сидела рядом и смотрела, не могла насмотреться.
****
Лёня устроился в МТС. Трактористов не хватало, а он ещё в ремесленном училище научился обращаться с техникой.
Жили они душа в душу. Меланья суетилась, создавала уют, топила баню по субботам, стирала его промасленные робы. Лёня чинил крышу, колол дрова, помогал по хозяйству. И называли они друг друга "мамой" и "сынком".
И для полной радости еще будто бы чего-то не хватало.
- Жениться тебе надо, Лёня, - сказала она как-то вечером.
- Успеется еще, - махнул он рукой.
- Успеется. Ты ж Лизке чего там наговорил, покуда в госпитале лежал? Голову заморочил девчонке.
- Это кто кому еще заморочил, - он озорно улыбнулся, вспомнив шебутную девчонку Лизу, а потом покачал головой: - Нет, мам, я только по любви женюсь. И уж не Лиза это будет.
А тем временем молодых парней, что с войны вернулись, "разбирали, как горячие пирожки". Вот и до Лёньки черед дошел. Уже следующим летом потерял он голову от Анютки, с которой в клубе на танцах познакомился в одну из суббот. Танцевал он с ней, покуда задорно играла гармонь, а потом провожать её пошел.
Домой Лёнька летел как на крыльях. Меланья ещё не спала, сидела и штопала его носки. По взгляду Лёньки она сразу поняла - зазноба у него появилась, такая, что в душу его запала.
А вскоре он её знакомиться привел.
Меланья ждала. С утра прибралась, стол, хоть и слишком скромный, но смогла накрыть. Анна вошла, остановилась у порога, словно не решаясь войти, но Лёня потянул её.
- Мама не кусается, Анютка.
- Мама? - с улыбкой спросила девушка. - Вроде бы у Меланьи Васильевны сын Петя и дочь Галя были. Я помню их, хоть они немного и старше меня были.
- А теперь у меня есть сынок Леонид, - Меланья всхлипнула. - В утешение мне Господь его послал. Вы садитесь, садитесь, отужинаем вместе, поговорим.
Они ужинали втроём, и Лёнька вдруг поймал себя на мысли, что это и есть счастье. Сидеть вот так, за одним столом, с двумя самыми любимыми женщинами.
Он влюбился окончательно и бесповоротно. Глядел он на девушку, затем вдруг выпалил:
- Ань, а выходи за меня замуж!
Меланья Васильевна и Анна переглянулись, затем рассмеялись.
- Лёнька, вот чего ты такой прыткий? - укорила его названная мать.
- Да, мы ж с тобой всего ничего знакомы? Месяца еще нет, - смутилась Аня.
- Зато мне кажется, что всю жизнь. Знаешь, Ань, я уж давно все понял - если что-то судьба тебе дает в руки, надо сразу брать. Я вот маму так нашел - и знакомы всего ничего были, а ведь уже судьбой было предначертано нам родными людьми быть. И ты мне по судьбе, я знаю, так зачем тянуть?
Анна рассмеялась, и смех её был звонким и задорным. Ей было очень хорошо здесь и уютно. Она поймала себя на мысли, что хочет, чтобы всегда вот так было - тепло и душевно.
ЭПИЛОГ
Расписались они через две недели. Мать Анны с сестрами пришла, соседи собрались, парочка мужиков из МТС, ну и председатель колхозный - куда же без него?
Меланья смотрела на молодых и едва слезы сдерживала. Вот вроде бы не родные они ей, крови общей нет. Но как же любит она и Леньку, и Аннушку, словно детишек родненьких!
И когда на свет появился мальчонка Петя, а следом за ним, буквально через два года Семен, Меланье даже в голову и мысль не приходила, что они не внуки ей кровные. Кто бы узнал, что Лёня ей и не сын вовсе, то сильно бы удивился - так пестовала женщина внуков, как родные бабки не пестовали. А она... Она чувствовала себя счастливой, хоть и оплакивала до самой смерти двух своих родных детей. Но Лёня, его жена Аня и их дети дали ей смысл в жизни и большую дружную семью. Впрочем, во главе этой семьи была именно она, мама Меланья. Чужая по крови, но родная по духу.
Спасибо за прочтение. Другие рассказы можно прочитать по ссылкам ниже: