Глава 6
Начало здесь:
Зима тянулась бесконечно долго. Морозы стояли трескучие, снегу намело по самые окна, и Марфа каждый день благодарила Бога, что у них есть хоть какая-то скотина — корова давала молоко, куры несли яйца, да одного поросёнка на мясо откармливали каждый год.
Живот рос. Скрывать его становилось все труднее. Марфа утягивалась тряпками так туго, что под ребрами ломило, но терпела. Главное, чтобы отец не заметил. Если заметит — уб ьет. Уб ьёт не раздумывая. Это она знала точно.
— Ты чего такая смурная ходишь? — спросил как-то отец, глянув на нее мутными пь яными глазами. — Заболела, что ли?
— Здорова я. — буркнула Марфа, втягивая живот.
— А чего ж не ж решь ничего? От еды нос воротишь, а как будто раздалась в ширь. Какая-то ты несуразная... Кто на такую позарится?
— Ем я, папаня. Нормально ем. — содрогалась от страха Марфа.
Отец больше не приставал. Ему вообще было всё больше нап левать на дочерей. Его заботило только одно - лишь бы Фрол не скупился на водо чку. Но была зима и барину особо не за что было батракам наливать. Антип зверел, бил чаще, но бил как-то вяло, силы уже были не те. Тяжёлая работа и непомерные каждодневные изливания не проходили даром: отец заметно слабел.
Но и в таком состоянии Антип смог бы учинить расправу такую, что мама не горюй и поэтому Марфа молилась только об одном: чтобы отец ничего не заметил и ни о чём не догадался.
Иногда по ночам, когда в избе все затихало, она выходила на крыльцо, садилась на занесенную снегом ступеньку и разговаривала с ребёнком, положив ладошку на живот.
— Ты там как, маленький? — шептала она, поглаживая округлившийся живот. — Растешь? Папка твой вернется, ты не бойся. Он хороший. Он нас не бросит.
Ребенок толкался в ответ, и Марфа улыбалась сквозь слезы.
---
Прошла тяжёлая зима, а за ней и весна, вот и лето настало. Спасал Марфу широкий сарафан, да то, что отец теперь работал денно и ношно на Фрола, домой приползал еле тёпленький и валился спать.
В один из летних, душных дней Марфе стало особенно не хорошо: передвигаться трудно, низ живота тянул, спина разламывалась. О еде в тот день она даже думать не могла. Помогала Глашка, чем могла, обеспокоенная бледностью и тихими постанываниями сестры.
— Марфуш, ну ты чего? — спрашивала она участливо заглядывая в глаза. — Заболела что ль?
— Ага, родная. — держалась за поясницу Марфа. — Нехорошо мне что-то...
— Ну ты иди, приляг что ли... Сама уж как-нибудь управлюсь! — совсем как взрослая говорила Глашка отбирая ведро с помоями.
Марфа зашла в избу, прислонилась к стенке. Она прикидывала по срокам, вроде как будто рановато ещё, не срок. Слышала от мамки в детстве, как она с другими бабами разговаривала, что недоношенные дети — не жильцы. Что если родит раньше срока, то и хоронить нечего.
Марфа была в смятении: что лучше? Если отец узнает, то придушит и её, и дитя. Может оно и к лучшему, если так получится? А потом вдруг горько ей становилось от своих собственных мыслей. Она каждый день молилась, просила Богородицу заступиться, сохранить её и дитя. Носила под сердцем эту маленькую жизнь и знала: это всё, что у нее осталось от Степана. Единственное. Да ещё вот крестик на шее.
Зачем-то Марфа взяла платок матери, с маками и положила под набитую соломой подушку. Ей казалось, что матушка рядом и поможет ей в тяжёлую и страшную минуту. Порой трогала ночью и тихо просила помощи и прощения у матери, что так всё получилось в её жизни не по людски...
И вот, в ночь на пятое июня началось.
Продолжение 6-й главы здесь: ⏬⏬⏬
7-я глава здесь: