Рита
- Маргарита, ужин бесподобен! – Сергей, улыбается так сладко, словно я сама приготовила наваристый борщ, картофельную запеканку с грибами, макароны с фаршем из лосося, и щуку в фольге.
- Няня Вика у нас на все руки мастерица! Жаль только, что не может работать круглосуточно. У нее своя семья – трое детей – школьников. Вот и сегодня ее вызвали в школу, Андрейка снова набедокурил.
- Может, нанять более компетентную няню? – интересуется спокойно Туманов. – Ту, у которой будет много свободного времени на воспитанника?
- Не надо мне другую!- шипит на гостя мой невоспитанный ребенок.
- Маша, - одергиваю ее. – Никто у тебя не забирает Викторию. Мы просто обсуждаем вопрос воспитания младшего поколения.
- Не надо обсуждать! О себе говорите!
Краснею.
Точно не намерена при дочери говорить о личном с Сергеем. Папина дочка все доложит Матвею.
Это она мне ничего о нем не рассказывает, а ему обо мне – пожалуйста!
- Мария, - Сергей обращается к моей дочери напрямую. – Твоя мама сказала, что у тебя в субботу день рождения.
Дочь недоверчиво глядит то на него, то на меня. Морщит милый носик. Но ее серые пристальные при этом очень внимательные.
- Да, придут друзья.
- Я бы тоже хотел присутствовать на празднике. Ты любишь подарки?
- Нет! – куксится родная кровинушка, роняя ложку со стола.
Что с ней происходит?
Одуряющее желание выяснить это прямо сейчас не оставляет меня. Но непреодолимая любовь к дочери не дает мне затеять разборки при постороннем человеке.
Как ни крути, а Сергей мне пока никто. Значит, не имеет права слышать личную информацию. Это обидит Машу.
В то же мгновение меня обуревают не только безумные материнские чувства, но и женские – глубинные. Те, благодаря которым, я до сих пор на плаву. Хочу быть любимой и нужной.
- Почему нет? – спрашиваю ее серьезно. – Сергей – часть моей жизни.
- А я? – спрашивает с обидой Машка, поджимая губы, точь-в-точь как делал ее отец.
- А ты – часть меня.
- Тогда я не хочу, чтобы дядя Сергей приходил на праздник! – топает ногой.
Радуюсь, что ложка упала, иначе она стучала бы ею об стол.
- Но… - глотаю невысказанные обиды. – Я уже пригласила дядю Сергея. А папу - нет. – Сверлю ее глазами. – Ты знаешь причину!
- Тогда отмечай день рождения с дядей Сережей! А мы с папой поедем в кафе одни.
Сожалею о том, что не подготовила ребенка к нашему разводу с Матвеем.
Эх, надо было все-таки выполнить все рекомендации семейного психолога!
А я не сделала этого потому что считала, что не стоит знать десятилетней девочке детали развода.
Конечно, мы убеждали ее, что останемся родителями, и ничего не изменится. Но видимо, недостаточно убедительно.
Придется наверстывать упущенное.
- Мария Матвеевна, поели? – Специально называю дочь по отчеству, ведь ей приятно любое упоминание об отце, исходящее из моих уст.
Она ковыряет в блюдце с десертом, явно не собираясь его есть.
Сидит и греет уши, мне ли ее не знать.
- Пора и честь знать, - показываю на дверь глазами.
Медленно встает. Идет на выход.
Специально не убрала за собой посуду, ждет, что я ее верну. Но я молчу.
С болью смотрю в ее худенькую спину. Наблюдаю как поднимаются и опускаются плечи, словно дочь плачет на беззвучном режиме.
Почему-то я уверена, что она расскажет об этом случает отцу.
Ну почему ей так сложно понять, что я тоже живой человек!
Хочется кричать от бессилия.
Мне всего двадцать девять лет. Да я разведена. Но «хоронить» себя как женщину после развода – глупо. Да я и права не имею – мне дочь ставить на ноги!
Сейчас мне нужно пространство для абсолютно новой жизни, в которой нет места ЛжеМужу.
Боль за наши отношения с дочерью обжигает материнское сердце.
От грустных мыслей отвлекает голос Сергея.
- Что ей подарить на день рождения? – мужчина поднимается из-за стола, подходит ко мне.
Пытается обнять. Но я отхожу на один шаг.
Сейчас мне его объятия неприятны.
Ощущаю себя предательницей. Ведь дочь расстроена из-за присутствия в доме мужчины.
А я не могу это никак исправить. Не имею права идти у нее на поводу.
Я не боюсь остаться в одиночестве. Нет у меня такого пунктика, как у некоторых моих знакомых.
Стукнуло двадцать девять?
Тебе хана как женщине. Ты больше никому не нужна. Вон сколько их двадцатилетних белокурых девиц с тонкой талией и хорошо развитым охотничьим инстинктом.
Нет. Как бы сильно я не любила дочь, я не стану потакать ее капризам.
Хотя… желание вернуть отца в семью вряд ли можно назвать капризом.
Но ситуация от этого легче не становится.
- Сергей, ты приезжай к обеду. Подарок на твой выбор. Слишком дорогой не покупай. Ни к чему.
Выпроваживаю мужчину, фактически выталкиваю его из дома.
- Я что-то сделал или сказал не так? – удивляется он смене моего настроения. Напрягается.
- Дело не в тебе… - хотя дело именно в нем. – Мне нужно подняться к Маше, - отвечаю нервно. – Ты же видел ее состояние. Она словно одержима мыслью, что я принадлежу ей и ее отцу.
- Это да, - роняет Туманов сухо. – Нужно объяснить Марии, что это уже никогда не случится! Матвей потерял право на тебя. А для Марии он отец выходного дня. Не более. Суд определил место проживания девочки с тобой.
Сергей сжимает мое запястье.
- Рита, - он заглядывает в глаза. – Мы никогда не обсуждали с тобой наше будущее…
- Не сейчас.
- А я уверен, что момент подходящий. Мария станет частью нашей семьи, у нас будут свои дети, - изучает мою реакцию.
Я же теряю дар речи.
Какие «свои» дети? О чем он?
Туманов мне даже в любви ни разу не признался. Не сделал предложение. А сейчас как данность сообщает.
Зато Сергей любит повторять: « Мужчина не должен трепать языком о своих чувствах. Он показывает свое отношение к женщине поступками, делами. Заботится о ней. Зачем слова?»
Вспоминаю сегодняшний вертолет – получилось действительно ярко и впечатляюще. Для меня.
Это Маша умудрилась превратить героический поступок Сергея в шутку – словами из песни про вертолет, волшебника и пятьсот эскимо.
- Маргарита, объясни ей, что я стану ее отцом. Она должна…
Я готова потерять сознание.
Маша никогда не примет другого отца!
Она сбежит от меня к Мэту. Официально.
Дыхание спирает.
Предложить дочери назвать папой чужого дядю – сродни предательству.
Болезненно горит в груди.
Но остается еще кое-что… я абсолютно не понимаю своих чувств к Туманову!
Мужчина окутывает меня заботой, вниманием. Я ему благодарна за это.
Но меня грызут большие сомнения – любовь ли это?
Не сравнить с теми чувствами, которые я испытывала к мужу. Я сгорала от любви.
День без Матюши казался прожитым зря.
- Пока, - машу отъезжающему в машине Туманову.
Едва он выезжает за ворота, как я бросаюсь в комнату дочери.
Когда мы с Сергеем приехали, ей было страшно. Наше присутствие должно было сгладить ситуацию, но вышло наоборот.
Толкнув дверь в спальню дочки, сразу же оказываюсь в темноте. Шторы наглухо задраены.
На кровати угадывается свернутая в позе эмбриона фигурка Марии.
Присаживаюсь рядышком на край кровати. Боюсь дышать.
В тишине до меня доносятся горькие всхлипывания.
Словно сама душа ребенка плачет.
Пробирает до костей.
- Маш, - глажу ее по макушке.
Волосы у моей малышки шелковистые, густые.
- Давай поговорим по-взрослому.
- О чем?! – высовывает голову из-под подушки.
- О нашем с папой разводе.
- Не хочу.
- Надо.
- Бартер! – выпаливает она.
- Что?
Не знала, что мой ребенок знаком с такими взрослыми словами.
- Обмен. Ты – мне, я – тебе.
- Это как?
- Я слушаю тебя, а ты не зовешь Сергея на мой праздник. Я уже папу позвала! Написала ему эсэмэс. Он в самолете.
- Что ты написала?
- Что мы с тобой приглашаем его на праздник. Ты сама говорила, что это не только мой праздник, но и ваш с папой. Вы были счастливы, когда я родилась.
Я говорила это два года назад! Когда ничто не предвещало беды.
Ну, все. Жди беды. Если Матвей встретится с моим новым мужчиной произойдет непоправимое – мордобой. Я не могу испортить праздник дочери.
Придется отменять Сергея.
- Мария, это манипуляция. Хорошие девочки так не поступают, - говорю с горечью.
- А я не хочу быть хорошей!
- Здрасьте, приехали! Я в лепешку каждый день расшибаюсь ради тебя. Живу и работаю ради тебя. Все для того, чтобы ты выросла достойным человеком, - говорю с обидой. Тоже манипулирую.
- Ради меня? – вопрошает наследница.
- Да.
- Тогда отмени Сережу!
- Хорошо, - поджимаю губы. – Но ты сядешь и выслушаешь меня.
Мой голос дрожит, стоит вспомнить последнюю попытку поговорить с дочерью своего отца.
«- Маша, мы разводимся. Будем жить с твоим папой отдельно. Но этого ничего не меняет для тебя. Ты сможешь встречаться с отцом в выходные, и даже чаще.
- Нет!
- Да, папа не будет жить с нами в одном доме!
- Нет. Это ты во всем виновата.
- Я?
- Да. Ты выросла в детдоме без отца. Хочешь и меня лишить папы!
- Что? Ты мой ребенок. Я не могу тебе сознательно навредить.
- Но ты вредишь!»
Я пыталась отвести Машу к семейному психологу, и к школьному, чтобы они ей всё объяснили, как они умеют. Но дочь ушла в отказ. Папа ее надоумил.
Прошел год, и мы снова возвращаемся к этому разговору.
Сейчас ответственности нам обеим не избежать.
Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Вернуть жену невозможно", Регина Янтарная ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 5 - продолжение