— Рома, почему в этом месяце все счета за продукты и бытовые нужды оплачены исключительно с моей банковской карты?
Яна стояла у кухонного стола, внимательно просматривая выписку на экране смартфона. Её голос звучал мягко, в нём не было ни капли упрёка, лишь искреннее желание разобраться. Она всегда считала, что в браке главное — это умение слушать друг друга. Ей казалось, что достаточно проявить терпение, и любая шероховатость сгладится.
Роман, сидевший напротив с чертежом нового ортопедического протеза для собаки, отвёл взгляд.
«Наверное, просто забыл или возникли непредвиденные траты по его проекту», — с надеждой на понимание подумала Яна. Она знала, что муж работает усердно, и их общий бюджет строился на доверии. Они никогда не вели строгую бухгалтерию, просто поровну оплачивали аренду просторной квартиры, покупали технику и откладывали на отпуск. Но сейчас математика упрямо не сходилась.
— Яна, понимаешь… — Роман замялся, подбирая слова. — Мать снова попросила помочь. У неё возникли определённые запросы, которые она сама сейчас не тянет.
В этот самый момент его телефон ожил экраном. На дисплее высветилось имя Алины Валерьевны. Роман инстинктивно нажал на кнопку приёма вызова, попутно активировав громкую связь, чтобы не отрывать руки от чертежа.
— Ромочка, здравствуй, — раздался из динамика требовательный, но елейный голос матери. — Ты подумал над моей просьбой? Мне срочно нужно обновить гардероб к сезону, да и косметолог поднял цены. Жду перевод к вечеру.
Яна открыла рот, чтобы задать закономерный вопрос, но Роман отчаянно мотнул головой, умоляя жену промолчать.
— Мам, я посмотрю, что смогу сделать, — уклончиво ответил он. — Я подумаю. Давай позже.
Он поспешно завершил вызов. Яна присела на стул, стараясь сохранить внутреннее равновесие. Её собственная мать, Зинаида Артёмовна, была старше Алины Валерьевны на пять лет, но продолжала активно трудиться кинологом-инструктором, воспитывая собак-поводырей. Она никогда не тянула из дочери деньги. Алина Валерьевна же вышла на пенсию по выслуге лет довольно рано, оставив должность начальника отдела картографии, и с тех пор решила, что её трудовой путь окончен навсегда.
— Рома, а почему она не хочет найти подработку? — предельно деликатно поинтересовалась Яна. — Она полна сил, прекрасно себя чувствует.
— Я не знаю, Яна, — со вздохом отозвался муж. — Она всю жизнь трудилась, а теперь наотрез отказывается. Говорит, что заслужила отдых, а мы с братом обязаны обеспечивать её достойный уровень жизни.
Яна опустила глаза. Терпение ещё подогревало её надежду на то, что это временное явление, что Роман сможет урезонить аппетиты матери. Она мягко прикоснулась к его плечу, давая понять, что они справятся, если будут действовать сообща.
***
Жизнь Алины Валерьевны текла по строго установленному, почти ритуальному расписанию. Пробуждение ровно в девять, чашка редкого зелёного чая, просмотр утреннего телешоу. Затем следовала неспешная прогулка по аллеям парка, обед, длительный дневной сон и вечера, посвящённые телефонным беседам. Её совершенно не смущало, что этот «заслуженный отдых» спонсируется её сыновьями. Старший, Максим, помогал нерегулярно, ссылаясь на двоих детей, а вот младший всегда исправно переводил по десять тысяч в месяц. Но аппетиты росли.
В тот вторник она вела телефонную беседу со своей давней приятельницей Надеждой Олеговной.
— Представляешь, Алина, — щебетала подруга, — дети подарили мне поездку на южный курорт! Две недели абсолютного счастья в санатории закрытого типа.
Сердце Алины Валерьевны болезненно сжалось от острой зависти. ПОЧЕМУ другие наслаждаются путешествиями, а она должна сидеть в душном городе? Она тут же набрала номер Максима.
— Сынок, у меня скоро праздник. Я решила, что путевка на курорт станет отличным жестом с твоей стороны.
— Мам, извини, но НЕТ, — голос Максима звучал сухо. — У меня ипотека, автокредит, старшему сыну нужно оплачивать репетиторов по гидрологии. Я не потяну такие траты.
Алина Валерьевна возмущённо бросила трубку. Осознав, что от старшего ничего не добиться, она на следующий же день явилась в квартиру к Роману.
Яна в тот день взяла отгул. Она простудилась, температурила и сидела в кресле, укрывшись пледом. Алина Валерьевна даже не удосужилась спросить о самочувствии невестки. Она с порога начала наседать на Романа.
— Рома, я всё обдумала. Вы с Максимом должны скинуться и купить мне путевку. Это ваш прямой долг.
Роман долго слушал эти тирады, периодически пытаясь вставить слово. Он пытался мягко отнекиваться, объясняя ситуацию с бюджетом. В какой-то момент, не выдержав напора матери, он указал рукой на сжавшуюся в кресле Яну.
— Мам, послушай. Мама Яны старше тебя. Она ежедневно выходит на работу и не выпрашивает у нас ни копейки. Может, тебе тоже стоит рассмотреть этот вариант, раз тебе не хватает на роскошь?
Эти слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Алина Валерьевна сильно обиделась. Но всю свою обиду она направила не на сына, а на невестку. В её голове мгновенно сложилась картина: это Яна настраивает Романа против неё. Ведь ещё два месяца назад он переводил ей по двадцать тысяч, а на прошлой неделе прислал только пятнадцать!
Вернувшись к себе, она немедленно позвонила Надежде Олеговне.
— Эта девица специально учит его жадности! — возмущалась она. — Она хочет лишить меня законных денег!
— Алина, остынь, — философски заметила подруга. — Вспомни свою молодость. Ты ведь сама утаивала часть зарплаты от мужа, да и к бюджету свекров относилась без пиетета. Посмотри на ситуацию со стороны.
Но Алина Валерьевна не желала ничего слушать. Она была непреклонна в своей правоте.
Книги автора на ЛитРес
После этого визита внутри Яны что-то надломилось. Мягкость, с которой она пыталась подходить к ситуации, сменилась горьким разочарованием. Она видела, как муж разрывается между чувством долга перед расчётливой матерью и их собственной семьёй.
Однажды вечером, когда к Роману заглянул его друг Юра, специалист по проектированию подземных тоннелей, Яна стала свидетельницей их разговора на кухне. Юра был человеком прямым.
— Ромка, ты загоняешь себя в угол, — говорил друг, помешивая чай. — Твоя мать просто пользуется тобой. Пока ты безотказно открываешь кошелёк, она палец о палец не ударит.
Роман лишь тяжело вздохнул. После ухода Юры он сел подводить итоги семейных финансов. Ситуация выглядела удручающе. Они вписывались в бюджет только впритык. Роману обещали повышение, но до него оставалось долгих три месяца. Яна сейчас проходила сложные курсы повышения квалификации по проектированию модульных солнечных панелей, и её текущая зарплата заметно упала. Перспективы были отличными, но деньги на дорогой подарок для Алины Валерьевны выделить было физически невозможно.
Тем временем телефон Романа разрывался. Алина Валерьевна звонила каждый день.
— Рома, я ЖДУ ПУТЕВКУ! — вещал динамик. — Это мой день рождения! Вы не можете меня подвести!
Разочарование Яны стремительно трансформировалось в настоящую злость. Её возмущала наглость этой женщины. Встретившись в парке со своей подругой Кристиной, реставратором старинных книжных переплётов, Яна выплеснула накопившиеся эмоции.
— Кристина, я не знаю, что делать, — призналась Яна, наблюдая за проходящими мимо людьми. — Она просто высасывает из мужа все ресурсы. Здоровая женщина, которой просто лень работать.
— Это смешно, — фыркнула Кристина. — Для пенсионеров существует огромное количество прекрасных вакансий. Можно устроиться консьержем, администратором, курьером лёгких посылок. Почему она сидит дома?
— Потому что у неё распорядок, как в элитном санатории, — со злостью ответила Яна. — Сериалы, подруги, дневной сон. И она не собирается ничего менять, пока мы это оплачиваем.
В этот момент в голове Яны начало формироваться холодное, расчётливое решение. Она больше не собиралась терпеть этот паразитизм.
***
На следующий день после занятий Яна поехала к своей матери. Зинаида Артёмовна как раз закончила тренировку с золотистым ретривероми пригласила дочь в дом. Выслушав рассказ Яны о финансовых претензиях Алины Валерьевны, мать нахмурилась. Она подошла к деревянному комоду, выдвинула верхний ящик и достала оттуда свежую прессу.
Спустя минуту на кухонный стол легли три толстые газеты с местными вакансиями.
— Вот, дочка, — спокойно сказала Зинаида Артёмовна.
Яна смотрела на пестрящие объявлениями страницы, и её холодное решение обрело физическую форму. Она аккуратно свернула газеты и положила их в сумку.
Вернувшись домой, она застала мужа в подавленном состоянии. Роман сидел перед монитором и пытался пересчитать бюджет, чтобы хоть как-то выкроить деньги на запросы матери. Яна подошла к нему, её голос звучал ровно и уверенно.
— Рома, перестань мучить калькулятор. У меня есть потрясающая идея для подарка твоей матери. Это будет настоящий сюрприз. Пожалуйста, не спрашивай, что это. Доверься мне.
Роман поднял на неё удивлённый взгляд.
— Ты серьёзно? Но она ждёт что-то грандиозное...
— Поверь, этот личный подарок будет грандиозным и невероятно полезным для её затянувшегося отпуска, — твёрдо произнесла Яна.
Роман испытал огромное облегчение. Он так устал от прессинга, что был готов уцепиться за любую спасительную соломинку. Когда Алина Валерьевна позвонила в очередной раз с привычным вопросом о путёвке, Роман бодро ответил:
— Мам, не волнуйся. Яна готовит для тебя шикарный сюрприз лично от нашей семьи.
На том конце провода повисла пауза, а затем раздался довольный смех. Алина Валерьевна была уверена, что невестка наконец-то сдалась и купила ей премиальный тур.
***
Праздник наступил в субботу. Алина Валерьевна расстаралась: накрыла большой стол, выставила хрусталь. В гостиной собрались гости: Максим с женой и ребёнком, Надежда Олеговна, ещё одна давняя подруга Марина Евгеньевна. Атмосфера была наполнена улыбками и ожиданием.
Яна и Роман пришли последними. В руках Яна держала красивую, увесистую коробку, обёрнутую в глянцевую жёлтую бумагу и перевязанную пышным бархатным бантом. Алина Валерьевна, увидев коробку, буквально просияла. Её глаза блеснули.
Когда гости расселись по местам и произнесли первые тосты, наступил момент вручения подарков. Максим преподнёс дежурный конверт с небольшой суммой, что вызвало лишь снисходительную ухмылку именинницы. Затем Яна поднялась со своего места.
Она грациозно подошла к Алине Валерьевне и, перед тем как протянуть коробку, наклонилась к мужу и едва слышно прошептала:
— Готовься бежать.
Роман не успел осознать смысл этих слов. Его мозг только начал обрабатывать сигнал тревоги, как грянул взрыв.
Алина Валерьевна нетерпеливо дёрнула за ленту. Жёлтая бумага с шелестом опала на ковёр. Под ней оказалась плотная картонная крышка. Именинница торжественно подняла её, ожидая увидеть подтверждение брони в дорогом отеле.
Вместо этого внутри оказались аккуратно сложенные стопки газет с вакансиями. Сверху лежал распечатанный маркером лист: «СВЕЖИЕ ВАКАНСИИ ДЛЯ ЭНЕРГИЧНЫХ ПЕНСИОНЕРОВ. ХВАТИТ СИДЕТЬ БЕЗ ДЕЛА».
Лицо Алины Валерьевны исказила жуткая гримаса. Гости за столом замерли, перестав жевать. Надежда Олеговна вытянула шею, пытаясь разглядеть содержимое.
— Что это? — прошипела Алина Валерьевна, её голос дрожал от нарастающей злости.
— Это путёвка, Алина Валерьевна, — кристально спокойным тоном ответила Яна. — Путёвка в реальную жизнь. Раз вам не хватает на косметологов и курорты, здесь собраны отличные варианты подработки.
— УБИРАЙСЯ ВОН! — закричала Алина Валерьевна, хватая верхнюю газету и комкая её в руках. — ПОЗОРИЩЕ! ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ?!
Яна невозмутимо поправила сумочку.
— Ещё раз с днём рождения, Алина Валерьевна. Здоровья вам и трудовых успехов.
Она развернулась и стремительно покинула квартиру. Роман, пребывая в состоянии полного шока, сорвался с места и выбежал вслед за женой. Спину им прожигал истеричный крик матери.
Спустя три часа телефон Романа завибрировал. Звонил Максим.
— Ромка, это было жёстко, но… справедливо, — голос брата звучал напряжённо. — Мать устроила такое шоу после вашего ухода. Рвала эти газеты в клочья, раскидывала обрывки по всей гостиной. Требовала, чтобы я немедленно компенсировал ей «моральный ущерб» переводом на карту. В общем, я сказал ей то же, что и ты. БОЛЬШЕ НИ КОПЕЙКИ. Финансирование закрыто.
Попытка Алины Валерьевны жить исключительно за счёт сыновей, имея массу свободного времени и возможностей для работы, обернулась для неё сокрушительным финансовым крахом. Из-за своей неуёмной жадности и наглости она лишилась того самого регулярного дохода, который так высокомерно считала обязательной данью. Она так долго упивалась своей властью и кричала на Романа в трубку, что тот, наконец, снял розовые очки и осознал весь масштаб катастрофы. Он полностью прекратил переводы, поддержав брата Максима в этом решении.
Раздавленная, брошенная собственными иллюзиями, Алина Валерьевна осталась одна в своей квартире. Пол был усеян разорванной бумагой, среди которой белело крупно напечатанное слово «ТРЕБУЕТСЯ». Гордость не позволила ей извиниться. Спустя месяц нехватки средств на привычные удовольствия, ей всё-таки пришлось устроиться диспетчером в службу доставки. Работа оказалась сложной, требующей концентрации. Теперь она возвращалась домой уставшей и моментально засыпала.
Но она больше никогда не звонила невестке Яне. Не разговаривала и с Романом. Ей было невыносимо стыдно за своё поведение, но признаться в этом она не могла. В её душе кипела глухая, бессильная злость на Яну — женщину, которая таким дерзким, безапелляционным и унизительным способом навсегда показала ей её истинное место в жизни.
КОНЕЦ
Автор: Вика Трель ©