Начало, первая глава *** Третья глава
Импульс, толкнувший его на этот безумный разговор с Лизой, постепенно угасал, оставляя после себя горькое послевкусие абсурдности происходящего. Марат сидел в одиночестве в своей машине, вперив взгляд в темный подъезд, и переваривал собственное глупейшее поведение. Сначала угрожал, потом отпустил, потом снова позвал - настоящий цирк, достойный дешевого сериала. Надо было либо с самого начала стоять на своем, либо даже не впутывать эту девчонку в их с Алисой жизнь.
Он бросил взгляд на наручные часы - стрелки неумолимо отсчитывали минуты. Время, выделенное на сборы, давно истекло. Лиза не спустится. Она там, наверху, в своей старой квартирке, и наверняка уже успела набрать номер полиции, чтобы сдать его, злобного похитителя, властям.
Кривая усмешка тронула губы. Марат уставился на ее номер в телефоне, раздумывая: позвонить, выяснить, почему задерживается, или просто уехать? Второе было проще сделать. Намного проще. Но как он посмотрит в глаза дочери? Алиса заговорила! Впервые за полтора года проклятого молчания! Это настоящее чудо, и он не имел права упустить эту ниточку, не мог позволить надежде ускользнуть. Ему нужна Лиза. Но ей не нужны они. Суровая правда, от которой никуда не деться.
В свет фар вплыли сине-красные всполохи. Марат выругался сквозь зубы, наблюдая, как во двор въезжают две полицейские машины. Значит, все-таки вызвала. Не думал, что она на такое способна, но факт оставался фактом. Он завел двигатель и медленно, стараясь не привлекать внимания, вырулил со двора, растворяясь в ночной темноте. Но в голове уже зрела мысль: Лиза за это ответит. Не сейчас. Позже. Но обязательно ответит. Он найдет ее и заставит заплатить за эту провинность.
Телефон завибрировал отчаянно, настойчиво. Экран высветил «Лиза».
Марат усмехнулся. Интересно, какую историю она придумает, чтобы заманить его обратно? Он не глуп. Прекрасно понимал, что полиции достаточно его номера, чтобы пробить местоположение. Сбегать и не отвечать на звонки, как нашкодивший подросток, было бы верхом глупейшего поведения.
- Чего тебе, Дюймовочка? - его голос прозвучал нарочито спокойно, пока он выворачивал руль, выезжая на проспект.
- Мама вызвала полицию. Вам нужно уехать. Я не сдам ваш номер! - выпалила она сбивчиво, задыхаясь.
Марат хмыкнул. Так и хотелось съязвить, поблагодарить за столь «своевременное» предупреждение, но он сдержался.
- И за что же меня сдавать? За то, что спас тебе жизнь?
Даже если копы слушают этот разговор, пусть знают: его совесть чиста. Никаких следов насилия на Лизе нет. Он просто вытащил ее из передряги. Все чисто, девочке стоит успокоиться.
- Марат, я ничего не могла сделать, - залепетала она, и в голосе звучали панические нотки. - Я попробую убедить маму, что все нормально, но сегодня ничего не выйдет!
Стало почти смешно. Она напоминала школьницу, которую строгая мамаша не отпустила на свидание с хулиганом. Может, оно и к лучшему. Пусть сидит в своей норе и не лезет в их с Алисой жизнь.
Марат сбросил звонок и вдавил педаль газа в пол. Машина рванула вперед, рассекая ночной город. Он мчался домой, к дочери, чтобы прижать ее к себе, вдохнуть родной запах, убедиться, что она в порядке. Пару раз в голове мелькала мысль: как объяснить Алисе, что Лиза - не мама? Но стоило переступить порог дома и увидеть эти огромные, полные надежды глаза, как все слова рассыпались в прах.
Алиса подошла, заглянула в лицо, и сердце Марата разорвалось от нежности и боли.
- Мама? - спросила она тихо, с такой отчаянной верой в голосе, что у него перехватило горло.
- Мама сегодня не может быть с нами, родная, - он присел на корточки, погладил дочь по светлым волосам. - Папа почитает тебе сказку. Хочешь?
Алиса отрицательно мотнула головой, губы ее обиженно поджались. Она снова закрылась, снова ушла в свою раковину, даже не пыталась говорить. Ледяное лезвие полоснуло по душе, выворачивая нутро. Дочь начала восстанавливаться, а теперь... Кулаки сжались сами собой. Марат проклял ту секунду, когда решил спасти Лизу. Надо было пройти мимо, не замечать, не вмешиваться. Тогда бы не появилась эта призрачная, мучительная надежда.
Телефон снова завибрировал в кармане.
Лиза.
Какого черта ей надо? Зачем она звонит, словно издевается? Или копы все-таки решили сорвать куш, выследить его, поймать на взятке? Марат нахмурился, глядя на экран. Рядом была Алиса, она услышит голос этой девчонки... Той, в которой признала мать. Он ответил, хотя дико хотелось сбросить и занести номер в черный список.
- Полиция уехала, - голос Лизы звучал устало, вымотанно. - Маме было тяжело принять правду, но она понемногу успокаивается. Как Алиса?
Марат посмотрел на дочь. Та стояла у окна, вглядываясь в темноту, и сердце снова пропустило удар. Она ждала. Ждала ту, которую считала матерью. Что он мог ответить?
- В порядке. Не бери в голову, моя дочь - мои проблемы.
- Я приеду. Завтра. Постараюсь убедить маму. Я не могу оставить ее прямо сейчас.
Марат не знал, радуют его эти слова или пугают. Лиза начинала казаться ветреной, непостоянной. А он больше всего на свете боялся, что она появится в жизни дочери, а потом исчезнет, оставив в детском сердце еще более глубокую рану. Алиса никто ей, чужая девочка. Как и он сам. Мысли путались, пока он стоял рядом с дочерью и смотрел, как та вглядывается в ночь. Может, ему самому пора к психологу? Чтобы разобраться, стоит ли вообще впускать эту девчонку в их жизнь.
- Не надо завтра. И послезавтра не надо. Я погорячился, - отрезал он и сбросил звонок.
Опустился на колени, прижал дочь к себе, чувствуя, как ее худенькое тельце вздрагивает от беззвучных рыданий. Алиса - единственное, что заставляло его жить, дышать, двигаться дальше. Он не имел права навредить ей еще сильнее.
- Хочешь, завтра пойдем в кино? - прошептал он, гладя ее по голове. - Папа прогуляет работу, и мы проведем целый день вместе, только ты и я.
Дочь отрицательно мотнула головой, потом вдруг обхватила его лицо маленькими ладошками и заглянула прямо в глаза. Взгляд был настойчивым, требовательным, полным отчаянной мольбы.
- Мама! - произнесла она твердо, не оставляя пространства для возражений.
Всю ночь Марат то проваливался в тревожный сон, то выныривал из него в холодном поту. Мысль о том, что его дочь признала матерью совершенно чужую женщину, не давала покоя, вгрызалась в мозг раскаленными клешнями. Ни одна нянька, ни одна случайная прохожая в торговых центрах, куда он водил Алису, чтобы хоть как-то отвлечь, не вызывала в ней столько эмоций. Лиза стала первой. И единственной, кто пробил эту броню.
Едва рассвело, Марат схватил телефон и набрал номер лечащего психолога дочери. Валерия Павловна брала хорошо, поэтому он мог звонить в любое время дня и ночи, если возникал срочный вопрос. Даже если до официального открытия кабинета оставалось еще пара часов.
- Марат, доброе утро, - ответила женщина бодрым голосом, и на фоне мелодично зашипела кофемашина.
- Доброе утро, простите, что без приветствий. Можем встретиться сегодня? Кое-что произошло.
- Конечно. Подъезжайте в любое время. Вы знаете, для вас я всегда найду окошко. С Алисой или без?
- Думаю, без. Разговор предстоит непростой.
- Я уже заинтригована.
Они договорились на встречу через час. Марат встал под душ, давя в себе желание немедленно рвануть к дому Лизы, подняться в квартиру и поговорить с ее родителями. Но он сдержался. Ополоснулся, переоделся, спустился на первый этаж.
И замер.
Алиса стояла у окна в гостиной, вглядываясь в пустоту. Она часто так стояла. Ждала. Ждала маму, которая никогда не приедет. Соленый ком сдавил горло, но Марат усилием воли прогнал это состояние. Сейчас бесполезно пытаться заговорить с дочерью - она лишь посмотрит на него своими щенячьими глазами и снова спросит про «маму». А ему нечего ответить. Пока он сам не решил, можно ли ребенку проводить время с чужой женщиной. Не определился, стоит ли настаивать на переезде Лизы.
Он вышел, сел в машину, завел мотор и вдруг заметил на пассажирском сиденье заколку. Маленький цветок камелии с алыми лепестками, выпавший из волос Лизы. Марат провел подушечками пальцев по прохладному металлу, и перед глазами встала картина: два неадеквата тащат отчаянно сопротивляющуюся девушку, а эта заколка блестит в полумраке клуба, приковывая взгляд. Тогда он увидел сначала ее, а потом - перепуганные глаза Лизы.
Марат глубоко вздохнул, прогоняя наваждение. Если кто и способен помочь ему разобраться в этом хаосе, так это Валерия Павловна. Она знает историю Алисы, знает все нюансы ее молчания, все тонкости детской психики. Если только можно назвать болезнью то, что его дочь перестала разговаривать. Врачи не нашли никаких отклонений, списали все на стресс и обещали, что заговорит. Но время шло, а воз и ныне был там. До появления Лизы.
Он припарковался у бизнес-центра, поднялся на пятый этаж. В кабинете психолога пахло успокаивающими маслами и свежесваренным кофе. Марат открыл рот, готовясь к обдуманной речи, но слова полились сами, хаотично, сбивчиво. Он выложил все как на духу, с самого начала, ничего не утаивая. Валерия Павловна слушала молча, не сводя с него внимательного взгляда.
- Ваша дочь заговорила! - в ее голосе звучало неподдельное изумление. - Мне нужно встретиться с ней, проверить эмоциональный фон, но это, несомненно, огромный прорыв.
«Я и без тебя знаю», - захотелось рявкнуть Марату, но он сдержался.
- Что мне делать? Алиса ждет ее. Выглядывает в окно и ждет.
- Марат, вы не должны позволять дочери контактировать с этой женщиной.
- Но!.. - он попытался возразить, но психолог подняла руку, останавливая.
- Поймите. Ребенок может психологически привязаться к чужому человеку. Та женщина, в которой ваша дочь увидела мать, вряд ли проникнется к ней настоящей симпатией. Рано или поздно она захочет создать свою семью, и тогда просто исчезнет из жизни Алисы. Что вы будете делать тогда? У девочки уже есть тяжелая травма. Второй удар может стать фатальным. Нельзя допустить, чтобы она снова пережила потерю.
- Я понял. Спасибо.
Марат поднялся, бросил на стол щедрую купюру и вышел, не прощаясь. Он услышал именно то, что ожидал услышать. И этот ответ его совершенно не устроил. Умом он понимал, что психолог права, что Лиза - чужая для Алисы, но сердце разрывалось от жалости к дочери, которая снова застыла у окна в ожидании мамы.
Ему хотелось рвануть к тому старому дому, ворваться в квартиру, поговорить с родителями Лизы, заставить, принудить... Но вдруг пришла мысль: а может, все это просто оправдание? Может, Лиза сама не захотела приезжать и просто свалила свое решение на мать? Ведь сегодня она даже не позвонила.
Марат усилием воли развернул машину и поехал домой. К дочери. Он просто будет проводить с ней больше времени, объяснит, что папа любит ее не меньше мамы, что он нуждается в своей маленькой принцессе и готов защитить ее от всего мира.
Но дома его ждал сюрприз.
Лиза сидела на диване в гостиной, обнимая Алису, и читала ей сказку. Дочь улыбалась широкой, счастливой улыбкой, положив голову на плечо этой странной девчонки, и в глазах ее плескалось такое безмятежное счастье, что у Марата перехватило дыхание.
- Анна, - процедил он сквозь зубы, подходя к няньке, застывшей в дверном проеме со скрещенными на груди руками, - какого дьявола здесь происходит?
Женщина вздрогнула, обернулась, и лицо ее вытянулось от испуга.
- Но... Елизавета сказала, что это ваш приказ. Она приехала с вещами, сказала, что вы ждете. А когда Алиса увидела ее, сразу побежала обниматься и называть мамой.
Нянька замялась, заерзала под его плавящим взглядом, задышала часто-часто.
- Разве это было не ваше распоряжение? - пролепетала она, косясь в сторону Лизы, которая наконец заметила Марата и замерла с открытой книгой в руках.
В гостиной повисла звенящая тишина. Только Алиса, ничего не замечая, продолжала довольно сопеть, прижимаясь к Лизе.
- Марат, здравствуйте, - голос Лизы прозвучал тихо, но ровно, хотя внутри все трепетало от напряжения.
Она поймала на себе его хищный взгляд - тяжелый, прожигающий, оценивающий. Таким взглядом лев смотрит на забредшую на его территорию антилопу, прикидывая, стоит ли тратить силы на охоту или добыча сама прыгнет в пасть.
Лиза прекрасно осознавала: являться без звонка - верх безрассудства. Но ранним утром, едва разомкнув веки, она вдруг снова увидела перед собой щенячьи глазки той девочки. Алиса словно позвала ее - беззвучно, отчаянно, требовательно. Тянула к себе невидимыми ниточками, хотя они были едва знакомы. Всего одна встреча, один взгляд, одно слово «мама» - и Лизу накрыло с головой. Казалось бы, чужие люди, чужая драма, какое ей дело? Но она переживала. Видела Алису во сне. Думала не о предательстве жениха, не о потерянной работе, к которой шла так долго, а о ней. А перед тем, как провалиться в сон, отчетливо поняла: должна вернуться. Должна быть рядом с этой девочкой.
И сорвалась.
Спасибо Ксюше - старшая сестра когда-то вдолбила в нее простую истину: слушай сердце. Оно не обманывает. А сердце тянуло Лизу обратно в этот чужой дом, туда, где она едва не стала пленницей. Абсурд? Возможно. Но выбора не оставалось.
Надо было спросить разрешения у отца, конечно. Но судя по его вчерашнему настрою, он был готов на все. Как и она сама.
Вчера вечером в мамину квартиру заявился Женя. Требовал объяснений, умолял дать шанс, напирал, наседал, давил. И Лиза вдруг с ужасающей ясностью осознала: его настойчивость, которую раньше она принимала за достоинство, теперь душила, выворачивала наизнанку. Он не любил ее. Никогда. Просто хотел владеть, контролировать, обладать. Жаль, что это понимание пришло слишком поздно.
- Здравствуй, Лиза, - ответил Марат сухо, проведя большим пальцем по нижней губе.
Лиза поспешно отвела взгляд - этот жест заставил щеки вспыхнуть румянцем. Она и сама не понимала, почему реагирует так остро. Возможно, дело в этих хищных, звериных повадках, от которых горло сдавливало тугим комком. Марат напоминал льва - готового наброситься, растерзать, смять, как загнанная лань сминается под тяжелой лапой.
- Папа! - звонкий голосок разрезал тишину.
Алиса сползла с диванчика и побежала к отцу, обхватив его ноги тонкими ручонками.
Марат застыл изваянием. Даже рука, которую он опустил, повисла в воздухе, словно наткнулась на невидимую преграду. Губы приоткрылись, а в глазах заблестели предательские слезы. Лиза смотрела и понимала: девочка действительно молчала. Полтора года молчала, иначе отец не реагировал бы так остро. Нянька вообще прикрыла рот ладонями, смаргивая влагу с ресниц.
Теперь Марат не прогонит ее. Ни за что.
Он согласится на любые условия, потому что видит, как она влияет на Алису. Они нужны друг другу - все трое. Пусть свела их нелепая случайность, но, возможно, сама судьба толкнула Лизу в тот проклятый клуб, а Марата заставила стать спасителем.
Она сделает эту девочку счастливой. Если Алисе нужна мама - Лиза станет ею. Теплая улыбка тронула губы, когда Марат подхватил дочь на руки и прижал к груди. Он смотрел на Лизу с таким выражением, словно не верил собственным глазам. Она просто кивнула в ответ.
Объятия длились несколько минут. Потом Алиса, видимо утомившись от неподвижности, схватила отца за руку и потащила к Лизе. Девочка пока говорила мало, односложно, но Лиза надеялась, что со временем речь восстановится полностью. Пусть она не психолог, не педагог, и своих детей у нее никогда не было, она готова учиться. Будет штудировать литературу, советоваться со специалистами, бороться за эту кроху. Помощь сестре с племянниками дала ей хоть какой-то опыт - значит, они поладят. Обязательно поладят.
- Почему не позвонила? - спросил Марат, опускаясь на диван рядом.
- Хотела сделать сюрприз? - Лиза пожала плечами и тут же поморщилась от собственной глупости. - Ладно, оправдание так себе. Просто времени не было. Мама ушла, я написала записку, собрала вещи и прыгнула в такси. Вряд ли успела бы дождаться вас, - добавила она шепотом, потому что Алиса устроилась между ними и включила мультик.
- А если бы я передумал? - Марат прищурился, поглаживая дочь по плечу.
- Вы бы не передумали, - уверенно отрезала Лиза, улыбнувшись.
Желваки на скулах мужчины заходили ходуном. Ему явно не нравилось, что «балом правит» она. Злился, но ничего не мог поделать. Лиза хотела объяснить: они на одной стороне. Ей ничего не нужно, кроме фиктивной свадьбы. Щит от Жени. Вчера она поняла со всей очевидностью: последнее время она больше боялась своего бывшего, чем любила его. Если выйдет замуж за другого - он отступит. Обязан отступить.
- Ты так уверена? - Марат нахмурился.
Лиза покачала головой, цокнула языком.
- А вы - нет?
Диалог забавлял ее, а Марата бесил. Он осознавал, что сам загнал себя в ловушку, из которой не выбраться. Отчаяние плескалось в его глазах, но Лиза старалась не улыбаться слишком явно, чтобы не выдать свою уверенность.
- Изучишь договор, - процедил он сквозь зубы, покосившись на дочь.
- А вы внесете пару пунктов про свадьбу, - склонившись к его уху, прошептала Лиза и широко улыбнулась.
Марат открыл рот для возражения, но Алиса обернулась и надула губки. Суровый папа растаял под этим взглядом моментально. Лиза тихо хихикнула - очередная маленькая победа. На ее стороне Алиса, так что Марат проиграл заранее. Если только не решит применить силу.
Воспоминание о вчерашних угрозах кольнуло холодом, по коже побежали мурашки, даже кожа головы зачесалась. Лиза и не подозревала, что Женя способен на принуждение, но вчера испугалась его реакции по-настоящему. Марат же изначально проявил себя деспотом - значит, не стоило играть с огнем.
***
Мультик кончился. Няня позвала Алису на прогулку. Девочка уставилась на Лизу печальными глазищами, захлопала ресницами.
- Тебе надо подышать воздухом, нагулять аппетит, - Лиза сжала ее ручки. - Я никуда не денусь. Обещаю.
Алиса улыбнулась - светло, доверчиво, и у Лизы сжалось сердце.
Если бы кто-то сказал ей еще пару дней назад, что чужая девочка назовет ее мамой, а она согласится, Лиза бы рассмеялась в лицо. Но теперь, когда это случилось наяву, было совсем не до смеха. Странно. Неправильно. Пугающе. Но другого пути не существовало.
- Поговорим в кабинете, - скомандовал Марат, когда дочь ушла.
Лиза кивнула, хотя не понимала, какая разница, где говорить.
Она вошла в кабинет, где еще вчера была пленницей, и плечи передернуло от неприятных воспоминаний. Правильно ли возвращаться? Наверное, любая другая женщина на ее месте не поступила бы так опрометчиво.
Телефон зазвонил некстати.
Мама.
Вернулась домой, прочла записку. Лиза представила этот разговор и сбросила вызов, быстро набрав сообщение: «Перезвоню позже». Не при чужих.
Марат сел за стол, несколько минут молчал, подбирая слова.
- Сегодня я был у психолога Алисы, - наконец произнес он. - И пришел к выводу, что общение с тобой не приведет ни к чему хорошему. Я не смогу удерживать тебя силой вечно. Если мать моей дочери будет пленницей, это навредит ребенку. Ты зря приехала.
Он не смотрел в глаза, и Лиза уловила в его голосе сомнение. Куда делось то Чудовище, готовое лишить ее жизни за отказ?
- Послушайте, не знаю, что сказал психолог, но ваша дочь уже все решила за нас. Вам так не кажется?
Марат сцепил руки в замок, вытянул их по столешнице, поднял взгляд. Пугающий взгляд.
- Я могу убить тебя, Лиза. Я плохой человек. Очень плохой. Ты еще не поняла? Знаешь, что случилось с теми, кто пытался над тобой надругаться в клубе? Один из них будет питаться через трубочку очень долго. Я решаю все силой. Если кто-то навредит моей семье - уничтожу, разорву на куски.
Наверное, эти слова должны были стать последней каплей. Точкой невозврата, после которой следовало бежать без оглядки. Но Лиза стояла и смотрела в глаза тому, кто так старательно изображал монстра.
- Любой за свою семью способен пойти на подобное, - ответила она спокойно. - Ваша дочь - маленький ребенок. Я понимаю, как сложно стать ей фиктивной матерью. Я согласна. Но мне нужна помощь. Я хочу стать вашей женой, чтобы избавиться от бывшего. Он угрожает моей жизни. Его я боюсь больше, чем вас. Потому что вредить вашему ребенку я не собираюсь, а он готов причинять боль просто так. Ваша дочь назвала меня мамой. Я часть вашей семьи по умолчанию, вам так не кажется? Вы сами сказали: защитите свою семью от посягательств.
Марат запустил пятерню в волосы, покачал головой. Глубоко вдохнул, медленно выдохнул, вперил в нее тяжелый взгляд.
- Твоя комната - первая справа на втором этаже. Белье в шкафу. Вещи привезла?
Лиза просияла.
- Завтра едем в ЗАГС. У меня знакомый, распишут без очереди. Еще пожелания?
- Свадебную фотосессию, - кивнула Лиза.
Марат закатил глаза.
- Может, еще платье белое и гостей?
- В идеале.
- Тогда я хочу брачную ночь. Со всеми вытекающими. Я не собираюсь изменять жене. Раз уж решила стать ею - будешь согревать постель.
Он смотрел с вызовом, ждал испуга. Лиза лишь улыбнулась, приблизилась к столу и протянула правую руку.
- По рукам.
С его губ слетело тихое шипение. Марат пожал ладонь, и Лизу пронзило странное покалывание - даже кончики пальцев онемели.
Она отдёрнула руку, испугавшись этих ощущений.
Конечно, он блефует. Не станет ложиться с ней в постель. А если попытается - что-нибудь придумает.
Телефон снова завибрировал. На экране высветилось: «Женя».
Сердце оборвалось и рухнуло куда-то вниз.
- Я могу пойти в свою комнату? Разобрать вещи?
- Можешь не торопиться. Сегодня юристы подготовят договор. Решишь, готова ли подписать.
- Готова, - выдохнула Лиза, сжимая трубку до боли в пальцах.
Перед глазами снова встал вчерашний Женя - его бешеный взгляд, нервный срыв, пальцы, сомкнувшиеся на ее шее. Она слишком боялась его, чтобы отказываться от защиты в доме другого мужчины.
Лиза вышла в коридор, и телефон пиликнул сообщением от сестры.
Ксюша: «Отца избили. Ничего серьезного, но он в больнице. Мне кажется, это привет от твоего бывшего».
Дыхание перехватило. Глаза защипало от слез.
Неужели он способен зайти так далеко? Тронуть ее семью? Навредить родным?
Лиза прислонилась к стене, чувствуя, как подкашиваются ноги. Комната поплыла перед глазами, а в груди разрастался ледяной ком ужаса. Она думала, что просто прячется от навязчивого внимания, а оказалось - спасает свою жизнь. И жизни тех, кого любит.
Другие повести и рассказы: