Её слова заставили Марата опешить настолько, что, кажется, брови поползли вверх сами собой. Она хочет замуж? С какой стати? Впрочем, ответ лежал на поверхности — эта девчонка жаждет утереть нос своему бывшему, доказать, что без него не пропадет, а потом, конечно же, будет проклинать тот день, когда поставила штамп в паспорте. Перед глазами всплыл образ Дианы. Его жена тоже частенько кричала, что зря согласилась на эту никому ненужную печать, что без нее давно бы ушла, хлопнув дверью. Их брак был похож на затянувшуюся агонию — больной, выматывающий, уничтожающий. В последнее время Марат держался только ради дочери, до дрожи боясь, что Диана заберет Алису. А потом супруга просто ушла вникуда, оставив после себя зияющую пустоту в груди и невыносимую, рвущую связки боль утраты. Лучше бы он до сих пор слушал ее истерики о том, как она жалеет, что стала Ратакановой.
— И что ты выигрываешь от этого брака? — поинтересовался он, хотя прекрасно знал ответ.
Прошлой ночью, пока вез ее домой, она выложила ему немало подробностей своей незамысловатой жизни. И чем только думают люди, когда напиваются? Сам Марат к алкоголю относился плохо... Ничего хорошего затуманенный разум не решит. Жалеть о последствиях собственных поступков не хотелось. В этой жизни мужчине и без того пришлось очень много жалеть о том, что он не сумел сделать или сделал не так.
— Это несущественно. Мы можем протянуть друг другу руку помощи! Просто скажите «да».
Лиза смотрела на него с вызовом, ничем не напоминая ту трепетную лань, какой была всего несколько часов назад, когда он вырвал ее из лап бандитов. Исчезла перепуганная девчонка с огромными глазами, в которых читалось обожание к спасителю.
Костяшки пальцев до сих пор ныли — напоминание о вчерашней потасовке. Марат машинально скосил на них взгляд, затем снова уставился на девчонку.
Не следовало ему вмешиваться. Тем более – тащить её в свой дом. Вот и добавилось очередное сожаление в его копилку. И как теперь всё разруливать, мужчина пока не придумал.
— Ты выбрала не самое удачное орудие для мести. Потом сама пожалеешь, что поставила штамп сгоряча.
— Это просто бумажка… Можно будет поставить второй, когда ваша дочь подрастет и… в общем, когда я стану не нужна. А пока у меня такое условие. Я хочу стать вашей женой. Готова подписать любой договор об отказе от имущества. Я ни на что не собираюсь претендовать, если вы этого боитесь. Хочу всего лишь обрести статус вашей жены. Неужели это так сложно? Согласиться со мной?
Марат тихо хмыкнул.
А девчонка-то с характером. Хватка железная.
Она начинала ему нравиться, но он привык диктовать условия, а не подчиняться им.
— Ты будешь фиктивной матерью для моей дочери, и я стану платить тебе за это. Это мое последнее слово. Не устраивает — можешь катиться на все четыре стороны.
Девчонка прищурилась. Такого поворота она явно не ожидала. Наверняка решила, что он прогнется, пойдет на уступки, но Марат дал ей иллюзию свободы. Если она не свернет в нужное русло, тогда он поговорит иначе, а пока…
— Хорошо. Договорились. Я уйду. Я-то думала, это вы нуждаетесь в спасении дочери… — голос ее дрогнул, и на губах Марата расцвела победная усмешка. Алиса все-таки зацепила ее за живое. Его девочка не оставила Лизу равнодушной. План сработал — она вернется. Наверное.
— Проваливай. Я не намерен плясать перед тобой. Тем более я уже передумал тебя удерживать.
Девчонка закинула телефон в сумку, поправила растрепанные светлые волосы, расправила плечи и вскочила. Его слова явно пришлись ей не по вкусу. Неужели она всерьез полагала, что позволит собой командовать? Ставить ему ультиматумы? Этому не бывать. Никто и никогда не превратит Ратаканова в ручного щенка. В прошлом он уже пытался стать таким. Ничем хорошим это не закончилось. Диана лишь вила из него верёвки, а в итоге перегорела. Она устала от таких отношений. И Лиза... Лиза не смела ступать по стопам той, кто больше не вернётся в его жизнь.
Лиза ушла, а он изо всех сил сжимал кулаки, чтобы не броситься следом, не схватить, не заставить подчиниться. Как далеко она зайдет? Марат поставил три дня на то, что она объявится сама. А если нет… что ж, он умеет возвращать должки.
Он наблюдал за происходящим словно со стороны. Няньке было велено придержать Алису, чтобы та не видела ухода «мамы», но дочь все равно вырвалась из столовой, и сердце Марата рухнуло куда-то вниз живота. Уничтожит. Уволит эту глупую бестолковую бабу, которая не способна выполнить простейший приказ. Неужели дверь запереть сложно?
Ему хотелось вмешаться, когда Алиса обхватила Лизу за ноги и разрыдалась, прижимаясь к ней изо всех сил. Девчонка присела на корточки, прижала дочь к груди и поцеловала в макушку. Алиса утерла кулачками мокрые глаза и убежала обратно в столовую, а Лиза медленно подняла на него взгляд. Марату показалось, что в ее глазах блеснули слезы, но он мог и ошибаться — их разделяло метров пять, не меньше. Несколько секунд она смотрела на него с каким-то странным выражением, а затем выскочила за дверь. Марат быстрым шагом направился следом.
Нет.
Она не покинет его дом вот так просто.
Не теперь, когда Алиса снова столкнулась с ней и знает, что «мама» уходит. Не теперь, когда он видел, как Лиза отреагировала на объятия его дочери. Он заставит ее остаться на своих условиях, даже если придется снова прибегнуть к угрозам.
— Лиза! — окликнул он, и девчонка медленно обернулась, прижимая сумочку к груди как щит.
— Я подвезу тебя.
— Зачем? Вы ненормальный, псих! Сначала спасаете, потом держите в плену, потом снова строите из себя героя! Я боюсь вас! Вы пугаете меня! — выкрикнула Лиза, размазывая слезы по щекам.
— Ты права, Лиза. Я ненормальный. Со мной лучше не спорить. Лучше просто делать, что говорят, не выдвигая встречных требований. Послушных девочек я умею награждать.
— А я не умею и не собираюсь быть покладистой куклой! Вы не ради дочери это затеяли! Если бы только ради нее, вы бы не отпустили меня так легко! Вы решили дать мне уйти, потому что я напомнила вам покойную жену. Только я — не она. Если она и была смирной, то я такой не буду. И… вам лучше держаться от меня подальше, потому что иначе я…
Марат стиснул зубы до скрежета, едва сдерживаясь, чтобы не схватить ее за плечи и не встряхнуть как следует. Вместо этого он шагнул ближе, резко притянул к себе и обнял. Сам не понимая, зачем. Объятия никогда не помогали успокоить истерики Дианы. Когда жена подсела на успокоительные, она кидалась на него с кулаками, готовая выцарапать глаза, и он ничего не мог поделать с этим безумием. Но Лиза вдруг обмякла в его руках, уткнулась лбом в плечо и разрыдалась. Она плакала навзрыд, взахлеб. Он напугал ее своим поведением. Добавил еще больше горечи в ту чашу, которую уже переполнил вчерашний гад, о котором она плакала. Марат прижал ее крепче и прикрыл глаза. От нее пахло розами — нежно, свежо, чисто. Кажется, эта девчонка еще выпьет немало его крови, но он готов к этому, если так будет лучше его дочери.
— Я отвезу тебя домой, соберешь вещи и поедешь ко мне. Скажешь родным, что отправляешься в командировку. А потом разберемся, — отчеканил он тоном, не терпящим возражений.
Лиза вздрогнула, подняла на него заплаканные глаза.
— Я не могу, не умею врать маме, — пролепетала она.
— Всему можно научиться, — ответил Марат, поглаживая ее по волосам.
«Я тоже не умел жалеть, но тебя ведь пожалел», — добавил он про себя.
Пока он вез Лизу к ее дому, несколько раз успел пожалеть о своем решении. В ней было что-то такое, отчего его каменное сердце давало трещину, но он не мог объяснить этих чувств. Наверное, просто жалость. Он мог бы принудить ее, запугать, заставить выполнить все требования, но вместо этого решил отпустить. Иллюзия свободы, конечно, но все же. И где-то в глубине души он даже надеялся, что девчонка сбежит. Постарается испариться, исчезнуть с радаров. Он не привык держать пленных.
— Успокоилась? — спросил он, когда она перестала всхлипывать и вытирать раскрасневшиеся щеки.
Лиза даже не обернулась, никак не отреагировала. Марат резко вывернул руль, перестраиваясь в другой ряд. Машину тряхнуло, но девчонка осталась безучастной, словно робот с отключенными эмоциями. Это настораживало. Пугало. Злило.
— Слушай, я не собираюсь прыгать вокруг тебя с сантиментами! Ты сама приперлась в тот клуб! Если бы ты смогла назвать адрес, я отвез бы тебя домой, и мы забыли бы друг о друге той же ночью! Твоя вина, что тебя увидела Алиса. Конечно, тебе плевать на нее, я понимаю, но ты попала в лапы не к доброму самаритянину. Я чудовище. Меня все боятся. Обо мне ходят самые неприятные слухи. И ты вдруг решила просить взять тебя моей женой?
— Я не боюсь, — ответила Лиза безжизненным голосом.
— Вот как? Считаешь меня не таким уж страшным, раз я тебя отпустил?
— Я вообще ничего не боюсь… Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на страхи. Если бы вы хотели меня убить, то сделали бы это… Наверное, вы даже не стали бы спасать меня от тех... от тех... Но вы везете меня домой за вещами…
Марат понял: с девчонкой что-то не так. Она смотрела в одну точку на стекле, не проявляя ни единой эмоции. Лицо застыло маской, напоминая глиняную скульптуру без намека на мимику.
Просто замечательно!
Он надеялся, что она не копалась в его кабинете в поисках успокоительных, которые он глушил пачками после смерти жены. Кажется, там осталась начатая упаковка — препараты серьезные, подсесть на них проще простого, а слезть потом слишком сложно. Ему самому удалось с огромным трудом. Вот только он был сильнее. Сейчас он отчётливо видел это, ощутил свою мощь и понял, какой беззащитной кажется эта девчонка рядом с ним. Он её напугал и теперь чувствовал себя виноватым, но... Мог ли он жалеть её? А кто пожалеет его? Его дочь, которая отчего-то уверена, что Лиза – воплощение ее матери, вернувшейся с того света?
— У тебя что, весь мир клином сошелся на этом изменщике? — не сумел сдержаться Марат, хотя и очень хотелось.
— Я вам все рассказала? — Лиза, наконец, повернулась, взглянув на него.
Марат следил за дорогой, но краем глаза заметил: хоть какая-то реакция. А если бывший вызвал у нее эмоции, значит, значил для нее многое. И это можно использовать. Заставить ее выполнить все, что нужно.
— Думаю, ты выложила больше, чем стоило.
— Я собиралась за него замуж… Планировала долгую счастливую жизнь, мечтала о большом доме…
— Дети и собака, — перебил Марат. — Прости, но это до смешного банально.
— Правда? При этом у вас есть и большой дом, и дочь.
Марат стиснул зубы, промолчав. Спорить с ней он не собирался. Пусть думает что хочет.
— У тебя будет все это. С другим. Ты встретишь того, кто оценит тебя по достоинству, а по этому кобелю и слезы лить не стоит.
Откуда в нем проснулся этот психотерапевт? Марат и сам не знал. Называл таких «психонавтами». У него у самого жизнь — цирк с конями. Однако почему-то захотелось защитить её. Пусть у него не было на это никаких прав.
— Почему же вы сами не пошли дальше? Почему не нашли женщину, которая заменила бы вашей дочери мать?
Он резко свернул на обочину. Лиза испуганно вцепилась в ручку над дверью, а Марат смотрел ей в глаза, тяжело дыша. Никто не смеет копаться у него в душе. Никто. Потому что он давно закрыл ее на все замки. Ото всех. ОТО ВСЕХ.
— Это не твое дело! Поняла? Я не собирался искать замену! И ты никогда не станешь ею! Ты мне не нужна! Усекла? Твои теории о том, что я нашел двойника жены и хочу присвоить — это твои больные фантазии. Мне никто не нужен! Алисе нужна ты!
— Тогда соглашайтесь на мое условие. Женитесь. Вам не нужна жена, мне нужен муж, чтобы поставить бывшего на место. Идеальный вариант для обоих. Почему вы упираетесь?
— Потому что это самый глупейший вариант из всех возможных! — рявкнул Марат. — Но если ты так хочешь… Я женюсь. Надеюсь, ты помнишь, что жена должна спать с мужем, чтобы ему не приходилось искать на стороне и позорить семью?
Он хотел припугнуть ее. Отвадить. Лиза нужна была ему только как нянька — молодая, неопытная, младше лет на семь. Зачем ему такая жена? Зачем ему вообще кто-то? Он не желал снова нырять в омут этих гребаных «серьезных отношений». Хватит одного брака, высосавшего из него всю душу. Достаточно женщин, которые ложатся в его постель за подарки. Именно так он и планировал доживать свои дни — без тяжкого груза в виде супруги. Тем более такой. Юной. Она достойна большего — настоящей свадьбы и любви. Он не сможет дать ей всего этого. Он не такой. Не герой романа, на которого можно положиться. У него самого душа сломана.
— Я согласна, — тихо ответила Лиза, отворачиваясь к окну.
Марат опешил. Она в своем уме? Никто еще не выдерживал такой прямоты. А эта… Похоже, у девочки точно не все дома. И он только что подписал себе смертный приговор.
Нужно проверить ее у психолога, прежде чем подпускать к Алисе. Если она так легко согласилась спать с ним… Марат отогнал эту мысль, но внутри уже просыпался хищник, почуявший добычу. Нет. Он не притронется к ней. Просто отвезет домой и бросит. А завтра… завтра он проведет кастинг и найдет женщину, действительно похожую на его покойную жену, готовую работать за хорошие деньги и беспрекословно стать идеальной матерью. Марат был уверен, что у него всё получится, но тень сомнения всё-таки закралась в его сердце.
Другие повести и рассказы: