«Пап, а можно я сам решу, кем мне быть?» — спросил сын Серёжа, пятнадцать лет. Тишина повисла как в родительском чате за минуту до собрания. Жена моя Оля медленно положила вилку. Я понял: спокойного ужина не будет.
А началось с домашки. В школе велели написать эссе «Моя будущая профессия». Казалось бы, полстранички. Но Оля услышала слово «профессия» и включила режим стратегического планирования.
— Серёж, ты погугли, сколько программисты получают, — начала она. — В Яндексе джуниор на старте имеет больше, чем папа после пятнадцати лет в своей конторе.
Я хотел обидеться, но не нашёл аргументов. (Спойлер: Серёжа ничего не погуглил.)
— Мам, я даже пароль от вай-фая не помню, — попробовал вставить Серёжа.
— Наживное, — отрезала Оля.
И вот тут, вроде бы случайно, нарисовался батя мой, Виктор Степанович. Семьдесят два, бывший инженер, голос как у диктора программы «Время». Зашёл «мимо проходил». Ага. Мы на девятом этаже.
— Какой IT? — дед стукнул ладонью по столу так, что солонка подпрыгнула. — Инженер! Как я! Как дед мой!
— Дед, прадед был кузнецом, — уточнил Серёжа.
— А кузнец, по-твоему, не инженер? — дед поднял палец. — Металлургический инженер ручной ковки!
Надо сказать, Виктор Степанович человек убеждённый. Сорок лет на заводе, две грамоты, один выговор и коленка, которая ноет к дождю. Всё это он считает доказательством правильного выбора.
— Я вообще-то хотел сказать... — начал Серёжа.
— Подожди, — перебила Оля. — Взрослые разговаривают.
(Серёжа закатил глаза. Кстати, он это делает мастерски. Может, в цирковое пойти.)
А потом зазвонил телефон. Тёща Нина Ивановна, Олина мама. Голос из динамика разнёсся по кухне как объявление в поликлинике:
— Олечка, передай Серёженьке: только медицина! У Гали сын — хирург. Уважение, белый халат и анализы бесплатно.
— Мам, анализы по ОМС и так бесплатные, — сказала Оля.
— Бесплатные, но три недели ждать! А у Галиного Лёши — за день!
Нина Ивановна рассуждала без пауз. Я засёк по микроволновке: одиннадцать минут сорок секунд. Подкаст без рекламных пауз.
— А можно я... — снова попытался Серёжа.
— Не перебивай бабушку, — строго сказала Оля.
Серёжа посмотрел на меня. Я развёл руками.
Но главное случилось, когда заявился дядя Толя, Олин брат. Сорок семь лет, предприниматель. За десять лет открывал: шаурмичную (месяц), автомойку (затопило), интернет-магазин носков (два покупателя, оба он сам) и школу барабанов (соседи вызвали полицию на второй день).
— Серёга! — дядя Толя хлопнул племянника по плечу. — Своё дело — вот где свобода! Я нашёл дело всей жизни.
— Какое на этот раз? — Оля спросила тоном врача.
— Ароматические свечи с запахом борща, — торжественно объявил дядя Толя. — Ностальгия, душевность. Название — «Бабушкин очаг».
Дед крякнул. Оля прикрыла лицо ладонью. Тёща из телефона: «Толя, ты опять?»
И вот представьте. Кухня, девять вечера. Дед требует инженерию. Жена с графиком зарплат. Тёща в громкой связи агитирует за хирургию. Дядя Толя рисует бизнес-план на салфетке. Все говорят разом. Битва при Ватерлоо за кухонным столом, а вместо Наполеона — мой сын в худи.
— Инженерия! — гремел дед.
— IT! — настаивала Оля.
— Медицина! — скандировала тёща.
— Свечи! Борщевые свечи! — вопил дядя Толя.
Я сидел и молча ел остывшую картошку. По-моему, в такие моменты лучше не отсвечивать. (Каламбур вышел случайно, хотя после свечей дяди Толи удержаться трудно.)
К слову, никто за весь вечер не спросил Серёжу, чего хочет он сам. Ни разу. Парню пятнадцать, а его мнение интересует всех примерно как прогноз погоды на позапрошлый четверг.
А Серёжа молчал. Тыкал в телефон. Я думал — залип в ТикТоке. Подростки вечно в телефоне, даже когда вокруг третья мировая за их будущее.
Спор шёл ещё минут двадцать. Дед вспомнил Гагарина. Оля нашла статью про роботов. Тёща рассказала, как Галин Лёша купил квартиру в Сочи. Дядя Толя пообещал Серёже долю в свечном бизнесе. Доля в нуле — всё равно ноль, но математику дядя Толя никогда не любил.
А потом Серёжа поднял голову. И спокойно говорит:
— Я всё написал. Кто хочет почитать?
Показывает экран. Эссе. Полстраницы. Уже отправил по электронке, пока все спорили.
Тема: «Моя будущая профессия».
Текст: «Хочу стать психологом. Моя семья дала мне бесценную практику. Каждый ужин — бесплатный тренинг по конфликтологии.»
Дед замолчал. Оля моргнула. Тёща впервые за одиннадцать минут не издала ни звука. Дядя Толя перестал рисовать.
Серёжа встал, забрал тарелку и ушёл к себе. Спокойно. Без хлопанья дверью. Из комнаты через минуту донеслось: «Алекса, включи победную музыку».
Нет, вру. Не «Алекса». «Пап, а можно вай-фай? Пароль забыл». Программист из него, конечно, так себе. Но психолог, похоже, выйдет отличный.
P.S. За эссе поставили пять. Учительница написала: «Серёжа, судя по тексту, практика у тебя богатая».
P.P.S. Дядя Толя оставил салфетку с бизнес-планом. Я выбросил. Хотя нет, вру. Сфоткал. Вдруг борщевые свечи всё-таки взлетят.
Узнали свою семью? Ткните в палец вверх👍, нам будет приятно.
Подписывайтесь, если хотите ещё таких историй.