Хотите проверить брак на прочность? Купите шкаф в мебельном гипермаркете и соберите его вдвоём в субботу. Откройте коробку. Потом найдите инструкцию. Потом поймите, что инструкция написана не для людей. А потом — разведитесь. Нет, вру. До развода дело редко доходит. Но до «я с тобой не разговариваю» — легко.
Муж мой Женька вообще-то мужик рукастый. Полку повесит, розетку починит, кран подтянет. Но есть у него одна черта, которая в сочетании с разборной мебелью превращается в катастрофу. Он не читает инструкции. Вообще. Из принципа. Говорит: «Инструкция — это для тех, кто не уверен в себе». А Женька, стало быть, уверен. Ну ладно.
Началось всё с того, что старый шкаф в спальне, вроде как ещё бабушкин, начал закрываться только с третьей попытки и при помощи коленки. Я месяц намекала. Потом перестала намекать и сказала прямо: или новый шкаф, или я складываю вещи в чемодан. Женька намёк понял. В субботу утром мы поехали в мебельный.
Кстати, о поездках в мебельный. Есть такое место, куда заходишь за шкафом, а выходишь с пакетом свечек, тремя кружками, подставкой для ноутбука и зачем-то с плюшевой собакой. Женька, между прочим, собаку сам взял. Говорит: «Для Лёшки». Лёшке тринадцать, ему плюшевая собака нужна как мне третий чемодан. Но шкаф тоже купили. Назывался он как-то типа «ЛДСП-2400-Б комби» или что-то такое. Маркетологи, видимо, специально дают мебели названия, которые звучат как диагноз.
Привезли домой. Женька нёс коробку с таким видом, будто добычу с охоты тащит. Поставил посреди гостиной. Сдвинули стол, отодвинули диван. Вскрыли. Внутри: двадцать три доски разного размера, четыре пакетика с винтиками (один пакетик был уже порван, и три винтика мы потом нашли под диваном, а один так и пропал навсегда), шестигранный ключик, похожий на инструмент для пыток, и инструкция. Вот тут я должна была насторожиться.
Инструкция — это отдельный вид искусства. Нарисована она вроде для людей. Но люди на картинках — без лиц. Совсем. Просто овалы с руками. И эти овалы на каждой странице выглядят подозрительно счастливыми. Ну, вроде как счастливыми — лиц-то нет, но позы бодрые. Они там вдвоём за двенадцать шагов собирают шкаф, и ни одного этапа «муж психует» или «жена плачет» на схеме не предусмотрено.
Женька взял инструкцию. Повертел. Глянул на первую страницу. Потом на вторую. И спокойно засунул её за диван.
— Я разберусь.
— Женька, там двадцать три доски.
— И что? Я не первый шкаф в жизни собираю.
(Спойлер: он собирал шкаф один раз. В 2008 году. И тот шкаф до сих пор не закрывается. Но мы об этом не говорим.)
Сын Лёшка, тринадцать лет, вышел из своей комнаты, оглядел разобранный на полу шкаф, потом перевёл взгляд на Женькаа, который с победным видом крутил шестигранником какую-то штуку, и молча достал телефон. Включил камеру.
— Ты что делаешь? — буркнул Женька.
— Снимаю. Это залетит в рекомендации, сто процентов.
Женька хмыкнул. Через час перестал хмыкать. Потому что конструкция, которую он собрал, отдалённо напоминала шкаф. Но только отдалённо. Как Пизанская башня напоминает нормальное здание: вон стоит, но как-то набок, и непонятно, сколько ей осталось.
Кот Маркиз тем временем нашёл себе развлечение. Пока мы разложили все доски и схемы на полу в гостиной, он подошёл, обнюхал инструкцию, которую я к тому моменту выудила из-за дивана, сел ровно посередине и закрыл глаза. Спать он лёг аккурат на странице с шагом номер четыре. Самым, между прочим, важным.
— Убери кота с инструкции!
— Маркиз, кыш!
Маркиз открыл один глаз. Закрыл обратно. Нам было ясно дано понять: он никуда не уйдёт.
Ладно. Стали разбирать инструкцию вместе. Вот тут начался отдельный цирк. На схеме стрелочка идёт влево. Но влево — это по отношению к человечку на рисунке или к нам? А если к человечку, то он стоит лицом к нам или спиной? А у него нет лица. Как определить, где спина?
— Женька, тут написано: «деталь С вставить в деталь Ж».
— И?
— А у нас нет детали Ж. У нас есть Ж-прим.
— Это одно и то же.
— А почему тогда разные буквы?
Женька промолчал. Знаете, есть такое молчание, когда человек не знает ответа, но признать это ему физически больно. Вот такое молчание.
Дальше было хуже. Деталь А не подходила к детали Б. Ну, точнее, подходила, но только если её перевернуть. А если перевернуть, то дырки для шурупов оказывались сверху, а не снизу. И получалось, что шкаф надо собирать вверх ногами, а потом каким-то чудом перевернуть. Чудо весит килограммов шестьдесят, к слову.
Я молча досчитала до десяти. Потом до ста.
— А давай позвоним кому-нибудь?
— Кому? Сантехнику? — огрызнулся Женька.
— Хотя бы мастеру сборки. Они же есть.
— Нет. Я. Соберу. Сам.
Тут вступил Лёшка. Он, не отрываясь от телефона, ткнул пальцем в экран:
— Пап, на ютубе есть видео. Этот шкаф за двадцать минут собирают.
— За двадцать минут?!
— Ну да. Правда, там мужик один, без жены. Может, в этом секрет.
Я решила, что комментировать не буду. К слову, к тому моменту мы занимались сборкой уже часа три. Маркиз проснулся, ушёл с инструкции, залез в пустую коробку от шкафа и устроился там с таким видом, будто это его новая квартира. Кот освоил жилплощадь быстрее нас.
Но знаете что? Мы его собрали. Шкаф. Не кота. К десяти вечера, с перерывом на скандал (тихий, на полутонах, потому что Лёшка снимал), на чай (два раза) и на поиск шурупа, который Маркиз закатил под холодильник, мы его собрали.
Женька стоял перед шкафом с видом полководца после битвы. Красный, взмокший, с шестигранником в руке, будто со шпагой.
— Видишь? — повернулся он ко мне. — А ты говорила, мастера вызывать.
— Угу, — сказала я. — А это что?
На полу лежали семь деталей. Два каких-то уголка, три винтика, одна деревянная шпунтик-палочка и непонятная пластиковая штука, похожая на зажим.
— Это запасные, — выпалил Женька, даже не задумавшись.
— Запасные?
— Ну да. Там всегда кладут запасные.
(Спойлер: не кладут. Ну, точнее, кладут пару запасных шурупов. Но не семь деталей.)
Лёшка убрал телефон и пошёл спать. Маркиз так и остался в коробке. Мы легли в час ночи. Женька заснул с чувством выполненного долга. Я заснула с чувством, что семь деталей — это не «запасные».
И я была права.
P.S. Дверца отвалилась на следующее утро. Ровно в тот момент, когда Женька открыл шкаф, чтобы достать рубашку. Он стоял с дверцей в одной руке и рубашкой в другой. Молча.
P.P.S. Мастера сборки мы всё-таки вызвали. Он пришёл, посмотрел на конструкцию, посмотрел на семь «запасных» деталей, посмотрел на Женькаа и сказал только одно слово: «Бывает». Взял четыреста рублей и собрал всё за сорок минут. Маркиз наблюдал из коробки. Уходить из неё он, кстати, отказался. Так и живёт там. Шкаф ему не понравился.
Узнали свою семью? Ткните палец вверх, нам будет приятно. А если у вас тоже остались «запасные» детали — мы с вами одной крови.