Найти в Дзене
Исторический Ляп

Тень Изольды-7

Первая часть Вторая часть Третья часть Четвёртая часть Пятая часть Шестая часть Мертвец на дне котлована строящегося дома №13 по Старобольшевистской напоминал бабочку, приколотую в гербарии. Один из арматурных прутьев грядущего фундамента проткнул ему горло, второй с хирургической точностью вошёл в расстёгнутую ширинку. Кузьмин успел увидеть, как он, истошно вопя, летел вниз и уже хотел спуститься помочь, но в ужасе отшатнулся. Шмыгнувшая между ног крыса бросилась в котлован, ловко приземлилась в середину нанесённого за день сугроба и засеменила к добыче. Следом поспешили другие, и вскоре уже два десятка тварей деловито объедали погибшему лицо. Которое свидетель происшествия так и не разглядел в ночной темноте. Сергей в ужасе проснулся. Ночью его мучила бессонница, и после скудного обеда папаша шахматного вундеркинда вздремнул на работе, благо диванчик имелся. В комнате отдыха электриков пахло папиросами «Беломор» и смазкой «Циатим». Под плакатами со знойными голливудскими красотками т

Первая часть

Вторая часть

Третья часть

Четвёртая часть

Пятая часть

Шестая часть

Мертвец на дне котлована строящегося дома №13 по Старобольшевистской напоминал бабочку, приколотую в гербарии. Один из арматурных прутьев грядущего фундамента проткнул ему горло, второй с хирургической точностью вошёл в расстёгнутую ширинку. Кузьмин успел увидеть, как он, истошно вопя, летел вниз и уже хотел спуститься помочь, но в ужасе отшатнулся. Шмыгнувшая между ног крыса бросилась в котлован, ловко приземлилась в середину нанесённого за день сугроба и засеменила к добыче. Следом поспешили другие, и вскоре уже два десятка тварей деловито объедали погибшему лицо. Которое свидетель происшествия так и не разглядел в ночной темноте.

Сергей в ужасе проснулся. Ночью его мучила бессонница, и после скудного обеда папаша шахматного вундеркинда вздремнул на работе, благо диванчик имелся. В комнате отдыха электриков пахло папиросами «Беломор» и смазкой «Циатим». Под плакатами со знойными голливудскими красотками теснились на столике чайник, стаканы, сахарница с пепельницей и коробка с шахматами. В углу скучали позабытые пыльные гантели и гиря. Прямо как у него в детской, только там спортинвентарь не простаивает.

– Чего так быстро? – плотный лысоватый электрик Толя с недоверием посмотрел на влетевшего, хлопнув дверью, жилистого лохматого напарника Колю.

Тот пренебрежительно отмахнулся.

– Делов-то! В мотороводной коробке отвалилась одна фаза. Я обжал наконечник, скрутил, шпильку сломал, поставил новую, да и всё! Чего же ты хочешь, наконечник был плохо обжат, она и выгорела. Старьё совковое!

– Твои дерьмократы уже девятый год у власти, а всё Советский Союз виноват! – поддел приятеля Анатолий.

Николай подскочил от возмущения.

– Кто демократы?! Алкаш Ельцин – главный коммуняка Свердловска? Гайдар толстомордый из «Правды»? Или урод Густовойтенко, которого вчера задавили?

Потом обернулся к начальству и спросил:

– Вот тебе, Палыч, при ком лучше всех жилось?

Инженер задумался.

– Наверное, с 1987-го по 1988-й. Тогда зарабатывали мы прилично, в кооперативах всё появилось. Ну, и для души тоже что угодно. Хочешь – Солженицына читай, хочешь – «Похождения космических проституток». Ездить, опять же, стало можно повсюду… Помнишь, как вы в Югославии на пляже краба споили?

-2

Электрики заржали. Поймав крабика, они по приколу накапали ему в жабры водки. Бедняга пошёл по песку зигзагами и уковылял в море. Толя предположил, что там крабиха надавала ему клешнями по рылу, а Коля предложил завтра опохмелить восьминогого собутыльника, но тот так и не появился.

– Пляжи у югославов хорошие. – Подтвердил незнакомый голос от дверей. Там стояли двое в милицейской форме. Пожилой с усталыми глазами и молодой, прыщавый, аж раздувающийся от собственной важности. – Кузьмин Сергей Павлович? Вы задержаны по делу о гибели Углова Бориса Макаровича.

Пьянство, конечно, зло, но не далеко не всегда! Именно вчерашние посиделки с электриками обеспечили Сергею безупречное алиби, и он отделался парой суток в отделении. Николай с Анатолием, барменша рюмочной Жанна и ещё пяток гудевших там же работяг подтвердили, что он сидел с ними допоздна. Одновременно к делу приобщили показания Усмана и Гульнары. Многодетные узбеки в это же время видели, как Борис покупал в универсаме коньяк и пошёл по направлению к дому, срезая через дворы Старобольшевистской. О чём свидетельствовали и чёткие следы на свежем снегу. Отпечатки ботинок Бориса вели к месту кончины, и никаких иных рядом не наблюдалось. Кроме множества крысиных лапок.

Мать семейства, уже не чаявшая узреть муженька на свободе, с воем повисла у него на шее. Димка, помня, что парни не плачут, мужественно сопел. Картину всеобщего умиления, как всегда, испортила вредная Танька.

– Папка, ты крут! – Заржала она и от прилива чувств пихнула кулаком в отцовский бок. – Нам хоть расскажи, как козла замочил!

Отец грустно заметил, что кого-то мало пороли, а потом не вытерпел и поведал, как вздремнул на работе. Дополнив, что на фотографиях с места смерти Борис выглядел именно так, как во сне. Тело насажено на две арматурины, лицо и кисти рук обглоданы крысами.

Жена взвизгнула от ужаса – ей тоже явились крысаки-трупоеды, только ночью. До мелочей совпали и сновидения о гибели Густовойтенко. Дочь потрясла головой и призналась, что сама видела оба сна, но держала рот на замке. Дойдёт до ментов – враз в психушку запрут или на опыты отдадут. Ничего не приснилось лишь Диме.

Несколько мгновений все безмолвствовали.

– И чего это было– наконец, вопросила стоящий на подоконнике горшок с геранью ошарашенная Татьяна. – По всему выходит, что их убил кто-то, связанный с нами телепатически? Может, Пуська?

– Не выходит! – ответил за молчаливую посудину Кузьмин-старший. – Вот нашли бы их с порванной глоткой – другое дело! А тут как? Густовойтенко скотина был, но не собака же, чтобы за котами гоняться! И Борьку Пусик не мог в котлован спихнуть, да и следов кошачьих рядом не оказалось. Мне фотки показывали: только Борьки да крыс.

Начальник Скотогонского УВД Олег Антошин тоже заметил некоторые странности в гибели Густовойтенко и Углова. Водитель грузовика, признавшийся во всём, настаивал: чокнутый мужик кинулся под колёса, блестя плешью в свете фар. Между тем неподалёку от трупа валялась дорогая песцовая ушанка.

Бригадир Кабана с погонялом Угол, судя по следам на снегу, не просто свалился в котлован. Он несколько секунд вертелся на месте и скакал, словно исполняя какой-то безумный танец. Испугался кого-то типа собаки Баскервилей и свалился? Но тогда просто побежал бы прочь, не разбирая дороги!

Впрочем, чего забивать голову, когда всё и так на мази? Угол, по большому счёту, никому не интересен. Включая Кабана, который поставит на его место Свата или Хохла. Значит, застройщику светит от силы условка, а проявит понимание – штрафом отделается.

За бизнесмена же ответит водила, в крови которого обнаружены следы алкоголя. Клялся, что бухал днём раньше, но, как оказалось, столь серьёзно, что превышение нормы в крови почти двойное! Теперь сидеть ему придётся долго, если скорбящие родственники на зоне не закажут.

(Окончание следует)