Начало, первая глава *** Шестая глава
Пусть кто угодно говорит что хочет, пусть Валерия Павловна рассуждает о вреде привязанности к чужим людям, пусть тёща угрожает компроматом — Марат знал теперь одно: Лиза никуда не денется от них с Алисой. Дочь приняла эту странную девчонку с растрёпанными светлыми волосами и испуганными глазами. Приняла так, как не принимала никого за полтора года мучительного молчания.
Конечно, психолог права в своих рассуждениях. Никто не может предсказать, как скажется на будущем Алисы это внезапное появление "мамы". Но чёрт возьми! Он видел, что происходит сейчас. Видел, как загораются глаза дочери при виде Лизы, как она тянет к ней ручонки, как произносит это долгожданное "мама". И этого было достаточно, чтобы отбросить все сомнения.
Вот только с душевным состоянием самой Лизы надо что-то делать. Не дело, если она будет бродить по дому с понурым лицом, как побитая собака. Алиса всё чувствует, всё впитывает. Этот Евгений, педагог, мать его, успел основательно покалечить девчонке психику. Значит, придётся разобраться с ним быстро и эффективно. Чтобы забыл дорогу к Лизе и её семье. Даже если придётся использовать не совсем правильные и законные методы, Марат был готов пойти на этот шаг. Порой с такими людьми не разберёшься иначе. Он думал, как решить всё полюбовно, но понял, что мужик не станет просто так сдаваться, даже если узнает, что Лиза якобы вышла замуж. Да он разозлится ещё сильнее! Взбесится! Марат был в этом больше чем уверен. Таким людям только дай повод. Хватит малейшей искры, чтобы вспыхнуло неугасаемое пламя.
Марат крутанулся в кресле, прислушиваясь к собственным мыслям. В последнее время он совсем отошёл от бизнеса — разбирательства с тёщей, поиски нянь, Алисино молчание, а теперь ещё и эта история. Интересно, что там без него творится в офисах? Надо брать себя в руки. Но сначала — уладить несколько важных вопросов.
Он набрал номер, который знал наизусть, и поднёс трубку к уху. Совесть кольнула привычным уколом: опять звонит только по делу, а не просто так, по-дружески.
— Олег, здарова! Как сам? — голос прозвучал бодрее, чем Марат себя чувствовал.
— Здаров, Марат! — в трубке раздался знакомый бас. — Да ничего, пытаюсь тут укротить одну Недотрогу. Телохранителем к ней приставили, а девчонка брыкается, как дикая коза. А у тебя что?
— Помощь твоя нужна. Никто лучше тебя инфу не ищет. — Марат подался вперёд, облокотившись на стол. — Надо узнать всё про одного типа. Преподаватель из архитектурно-строительного. Морозов Евгений Алексеевич. Нароешь? Не за спасибо, сам знаешь — отблагодарю.
— Да засунь ты свою благодарность знаешь куда! — возмутился Олег. — Ты меня однажды выручил так, что я по гроб жизни обязан. Найду, отправлю на почту всё, что удастся. Есть у меня знакомая в этом архитектурном... строительном. Перетру с ней. Может, и личное дело заполучим. А не выйдет — взломаем что надо. А что этот перец натворил?
— Девочку одну обидел, Олег. — Марат сам не заметил, как голос стал жёстче, холоднее. — Важную для меня девочку. Возможно, к избиению её отца причастен.
— Скинь мне имя отца, пробью и его. Вдруг долги какие или ещё что? Людей просто так не бьют.
— Спрошу у Лизы. А пока мне нужно всё, что найдёшь на Морозова. Надо отморозка проучить, чтобы думал в следующий раз, на кого пасть разевает.
— Сделаем. Уже ищу. Бывай, братан!
— Спасибо, Олег.
Марат отключился и уставился в одну точку перед собой. Процесс запущен. Осталось понять, что за компромат есть у тёщи и почему она вдруг вспомнила о внучке. Полтора года молчала, прохлаждалась, деньги на путешествия тратила — и на тебе, проснулась любящая бабушка. Чушь собачья. Этой женщине что-то нужно. Но что?
Он повернул голову, разминая затекшую шею до лёгкого хруста, до приятной боли в позвонках. Закрыл глаза, пытаясь унять пульсацию в висках, а когда открыл — дверь в кабинет отворилась, и Лиза несмело переступила порог.
— У вас было приоткрыто, я не стала стучать, — словно оправдываясь, произнесла она.
— Алиса уснула?
Марат удивился. Обычно дочь часами бегает от няни, не позволяя не то что уложить себя, а даже вечерние процедуры провести.
— Она пошла купаться. Я пообещала почитать сказку на ночь после того, как всё сделает. — Лиза помялась. — Решила поговорить с вами, раз вы настаивали.
— Настаивал? — Марат усмехнулся краем губ. — Наверное, так и есть. Как зовут твоего отца, Лиза?
— Завьялов Юрий Дмитриевич. — Она нахмурилась. — А это важно?
— Любая деталь важна. Мой человек пробьёт его по базе должников. Вдруг он кому задолжал?
— Он писателем был. Детские книжки писал. — В голосе Лизы зазвенели протестующие нотки. — Он мухи не обидит. Кому он мог задолжать?
— Кому угодно. — Марат покачал головой. — Коллекторы, картёжники, чёрные пиарщики. Лишняя проверка не помешает.
— Женя сказал, что отца избили за карточные долги. — Лиза опустила голову, присаживаясь на стул напротив. — Он попытался обвинить в этом меня. Сказал, что я эгоистка.
Женя.
Марата передёрнуло от того, как легко, как привычно сорвалось с её губ это имя. И от того, что она вообще с ним разговаривает.
— Зачем ты брала трубку? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно, безразлично.
— Он позвонил, я испугалась. — Лиза подняла на него глаза, и в них плескался такой неподдельный страх, что Марату захотелось немедленно найти этого Морозова и свернуть ему шею голыми руками. — У меня мама теперь одна. Вдруг он и ей навредит?
— Предупредила её? Чтобы не общалась с ним?
— Кажется, она не услышала. — Лиза вздохнула. — Я поговорю с сестрой. Попрошу на время забрать маму к себе. У Ксюши дети маленькие, ей помощь нужна, а маме отвлечься. Надеюсь, получится.
— Отличная идея. — Марат кивнул. — Я обещаю: твоего бывшего поставят на место.
— Спасибо. — Лиза смотрела в пол, теребила пальцы. — Я о том, что нам… — Она запнулась, помолчала. — Не нужно будет играть фиктивную свадьбу. Если вы поможете избавиться от него, этого достаточно.
Марат усмехнулся. Покачал головой. Лиза вскинула взгляд, нахмурилась, явно не понимая его реакции.
— Хватит тебе, Лиза, но не мне. — Он выдержал паузу, наслаждаясь моментом. — Помнишь, ты обещала исполнять все функции моей жены?
Она сморщилась, скрестила руки на груди, выражая всем видом протест. Марат едва сдерживал смех. Лиза метнула в него возмущённый взгляд, но промолчала. Между ними повисла напряжённая тишина, давящая на перепонки, отдающаяся в нервных окончаниях. Он слышал, как скрипят её зубы, и понимал: злится она в первую очередь на себя. Сама предложила, сама настояла, теперь приходится расхлёбывать.
Конечно, ему не нужна жена. Он просто хотел подшутить над ней, посмотреть на реакцию. Но, кажется, зашёл слишком далеко. Лиза растеряна — желание пойти на попятную борется с пониманием, что сама загнала себя в ловушку.
Марат решил сменить тему. Поговорят об этом позже. Времени вагон.
— Я хочу прояснить кое-какие моменты. Пока мы не подписали договор, ты должна соблюдать правила.
Лиза вскинула бровь, выжидающе глядя на него. Марат сделал паузу, давая ей шанс вставить слово, но она лишь фыркнула, как рассерженный ёжик, и продолжила молчать.
Что ж.
— Первое: никогда не говори Алисе, что ты не её мать. Ни намёками, ни полусловами. Второе: при встрече с твоими знакомыми на прогулках — уводи их от разговора, избавляйся от их компании. Никаких лишних вопросов перед ребёнком. Третье: ты должна вести себя как любящая, надёжная мать. Которая в любой момент подставит плечо. Четвёртое: не баловать, не наказывать, не быть жестокой. За каждую слезу Алисы спрошу с тебя лично. — Он говорил жёстко, чеканя каждое слово. — По договору ты будешь нянькой. Но учти: если проболтаешься, что ты ей никто — вылетишь отсюда в момент. И лишишься всего.
Лиза театрально закатила глаза, цокнула языком. Глубоко вздохнула — Марат прямо видел, как она готовится выплеснуть на него ушат негодования.
— Вы хоть раз можете провести диалог без угроз? — выпалила она. — Порой мне кажется, что вы хуже моего бывшего!
Слова хлестнули больнее, чем Марат ожидал. Задели за живое, всколыхнули что-то тёмное, тяжёлое. Но он сдержался. Не женщина, чтобы идти на поводу у эмоций и совершать глупости.
— Поверь, я просто защищаю своего ребёнка. — Голос прозвучал на удивление ровно. — Когда сама станешь матерью — поймёшь.
Лиза отвела взгляд, сжала губы. Видно было, как ей хочется что-то сказать, как она борется с этим желанием. Марату вдруг стало любопытно, что там у неё на уме, но он не спросил. Нельзя. Не стоит понимать её, вникать в её внутренний мир. Потому что он может оказаться слишком уютным, слишком тёплым. И тогда захочется остаться там навсегда.
— Пока всё. — Он откинулся на спинку кресла. — Если вопросов нет — можешь идти.
— Есть! — выпалила Лиза бойко, но тут же сбавила обороты. — То есть… что сказать есть. Вы позволите завтра съездить в больницу? Увидеться с мамой, узнать, как отец?
— Да, конечно. — Марат кивнул. — У тебя будет личное время. И выходные… В редких случаях, потому что сложно объяснять ребёнку, куда делась мама. Надеюсь, сработаемся. Зарплата, которую я предлагаю, куда выше, чем платят… архитекторам.
Лиза негромко усмехнулась, словно его слова её позабавили. Кивнула, задумалась на пару секунд, развернулась. У двери замерла, обернулась. Усталая улыбка тронула её губы.
— Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, Лиза.
Она вышла, и в кабинете сразу стало пусто, одиноко, тихо. Марат знал: сейчас она не пойдёт спать, обещала Алисе сказку. А ему нужно поработать. Значит, они могут снова столкнуться.
Он покосился на диванчик в углу кабинета. Не хотелось сегодня ни с кем встречаться. Слишком много эмоций за день. Чего только стоило это долгожданное, выстраданное "папа" от дочери. Услышать это после полутора лет тишины — что может быть ценнее?
Марат открыл почту. На работе, видимо, потеряли его. Телефон молчал — он поставил его на беззвучный режим. Ответил заму, что завтра тому придётся справляться самому: он хочет погулять с дочерью. Может, это пойдёт на пользу Алисе — пообщаться с другими детьми, подышать воздухом. Да и ему самому развеяться не помешает.
***
Он уснул быстро, провалился в чёрную пустоту без сновидений. Утро ворвалось ярким солнечным светом, бьющим прямо в глаза. Марат зажмурился, поморщился — жалюзи забыл закрыть. Видимо, вчера вымотался капитально.
Голова пульсировала тупой болью. Он присел, спустил ноги с дивана и замер.
Он поднял телефон с пола, глянул на экран. До будильника ещё час, проснулся рано. А пропущенных — шесть. Четыре от тёщи. Рука сжалась в кулак. Хотелось набрать её и послать куда подальше. Неизвестно, что там она накопала, что за компромат, но если эта женщина только посмеет приблизиться к его дочери, он закопает её лично. Не посмотрит ни на что.
Два пропущенных от Олега.
Марат набрал номер, поднёс трубку к уху. Во рту была настоящая Сахара, по которой пробежал табун одичавших кошек. Марат поморщился — откуда в пустыне кошки? Бред. Просто привкус отвратительный.
— Марат, привет! — раздался в трубке бодрый голос Олега. — Нарыл кое-что на отца твоей важной девушки и на её бывшего хахаля. И мне кажется, тебя эта информация точно заинтересует.
Сердце пропустило удар, потом ещё один, забилось хаотично, гулко ударяясь о рёбра. Марат замер, вслушиваясь в каждое слово.
Олег просто так звонить не будет. Значит, действительно есть что-то стоящее.
Что же он там откопал?