Телефон молчал уже четвертые сутки, и это отсутствие звонков давило на уши сильнее любого шума. Раньше он буквально разрывался: кому-то срочно нужно было перевезти старый диван, кому-то — занять пару тысяч до зарплаты, а кого-то просто встретить с вокзала в три часа ночи.
Но стоило Виктору неудачно поднять тяжелый мешок и слечь с острой болью в спине, как вся огромная, дружная родня словно испарилась. Наталья смотрела на темный экран смартфона, где висело несколько прочитанных, но оставленных без ответа сообщений, и чувствовала, как внутри закипает холодная обида.
Прошла неделя. Виктор всё ещё с трудом доходил до ванной, морщась от каждого движения. Сбережения, отложенные на отпуск, быстро уходили на лекарства, а до зарплаты Натальи оставалось еще много времени.
Она вышла в магазин и у аптечного киоска столкнулась с двоюродной сестрой Светой. Той самой, которой Виктор три года подряд помогал с ремонтом по выходным, не взяв ни копейки. Света дернулась, будто хотела скрыться за стеллажом, но было поздно.
— Ой, Наташа, привет! — голос сестры звучал неестественно громко. — А я вот витамины смотрю. Как там Витя? Мы слышали, приболел немного?
— Приболел? — Наталья посмотрела ей прямо в глаза. — Света, он встать не может. Я тебе писала три дня назад. Просила пять тысяч в долг на специальный корсет. Ты сообщение видела, но промолчала.
Света отвела взгляд и начала суетливо поправлять сумку. Она начала оправдываться тем, что сейчас у всех сложные времена, кредиты и нужды детей. Она заявила, что родня должна помогать просто так, от сердца, а требовать взаимности — некрасиво.
Света быстро направилась к выходу, так ничего и не купив. Наталья осталась стоять посреди аптеки. В руке она сжимала ключи от машины Виктора. Брелок в виде маленького руля вдруг показался ей невероятно тяжелым и неприятным.
Наталья вернулась домой и решительно убрала подальше рабочую куртку мужа, в которой он ездил выручать родственников на дачах. На следующий день она выставила на продажу большой автомобильный прицеп. Тот самый, в котором они годами возили чужую мебель и стройматериалы.
Покупатель нашелся быстро. Полученные деньги пошли на реабилитацию и услуги хорошего специалиста. Прошло полтора месяца. Виктор пошел на поправку. Он уже уверенно выходил на улицу, но за руль пока не садился. И тут телефон ожил. Пришло время уборки урожая.
В субботу утром в дверь настойчиво постучали. На пороге стояла тетя Ира, мать Светы, и дядя Коля. Они были в рабочей одежде и с пустыми ведрами.
— Ну, хозяева, хватит отдыхать! — громко сказала тетя Ира, заходя в прихожую. — Картошка сама из земли не выпрыгнет! Витя, ты как? Живой? Давай, заводи свою ласточку, нам еще к знакомым заехать надо, мешки забрать.
Виктор вышел в коридор. Он стоял прямо, поддерживаемый корсетом под рубашкой. Родственники вели себя так, будто последних недель забвения просто не существовало. Они привычно требовали прицепить прицеп и ехать работать на их благо.
— Прицепа нет, — сказала Наталья ровным голосом. — Мы его продали. Нужны были деньги на лечение Виктора.
Родственники застыли в изумлении. Они начали возмущаться, что супруги не подумали о близких и их урожае. Дядя Коля предложил просто набить мешками салон машины, игнорируя состояние Виктора.
Виктор посмотрел на родственников долго и внимательно.
— Нет, — сказал он. — Я вас не повезу. Ни сегодня, ни в следующие выходные. Вообще больше никуда не повезу.
— Ты чего это? Обиду затаил? — возмутилась тетя Ира. — Мы же рассчитывали на тебя!
— А я рассчитывал, что у меня есть близкие, — твердо ответил Виктор. — А оказалось, у меня есть только пассажиры. Так вот, поездка окончена. Выходите.
Наталья указала на выход. Она пообещала прислать им сообщением номер службы перевозок, где тарифы рыночные. Родственники выходили из квартиры, продолжая возмущаться. Дверь за ними окончательно отсекла шум коридора и все претензии.
Вечером они сидели на кухне. На столе стояла тарелка с печеньем, купленным просто так. Виктор посмотрел на жену и улыбнулся.
— Знаешь, — сказал он. — А спина-то совсем не болит. Словно груз какой-то сбросил.
— Конечно, легче стало, — Наталья накрыла его руку своей. — Мы ведь с твоей шеи целую толпу дармоедов сняли.
Теперь в их доме по выходным спокойно. Они планируют поездку в загородный отель только для двоих. Оказалось, что статус «плохих родственников» — это отличная цена за право быть просто счастливой семьей.