Нежелание Кутузова преследовать войска Наполеона за границами России, – а это факт, Михаил Илларионович выступал против похода, – служит давней и прочной основой для конспирологических теорий. Согласно коим, Кутузов, – как высокопоставленный масон, – являлся единственным в руководстве России лицом, британскими агентами не подкупленным. Царь, Барклай-де-Толли – все уже работали на англичан, причём давно, иначе бы никакой войны с Наполеоном (за британские интересы) вообще бы не было. Только гордые масоны были Англии не по карману.
В копилку к этому факту можно докинуть и другой. Кутузов, наверно, мог бы, добить Наполеона ещё в России, но и в преследовании рвения не проявлял, окрики из Петербурга игнорируя, – и даже саботируя. И по этой, только, может быть, причине, Наполеон, пусть и общипанным, с берегов Березины ушёл. Действуй Кутузов активнее, – не ушёл бы… Так что, и версия, будто Кутузов французов «отпустил», – всё с той же целью осложнить жизнь англичанам, – также периодически высказывается.
...Можно, однако, услышать и третье мнение, – то, которое было первым, а во времена событий и единственным, – Кутузов Наполеона, просто, боялся. Почитал лучшим, чем он сам, полководцем, и не хотел с ним сражаться. Старательно избегал битв, так как опасался потерпеть поражение даже при равной силе.
И начать нужно сразу с третьего мнения. Выглядит оно не слишком хорошо. Как это, наш Кутузов, и, вдруг, «боялся»?.. Так и боялся, не слишком трудясь это скрывать, – сразу сказал, что «Наполеона мы не победим». Но обманем. И ничего позорного в этом нет. Суворов, вот, не боялся, – жалел, что не довелось ему скрестить шпаги с лучшим полководцем мира… И никто не узнает теперь, чем дело кончилось бы, если б довелось. А, ведь,не факт, что Суворов победил бы. Так что, Кутузов был бы дурак, если б не боялся. Он же был не дурак.
И не трус. Сражение-то Наполеону он дал, когда пришлось. Но никогда не говорил, что эта идея ему нравится. Переигрывая противника, как стратег, Кутузов действительно избегал сражений, разумно опасаясь потерять армию, а тем самым и Россию.
То есть, это – первое. Кутузов, прежде всего, опасался, что на чужой территории, имея против себя противника всё ещё отлично руководимого и превосходящего числом, русская армия будет уничтожена… Да так и вышло бы, если б Александр I не наколдовал на каждого русского ещё трёх немцев, что только и позволило преимущество над французами получить. Но откуда Кутузову было знать, что «северный византиец» владеет дипломатической магией такой силы? Наполеон, например, не знал…
Можно вспомнить и о втором аспекте – физическом. Даже медицинском. Кутузов был стар, изранен, и, скорее всего догадывался, что это его последний поход.