Найти в Дзене
Наталья Швец

Евдокия-Елена, часть 36

В 1716 году конфликт царевича Алексея с отцом усилился. Царь требовал от сына поскорей определиться с постригом, и ему ничего не оставалось, как бежать в Польшу. Помог ему в этом начальник Санкт-Петербургского адмиралтейства Александр Федорович Кикина, кстати, поначалу именно он подсказал царевичу идею принять монашество. Прекрасно понимая, что его так просто из страны не выпустят, Алексей заявил, что хочет навестить отца. Петр на тот момент находился в Копенгагене. Царевичу поверили и он покинул страну. Ему без особого труда удалось приехать в Вену, где он начал вести сепаратные переговоры с европейскими правителями, включая родственника своей умершей жены, австрийского императора Карла VI. В Европе обрадовались. У иноземных правителей появилась реальная возможность возвести на трон более сговорчивого государя. При этом все понимали: наследнику грозит реальная опасность. Поэтому в целях безопасности австрийцы переправили его в тирольский замок Эренберг. Алексей планировал дождатьс
Евдокия Лопухина в монастыре. Художник Екатерина Камынина
Евдокия Лопухина в монастыре. Художник Екатерина Камынина

В 1716 году конфликт царевича Алексея с отцом усилился. Царь требовал от сына поскорей определиться с постригом, и ему ничего не оставалось, как бежать в Польшу. Помог ему в этом начальник Санкт-Петербургского адмиралтейства Александр Федорович Кикина, кстати, поначалу именно он подсказал царевичу идею принять монашество.

Прекрасно понимая, что его так просто из страны не выпустят, Алексей заявил, что хочет навестить отца. Петр на тот момент находился в Копенгагене. Царевичу поверили и он покинул страну. Ему без особого труда удалось приехать в Вену, где он начал вести сепаратные переговоры с европейскими правителями, включая родственника своей умершей жены, австрийского императора Карла VI. В Европе обрадовались. У иноземных правителей появилась реальная возможность возвести на трон более сговорчивого государя.

При этом все понимали: наследнику грозит реальная опасность. Поэтому в целях безопасности австрийцы переправили его в тирольский замок Эренберг.

Алексей планировал дождаться на территории Священной Римской империи смерти на тот момент тяжело заболевшего Петра и стать русским царем, опираясь на помощь союзников. Понимал ли Алексей Петрович, что австрийцы в дальнейшем будут его использовать как марионетку? Думается, что да, но все равно продолжал вести переговоры. Видимо, деспотичный отец ему тоже порядком надоел. Или же у него были какие-то другие цели, нам это не ведомо.

Однако Петр умирать раздумал. Естественно, царевич испугался. Одно дело, когда родитель умер и ты встаешь на трон и другое дело, когда ты его смещаешь путем переворота. Кстати, вот тут-то, на мой взгляд. и скрывается загвоздка. А был ли заговор на самом деле? Быть может царевич собирался выступить не против отца, а против тех, кто намеревался занять трон после его, казалось, такой близкой смерти? История об этом умалчивает.

Известно лишь одно, русской разведке с большим трудом удалось выследить местопребывание Алексея в замке Эренберг в Тироле. После того, когда было установлено, где он прячется, не удивлюсь, если его сообщила любовница Ефросинья, царь потребовал от австрийского императора его выдачи. Последний в довольно категоричной форме отказался, но разрешил впустить к нему графа Петра Толстого. Он при встречи предъявил Алексею письмо Петра, где царевичу гарантировалось прощение любой вины в случае немедленного возвращения в Россию.

«Буде же побоишься меня, то я тебя обнадеживаю и обещаюсь Богом и судом Его, что никакого наказания тебе не будет, но лучшую любовь покажу тебе, ежели воли моей послушаешь и возвратишься. Буде же сего не учинишь, то, … яко государь твой, за изменника объявляю и не оставлю всех способов тебе, яко изменнику и ругателю отцову, учинить, в чём Бог мне поможет в моей истине».

— из письма Петра Алексею

Однако Алексей осторожничал. Опять же, помнил, как ему верные люди наказывали, не верить ласковым словам государя. Тогда Толстой подкупил австрийского чиновника, чтобы тот «по секрету» сообщил царевичу, что его выдача в Россию — вопрос решенный. Удар был нанесен точно в цель.

«А потом увещал я секретаря вицероева, который во всех пересылках был употреблён и человек гораздо умен, чтоб он, будто за секрет, царевичу сказал все вышеписанные слова, которые я вицерою советовал царевичу объявить, и дал тому секретарю 160 золотых червонных, обещая ему наградить вперед, что оный секретарь и учинил». – донес он своему господину.

Не трудно представить психологическое состояние царевича, когда ему сообщили, что император уступил. Он прекрасно понимал, что ему грозит в случае возвращения в Россию. Но что-то делать требовалось. Иначе как имелся смысл в его побеге? Поэтому, Алексей через французского офицера Дюре тайно обратился с письмом к шведскому правительству с просьбой о помощи. в принципе, ход был верный. Враг государства не откажет в помощи. Так оно и оказалось. Только данный шведами ответ, где они обязались предоставить Алексею армию для возведения его на престол, запоздал.

14 октября 1717 года загнанный в угол царевич собрался обратно в Россию...

Предыдущая публикация по теме: Евдокия-Елена, часть 35

Начало по ссылке

Продолжение по ссылке