Инициативу взял Максим.
Он шёл к этому решительно — как ко всему в жизни. Ещё неделю назад, вернувшись из храма, сказал:
— Пойдём к отцу Сергию. Он нас в первый раз исповедовал. Станем у него на послушании.
Анна кивнула. Не возразила. Не спросила: кто такой отец Сергий? Она ничего не помнила из той исповеди — ни лица, ни голоса. Только облегчение что все закончилось.
Но Максим помнил. И шёл к нему — целенаправленно, с именем.
В субботу утром они пришли в храм до службы. Отец Сергий стоял у аналоя — невысокий, стройный, в чёрной ризе. Светлые волнистые волосы выбивались из-под клобука. Голубые глаза смотрели строго, почти сурово.
Максим подошёл, поклонился:
— Батюшка, отец Сергий… Мы к вам на исповедь приходили весной. Хотим, чтобы вы стали нашим духовным отцом.
Батюшка молчал. Смотрел на них — не на Максима, а сквозь него, на Анну. Потом тихо сказал:
— Я скоро уеду.
— Куда? — не сдержался Максим.
— Из города. Насовсем.
Голос — тот самый. Сильный, бархатный, с лёгкой хрипотцой. Но Анна не узнала его. Для неё это был просто голос священника.
Максим кивнул. Вернулся к ней с пожатыми плечами:
— Отказал. Говорит, уезжает скоро.
Она не расстроилась. Наоборот — почувствовала странное облегчение. Как будто кто-то отсрочил неизбежное.
В тот день Анна задержалась на работе.
Когда она вошла в храм, служба уже началась. Ладан обволок сразу — густой, тёплый. Максим стоял у правой стены. А посреди храма стояли священники.
И в этот миг — он повернул голову. Отец Сергий. Голубые глаза нашли её сквозь толпу прихожан. И он улыбнулся.
Не широко. Не по-отечески. Тонко — уголками губ, едва заметно. Но взгляд держал — крепко, как будто знал её годами.
Анна замерла.
Сердце стукнуло раз — громко. Щёки залились теплом. Она опустила глаза, сделала шаг назад. Ошибся, — подумала. Смотрит не на меня.
Но когда рискнула взглянуть снова — он всё ещё смотрел. Улыбка не исчезла. И в ней было не одобрение. Не осуждение. А что-то другое — знакомое, но неуловимое. Как будто он ждал её. Долго. И вот она пришла — опоздавшая, запыхавшаяся.
Она отвернулась первой. Подошла к Максиму. Молилась механически. А внутри кружилась одна мысль:
Почему он смотрел на меня?
И вторая, тише:
А смотрел ли он на меня?
До конца службы она не поднимала глаз. Но чувствовала — его взгляд иногда возвращался. Лёгкий, как прикосновение. Не навязчивый. Просто — был.
Через три дня Максим снова подошёл к отцу Сергию. Снова попросил стать их духовником. Снова услышал:
— Я скоро уеду. Не могу брать душу, которую не доведу до конца.
Максим вернулся мрачный. Впервые — раздражённый.
— Уезжает, не уезжает… Отговаривается, — бросил он в машине. — Будто мы ему пожизненно в услужение просимся.
Анна молчала. Смотрела в окно. И думала не о муже, не об отказе. А о голубых глазах. О той улыбке. О странном смятении в груди — не страхе, не радости, а о чём-то между.
Ерунда, — сказала она себе. Просто показалось.
А потом произошло то, что она так и не смогла объяснить.
Когда они выходили из храма, отец Сергий проходил мимо — к алтарю. И в тот миг, когда их пути пересеклись у двери, он остановился. Не глядя на неё — глядя в пол — тихо произнёс:
— Прости себя первую.
И пошёл дальше.
Анна замерла.
Эти слова… Она их слышала. Где-то глубоко, под слоем тумана. Но не помнила — когда, от кого.
Оглянулась. Его уже не было. Только толпа прихожан у крыльца, Максим у ограды, и вечерний туман над Невским.
Дома, лёжа в кровати, она долго вспоминала те три слова. Прости себя первую. Кто их сказал? Когда? Почему они так больно ударили в сердце?
Ответа не было.
Но впервые за всё время она почувствовала: что-то началось. Не с согласия. Не с выбора. А с узнавания — того, которое нельзя объяснить.
Только принять.
📖 Навигация по книге «Некого ждать»:
Глава 1: Тест Начать книгу с первой главы 📌
---
**📚 Трилогия об Анне:**
• 📘 «Некого ждать» (вы здесь)
• 📗 «Истоки»
• 📙 «Одна»
💬 *Понравилась глава? Напишите в комментариях, что запомнилось больше всего!