- Родим и будем сушить пелёнки на помойке? - Он обнял меня, а в глазах была пустота. 4 метра кухни стали тюрьмой для нашей любви. Кто на самом деле был заключённым?
Молчание между ними длилось уже неделю. Оно висело в тесной квартире густым, удушающим туманом. Настя перестала готовить ужин. Готовила себе отдельно, когда Сергея не было. Он приходил поздно, шумно разогревал что-то на плите и уносил в комнату. Словно они стали соседями по коммуналке, а не мужем и женой.
Отец звонил каждые три дня. Голос его звучал всё суше и жёстче.
— Настя, я не могу вечно ждать. Я уже человека нашёл, который готов мою долю выкупить. Даёт хорошие деньги. Если вы до конца месяца не выйдете на оплату — я продаю. Понятно?
— Понятно, пап, — шептала она, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
После ухода отца в квартире повисла тяжёлая тишина. Настя сидела, сжимая в руках конверт с документами, а Сергей мрачно смотрел в стену.
— Полтора миллиона, — хрипло произнёс он. — У нас их нет и не будет.
— Значит, нужно договариваться, — тихо, но упрямо сказала Настя. — Не можешь продать — договорись.
Она набрала номер отца сама. Руки дрожали.
— Пап, слушай. У нас предложение.
— Я слушаю, — сухой голос в трубке не обещал ничего хорошего.
— Мы не можем сразу полтора. Но мы можем платить ежемесячно. Как ипотеку. Ты не продаёшь свою долю, мы сдаём нашу квартиру, и все деньги с аренды — тебе. Каждый месяц. Пока не наберём полную сумму. А пока… пока мы можем заезжать в бабушкину? Делать там ремонт, готовить её к жизни. Ты же не против?
На той стороне провода долго молчали. Потом раздалось тяжёлое дыхание.
— И как долго я должен ждать? Если вы будете платить по двадцать тысяч, я до пенсии не дождусь выплаты.
— Мы постараемся сдать дороже! Да и кредит возьмём ещё, — вступил в разговор Сергей, придвинувшись к Насте. — Василий Петрович, это же логично! Вы получаете стабильный доход, квартира не простаивает, мы приводим её в порядок за свой счёт. Все в плюсе.
Ещё одна пауза. Отец взвешивал.
— Хорошо, — наконец сказал он. — Но с двумя условиями. Первое: договор. Всё официально, у нотариуса. Второе: если хоть один платёж сорвётся — я в тот же день выставляю долю на продажу. И вам придётся выкупать у нового хозяина. Или выселяться. Договорились?
— Договорились, — выдохнула Настя, чувствуя, как с плеч спадает тонна груза.
Они встретились у нотариуса через три дня. Подписали бумаги, где чёрным по белому было прописано их кабальное, но единственно возможное спасение. Отец, глядя на Настю поверх очков, сказал:
— Я верю тебе, дочь. Не подведи.
С этого дня их жизнь обрела новую, напряжённую цель. Они получили ключи от бабушкиной двушки. Первый вечер они провели там, просто сидя на полу пустой гостиной и глядя на высокие потолки.
— Здесь будет детская, — прошептала Настя, глядя в дверь маленькой комнаты с окном во двор.
— Сначала надо найти, кому сдать нашу, — практично, но уже без прежней злости сказал Сергей. — Без денег отцу — никакого ремонта.
Казалось, всё рухнуло. Их квартира не продавалась, на сдачу Настя не соглашалась, а время текло сквозь пальцы, безжалостное и быстрое.
И вот, в один из этих мрачных вечеров, Сергей вернулся неожиданно рано. И не просто вернулся — он вошёл, и на его лице была непривычная, почти торжествующая улыбка.
— Всё, — заявил он, снимая куртку. — Мучениям конец. Жильца нашёл.
Настя, сидевшая на кухне с пустой чашкой, подняла на него глаза. В них не было надежды, только усталая настороженность.
— Кого на этот раз? Опять те, кто по сорок человек в комнате?
— Ты вообще слушаешь, что я говорю? — он подошёл ближе, и его глаза блестели. — ЖИЛЬЦА. Одного. Сотрудницу с работы. Катю. Из бухгалтерии. Одна, тихая, порядочная. Платить будет ежемесячно, на карту, исправно. Задаток уже готова внести.
Настя медленно поставила чашку. Её мозг, замороженный отчаянием, с трудом перерабатывал информацию.
— Молодая? — спросила она тупо. — Не… онлифанщица какая-нибудь? Чтобы потом ночами там съёмки устраивала?
Сергей фыркнул, но не рассердился. Казалось, его ничто не может вывести из этого приподнятого состояния.
— Да какая нам, в конце концов, разница? — рассмеялся он. — Платить будет! Исправно! Нам это нужно или нет? Говори!
— Нужно, — тихо признала она. — Но… почему она согласилась? У нас же… не самый лучший район.
— Потому что я скидку сделал! — выпалил он с гордостью человека, заключившего выгодную сделку. — Чуть ниже рынка. Зато гарантия, что не сбежит. И она порядочная, я тебе говорю. Не чета твоим мигрантам.
Он был так оживлён, так деятелен, что Настя почувствовала слабый, робкий прилив облегчения. Может, правда? Может, это и есть выход?
— Когда… когда она приедет смотреть?
— Зачем ей смотреть? — Сергей махнул рукой. — Она уже всё по фото решила. Договор я сам составлю, сегодня же. Задаток я завтра один съезжу, задаток возьму и отдам ключи. Всё быстро, без проволочек.
— Как один? — насторожилась Настя. — А я?
— А тебе зачем? — он посмотрел на неё с искренним удивлением. — Я всё сам улажу. Ты тем более на работе будешь. Не отпрашиваться же из-за этого.
Что-то ёкнуло внутри у Насти. Странное, неприятное. Но он был прав — она на работе. И его активность, его желание взять всё в свои руки после недели молчания — казалось благом.
— Ладно, — сдалась она. — Действуй.
На следующий день он ушёл рано утром, причёсанный, в чистой рубашке. Вернулся к обеду, сияющий.
— Всё! — заявил он, хлопая по карману, где лежал конверт. — Договор подписан, ключи переданы, задаток наш. Молодец девчонка, без лишних вопросов. С первого числа уже начинает платить.
Настя смотрела на его сияющее лицо и не могла не заразиться этим облегчением. Деньги были. Первые, реальные деньги от их квартиры. Они могли начать отдавать долг отцу, остановить этот дамоклов меч.
— Спасибо, — тихо сказала она, и это было первое доброе слово между ними за много дней.
— Не за что, — он потрепал её по плечу. — Я же сказал — всё улажу.
Но Насте стало интересно, что за новая квартирантка у них появилась, тем более она с работы мужа. Она уговорила мужа присутствовать при переезде девушки.
Девушка, появившаяся на пороге, была именно такой, как описывал Сергей. Скромно одетая, в простых джинсах и свитере, с мягким, открытым лицом. Ей было лет двадцать восемь. Она улыбалась застенчиво, но её глаза внимательно изучали всё вокруг.
— Здравствуйте, — сказала она. — Извините за беспокойство.
— Да что вы, заходите, — Настя посторонилась, чувствуя необъяснимую неловкость в роли хозяйки, сдающей своё гнёздышко.
Катя переступила порог и обвела взглядом прихожую, кухню, заглянула в комнату. На её лице появилась тёплая, одобрительная улыбка.
— Какая у вас уютная квартирка, — проговорила она, и в её голосе звучала неподдельная, почти ностальгическая нежность. — Прямо как… как у моей бабушки в деревне. Всё по-домашнему.
Настя почувствовала, как её щёки заливает краска. «Уютная». Это её слово. Её старания. Слышать его от этой молодой, привлекательной девушки было одновременно приятно и болезненно.
— Стараемся, — пробормотала она.
В этот момент из комнаты вышел Сергей. Он был дома, но до этого не выходил.
— О, Катя! Привет! Ну как, осматриваешь?
— Да, Сергей Николаевич, всё замечательно, — лицо девушки озарилось более яркой, открытой улыбкой. Её взгляд скользнул по нему — быстрый, тёплый, полный какого-то беззвучного понимания. — Спасибо вам ещё раз. Вы меня очень выручили.
— Да брось, какие пустяки, — он отмахнулся, но Настя увидела, как уголки его губ дёрнулись в ответной, почти интимной усмешке. И как Катя, опустив глаза, чуть покраснела.
Это длилось долю секунды. Но Настя поймала этот взгляд. Этот обмен улыбками. Что-то слишком знакомое, слишком личное промелькнуло в воздухе между её мужем и этой девушкой. Что-то, что не укладывалось в рамки «арендодатель-арендатор».
«Что я, параноик? — яростно одёрнула она себя, сжимая руки в кулаки. — Он просто вежливый. Она благодарная. Я всё усложняю из-за своего стресса».
— Ну, я побежала, — сказала Катя, словно почувствовав напряжение. — Просто хотела увидеть. С первого числа заселяюсь, как договаривались.
— Ключи у тебя уже есть, — напомнил Сергей. — Заезжай, когда удобно. Мы скорое переедем отсюда.
После её ухода в квартире повисла неловкая тишина.
— Нормальная девчонка, — первым нарушил молчание Сергей. — Видно же, не пьющая, не гулящая. Ухоженная.
— Да, — коротко кивнула Настя. — Видно.
Переезд случился стремительно. Они вынесли из хрущёвки только самое необходимое: одежду, посуду, ту самую швейную машинку Насти и несколько коробок с книгами. Всё остальное — вышитые салфетки, старый сервант, диван, на котором они спали десять лет, — осталось на попечение «идеальной жилицы». Настя не могла смотреть на эти вещи. Они пахли прошлым, которое теперь казалось ядовитым.
Новая квартира встретила их пустотой, эхом и холодом незаконченного ремонта. Они спали на матрасах прямо на полу в большей комнате. По утрам Настя просыпалась от непривычной тишины — не было слышно соседей за стенкой, не гудел лифт. Пространство давило своей незаполненностью. Она пыталась его обживать: развесила занавески, прибила полки, расставила свои скромные плюшевые игрушки на подоконнике в той самой, персиковой комнате. Но это не помогало. Квартира оставалась чужой, бабушкиной, не их.
Сергей почти не бывал дома. Ссылался на сверхурочные, на загруженность. А когда был — ходил по комнатам молча, как призрак, не замечая её стараний. Иногда он останавливался в дверях будущей детской, смотрел на персиковые стены, и на его лице появлялось странное, нечитаемое выражение — не то вина, не то раздражение.
— Уже лучше, чем было, — говорила Настя, стараясь заполнить тягостное молчание, когда они вместе ужинали на картонной коробке вместо стола.
— Да, — отзывался он односложно, уставившись в тарелку. — Просторно.
И в этом «просторно» слышалась не радость, а какая-то усталая обречённость. Будто эти стены, эти метры были не воплощением мечты, а новой, более просторной клеткой. Настя ловила себя на мысли, что в старой, тесной хрущёвке, несмотря на все ссоры и слёзы, они были ближе. Там они хотя бы касались друг друга, проходя в узком коридоре. Здесь же их разделяли метры пустоты, и она физически чувствовала, как он отдаляется с каждым днём.
Первого числа на карту Сергея пришёл платёж. Ровно та сумма, что была указана в договоре. Он, сияя, показал смс в телефоне Насте.
— Деньги пришли. От Кати. Всё чётко. Видишь? Работает! Порядочная! Я же говорил!
Настя, разливая суп, только кивнула. Она была погружена в свои мысли, в планирование, как лучше распределить эти первые, такие важные средства.
— Ты перевёл отцу? — спросила она, не глядя на него.
— Конечно, — он ответил, намазывая хлеб маслом. — Только что. Всё улажено.
Он показал издалека ей телефон, но не услышал слов одобрения. Показал это как констатацию факта, и продолжил есть. Настя расслабилась. После всех этих недель стресса, это простое «улажено» прозвучало как бальзам. Она вздохнула — глубоко, освобождая грудь от каменной тяжести, которая давила на неё с того самого разговора с отцом.
— Слава богу, — прошептала она больше для себя. — Значит, есть время. Значит, всё не зря.
Сергей, доев, ушёл в комнату, оставив её одну на кухне. Настя убрала со стола, и её взгляд упал на верхнюю полку шкафа. Туда, несколько месяцев назад, в порыве отчаяния, она засунула толстый, яркий каталог детских товаров. Она встала на цыпочки, достала его. Пыль легла на её пальцы. Она смахнула её, села за стол и открыла тяжёлую глянцевую обложку.
Белые кроватки. Мягкие пледы. Крошечные комбинезончики. Она медленно перелистывала страницы, и в её глазах, налитых усталостью, зажглась та самая, почти забытая искра — слабая, дрожащая, но живая. Надежда. Они смогли сделать первый шаг. Они смогли заплатить. Значит, смогут и второй, и третий. Значит, та светлая комната с высокими потолками когда-нибудь станет не мечтой, а реальностью. И в ней появится место для одной из этих белых кроваток.
Она не видела, как в соседней комнате Сергей, бросив взгляд на приоткрытую дверь, увидел её склонившуюся над каталогом голову. Его лицо на мгновение исказила гримаса — не радости, а какой-то странной, мучительной вины. Он резко отвернулся к экрану телевизора, взял со стола свой телефон и крепко сжал его в руке, как будто пытаясь раздавить.
Продолжение ниже по ссылке, ставьте лайк и подписка, пишите отзывы, шлите донаты, всем добра!
Вы всегда можете отблагодарить автора донатом перейдя по ссылке ниже или по красной кнопке поддержать, поднимите себе карму)) Спасибо
Начало по ссылке ниже
Пожалуйста, оставьте пару слов нашему автору в комментариях и нажмите обязательно ЛАЙК, ПОДПИСКА, чтобы ничего не пропустить и дальше. Викуська - красивуська будет вне себя от счастья и внимания!